Рецепт надежды - Юлия Кузнецова

Оказывается, звонила мама Лики! Конечно, про то, что девочка не может спать по ночам, Ляля насочиняла. По крайней мере, Ликина мама ничего такого не говорила. Но она сказала, что у Лики появилось дело в жизни, то, что ей действительно интересно, а главное, у неё это получается. Ведь она такая неуверенная в себе!

– А я и не знала, что ей так нравится, – сконфуженно пробормотала Ира, – я думала, для неё наши занятия – стресс.

– Ну что вы! – горячо воскликнула мама Лики. – Для неё ваши занятия – огромная радость! Она так ждёт выходных. Да, конечно, она не очень себя проявляет. Побаивается ребят… Вы уж извините, если…

– Всё в порядке, – поспешила добавить Ира, – если Лике нравится, то я рада.

– Так вы придёте? – обрадовалась мама Лики. – Мы все вас так ждём! Я созвонилась и с мамой Тимура, и с мамой Маши и Миши…

– Гриши, – поправила Ира. – Я пока не знаю… у меня тут… семейные проблемы.

– Простите… Но, если что, мы вас очень ждём.

После разговора с мамой Лики Ира долго сидела на кровати, обхватив голову руками. Она думала. Проигрывала в голове разные сцены. Вдруг Катарина сказала Любови Яковлевне, что Иру бросил парень? А уж Любовь Яковлевна и с Саней обсудит, который доставкой занимается, и с Таиркой. И до Маргарет дойдёт.

Значит, когда Ира появится в кафе, все будут смотреть на неё? Смотреть и думать: «Вот эту – парень бросил… конечно, страшная, как смерть!»

Или вот ещё беда: начнёт Ира что-то делать в кафе, что-то показывать детям, а потом вдруг вспомнит об Игоре и уронит, разобьёт, расколотит, всё испортит.

Ира сжала зубы и застонала. Что это за болезнь, которая с ней приключилась по вине Игоря? Почему страхи кружатся над Ирой как оголтевшие вороны? Почему она не в силах их отогнать?!

Или в силах? Ирина рука сама потянулась к телефону.

– Да, они тебя ждут, – подтвердила спокойно Катарина, – мне звонят почти каждый день, спрашивают, когда ты вернёшься.

– Почему же ты мне не сказала об этом?

– Я знала, что ты позвонишь сама, когда придёшь в себя.

– Я бы и не позвонила, если бы не мама Лики!

– Да, кстати, даже Маргарет вчера по скайпу интересовалась, когда закончится твой отпуск «по семейным обстоятельствам». Знаешь, я воспользовалась моментом и сказала, что если мы примем некоторые твои творческие идеи по поводу готовки для детей, ты наверняка выйдешь быстрее. Она согласна.

– Но у меня и нет никаких идей! – ошарашенно проговорила Ира. – Раньше были, но теперь…

– А ты придумай! – посоветовала Катарина, – разве Маргарет зря соглашалась? К тому же творчество всегда помогает выйти из мрачного состояния. Так что думай и дерзай!

– И всё-таки зачем ты обсуждала с Маргарет мои идеи, если я даже не собиралась выходить на работу?

– Повторяю, я знала, что ты позвонишь. Я в тебя верила.

Это были очень простые слова. Но Ира потом думала над ними весь день. Измена Игоря лишила её веры в себя. Она казалась самой себе никчёмной, неинтересной, глупой. Потому что была бы другой – Игорь не бросил бы. Но только сейчас, после слов Катарины, Ира поняла, что ошибалась. Что проблема была не в ней. Игорь сам принял такое решение – изменить ей и потом расстаться. Она, Ира, не должна себя корить. Она должна двигаться дальше.

Ира снова подсела к ноутбуку. Нет, она не заходила в социальные сети. Просто принялась шерстить Интернет в поисках необычных рецептов. Рассматривала фотографии разных пирогов и пончиков и думала о своих учениках. О всех шести. Она думала: понравится ли им это печенье? Получится ли растереть до однородной массы желтки с сахаром? Не вредно ли класть столько масла в пирожное, которое будут есть дети? Конечно, мысли об Игоре вклинивались в Ирины размышления. А куда было от них деваться, когда речь шла о приготовлении блюд? Да и сердце было по-прежнему ранено поступком Игоря, и рана ныла, не давая даже спокойно вдохнуть.

Но теперь у Иры было дело, которое напоминала ей резвого морского конька. Оно скакало то там, то сям, приглашая Иру покататься, и, хотя согласие на прогулку давалось Ире с огромным трудом, потому что страдать всё-таки было проще и привычнее, чем делать что-то реальное и полезное, Ире помогала любовь, которую она вдруг ощутила всей душой.

Её ведь любили родители, Саша с Лялей, Катарина и целых шесть маленьких разбойников, которые ждали её и волновались. И если раньше этой любви было трудно проникнуть через броню боли, в которую Ира заковала себя, то сейчас время и настойчивость тех, кто любит, истончили её, сделали прозрачной и незаметной.

– Пуговицы! – вдруг воскликнула Ира. – Точно! Как же я раньше их проглядела!

И правда! Они с Катариной столько толковали о том, что детям важнее форма, а не содержание, а про это смешное печенье забыли!

Ира лихорадочно принялась просматривать рецепт.

– Так, – пробормотала она, – вот тут надо уменьшить пропорцию… Так… Весов, наверное, в кафе нет. Так что надо пересчитать вес продуктов в ложках. Да и если купили весы, как их делить – одни на всех? В ложках, непременно в ложках!

Она открыла ещё несколько рецептов «пуговиц».

– Корица! – воскликнула Ира радостно и потёрла руки. – Ну конечно! Чтобы убрать запах яиц! Маша его ненавидит, она ещё возмущалась, когда мимо неё яичницу кому-то пронесли! Отлично, отлично, мы приготовим пуговички!

Правда, корица напоминала Ире об одном поцелуе, таком далёком и таком важном, но Ира отпихнула эту мысль и погнала дальше на своём «морском коньке». Вбила в поисковик «печенье необычной формы» и погрузилась в рецепты. Иногда вскрикивала, что-то радостно восклицала, хватала блокнот, принималась выписывать ингредиенты.