Рецепт счастья - Сьюзен Виггз

— Я Оливия Беллами.

— Привет, Оливия, — поздоровалась Дженни, хотя на значке этой девочки написано «Лолли».

Она взглянула на высокого серьезного мужчину, который стоял среди других родителей. У него были песочного цвета волосы и светлые глаза. Казалось, он сейчас хотел оказаться где угодно, но только не на пекарской кухне, где полно народу. Девочка посмотрела на него и прошептала:

— Мои родители разводятся.

— Сочувствую, — неловко произнесла Дженни. Иногда дети поступают странно, рассказывая о своих секретах незнакомым людям. Прямо как Дженни писала о своих в дневнике.

— Возьми пончик, Оливия.

Лора хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

— Меня зовут мисс Таттл, — представилась она. — Давайте я вам все здесь покажу, а после мы приступим к дегустации.

Дженни и Нине было скучно. Они налили себе лимонаду за прилавком и вышли на улицу. Родителей детей из «Киоги» можно было узнать без труда. На них не было какой-то специальной формы, но все они выглядели на миллион долларов и казались усталыми, словно им потребовалось несколько часов, чтобы привести себя в такой вид. Дети из лагеря собирались в группы и показывали родителям город.

Среди прочих Дженни сразу же заметила Рурка Макнайта. Он был один, сам по себе. И смотрел прямо на нее.

Хорошо, подумала Дженни. И что теперь? Пора решать. Можно притвориться, что она его не заметила. Или вести себя, словно она его друг.

— Идем, — сказала Дженни Нине. — Хочу тебя кое с кем познакомить.

Возможно, она будет встречаться с Рурком, а Нина — с Джоуи, и они вчетвером станут хорошими друзьями. Вот было бы здорово! Только Нине это не нужно. У нее есть парень, который уехал учиться в другой город. Нина никому о нем не рассказывала, иначе братья, считавшие ее слишком маленькой, тут же набили бы ему морду.

Дженни пыталась понять, кто является родителями Рурка. В отличие от других он не играл в экскурсовода. Может, его родители куда-то отлучились? Возможно, он будет рад их встрече? Волоча за собой Нину, Дженни подошла к Рурку и поздоровалась. Удивительно, насколько легко у нее получалось заговорить. Рурк выглядел еще лучше, чем при их первой встрече. Его кожа стала золотистой, волосы выгорели. Порез на щеке почти зажил, но все равно был виден. По форме он напоминал маленький полумесяц.

— Привет, — произнес в ответ Рурк. — Я просто…

— Рурк! Эй, Рурк! — С широкой улыбкой к ним присоединился Джоуи. Его восторженная улыбка так отличалась от осторожной улыбки Рурка. — Эй, Дженни, — сказал Джоуи без тени застенчивости. — Это мой отец, Бруно Сантини.

Дженни поздоровалась и представила Нину.

Мистер Сантини был не похож на остальных родителей. Коренастый и сильный, с темными, волнистыми волосами, он смотрел на Джоуи с бесконечной любовью. Глядя на них, Дженни чувствовала зависть.

— Значит, у тебя появились друзья. — Мистер Сантини хлопнул Джоуи по плечу. — Молодец, сынок.

— Вон там пекарня Дженни. — Джоуи указал на здание. — А мама Нины заведует кухней в лагере.

— И вас там отлично кормят, — просиял мистер Сантини. — Моя мама говорила, что хорошая еда важнее долголетия.

Рурк вел себя очень тихо и вежливо стоял в сторонке. В отличие от Дженни он не испытывал к Джоуи зависти. Он смотрел на него с искренней любовью. Дженни знала, что Рурк и Джоуи лучшие друзья, такие же, как они с Ниной. Наблюдая за Рурком, Дженни заметила, что постепенно его взгляд стал колючим и холодным. Дженни проследила за его взглядом и увидела симпатичную пару, которая шла прямо к ним. Наверняка его родители. Отец был стройным и высоким. Его светлые волосы на висках тронула седина. На матери было обтягивающее платье цвета хаки и дорогие туфли. Цветом волос и голубизной глаз Рурк пошел в нее.

Знакомство с ними прошло в более официальной форме. Дженни обнаружила, что и двух слов связать не может. Зато Нина засыпала Макнайтов множеством вопросов. Такой уж у нее характер. Нина без всякого страха поинтересовалась, где они живут, в чем заключается работа мистера Сантини и мистера Макнайта. Когда мистер Макнайт ответил, что служит в органах власти, Нина хлопнула себя по лбу.

— Сенатор Дрэйтон Макнайт! — воскликнула она — Точно!

Дженни никогда не слышала о Дрэйтоне Макнайте Да и кто о нем знал, кроме Нины? Ведь Нина помешана на политике, планирует в будущем баллотироваться на какой-нибудь пост и знает все социальные слои государства: от ловцов бродячих собак до госслужащих и президента Соединенных Штатов.

Роль сына сенатора Рурку явно не нравилась.

— Нам пора, — сказал он.

Дженни и Джоуи переглянулись. Слова им не требовались. Они были похожи. Оба выросли в скромных семьях иммигрантов. Джоуи смотрел на Дженни, и его красивые глаза словно светились. После случая в лагере Дженни хотела навсегда отказаться от поцелуев. Но, глядя на Рурка и Джоуи, она готова была пересмотреть свое решение.

Раздался свисток вожатого, и Рурк заторопил Джоуи:

— Идем.

— Еще увидимся, — сказал Джоуи.

Когда Рурк и Джоуи в сопровождении родителей ушли, Нина схватилась за сердце и затараторила:

— О боже, ты не шутила! Он такой красивый!

— Кто из них?

— Хороший вопрос. Они оба великолепны. Но Джоуи слишком похож на моих братьев.

Это было правдой. Джоуи выглядел как Романо. На его фоне Рурк казался светловолосым и аристократичным, подобно принцу из сказки.

— В любом случае, — продолжала Нина, — это не имеет значения. Потому что ему нравишься ты, а не я.

Лицо Дженни тотчас вспыхнуло.

— Да ты с ума сошла!

— Не отрицай этого и не делай вид, будто вы с ним незнакомы. Я знаю, что говорю. И кстати, Джоуи тоже на тебя запал.

У Дженни закружилась голова от удовольствия, но тем не менее она смутилась. Такая ситуация с парнями была волнующей и тревожной в одно и то же время.

— Во-первых, — сказала Дженни, — ты ошибаешься. А во-вторых, если ты что-то им скажешь, я расскажу всей пекарне, что у тебя диабет, и тебя больше никогда не станут угощать пирожными.

— Ты не сделаешь этого, — фыркнула Нина.

Дженни уперла руки в бока.

— Посмотрим.

— Да он влюблен в тебя по уши, — настаивала Нина.

На щеках Дженни снова загорелся румянец. Ей нравились оба парня. Джоуи она ценила за веселость, легкость и то общее, что было между ними. Рурка за красоту, загадочный вид и какую-то едва уловимую тревожность. Когда Дженни на него смотрела, в сердце появлялась странная тяжесть. Как же сложно с этими парнями, подумала Дженни. Наверное, хорошо, что оба они живут в Нью-Йорке. В конце лета уедут, и ее мучения закончатся.