Рецепт счастья - Сьюзен Виггз

— Будет шрам.

— Мне все равно.

Девочка закрыла аптечку.

— Тебе не попадет? — спросила она.

— Это зависит от тебя, — прищурился Рурк.

Девочка сощурилась в ответ, словно хотела вывести его на чистую воду.

— В каком смысле зависит от меня?

— Зависит от того, насколько ты хочешь, чтобы тех парней наказали за кражу и за… — Рурк не хотел это даже произносить. — За все остальное.

— Почему это зависит от меня? Я подозреваю, что тот парень с разбитым лицом уже доносит на тебя.

— Трент? Нет. Он знает, что если расскажет, что я избил его, то я объясню почему… за кражу и за… — Рурк снова замолчал и посмотрел на девочку. — Он не сделал тебе больно?

Она рассеянно потерла запястья.

— Со мной все в порядке.

Рурк не знал, верить этому или нет. Девочка выглядела смущенной, и Рурк больше не стал допытываться.

— В любом случае, — продолжил он, — они не хотят проблем, поэтому будут держать язык за зубами.

— Ясно.

— Я могу заставить их заплатить за все, что они украли…

— Нет, — быстро ответила девочка. — Я думаю, они уже получили свое. Да и не так много взяли.

Рурк посмотрел на пирог, черничная начинка которого лиловым пятном расползалась по грязи.

— А у тебя будут проблемы? — спросил Рурк.

Впервые девочка улыбнулась. И когда Рурк это увидел, с ним произошло что-то невероятное. Внезапно мир вокруг изменился лишь от одной улыбки этой девочки. Рурк даже подумал, что сейчас должна заиграть какая-нибудь мелодия, как в фильме.

— Водитель — мой дедушка, — сказала она. — А с ним у меня никогда проблем не бывает.

— Это хорошо. — Рурк нашел старую газету и убрал испорченный пирог. — Я Рурк, — добавил он, осознан, что они незнакомы. — Рурк Макнайт.

— Я Дженни Маески, — ответила девочка. — Мои бабушка и дедушка владеют пекарней «Скай-Ривер», что находится в городе. Я работаю у них этим летом. Коплю деньги себе на компьютер.

— На компьютер, — повторил Рурк, как дурак. Присутствие этой девочки отключало его мозг.

— Да. На ноутбук. Он работает на батареях, поэтому его можно взять куда угодно.

— Ясно. Наверное, ты очень любишь компьютерные игры.

Дженни снова улыбнулась:

— Мне он нужен, чтобы писать. Я люблю писать.

Боже. Это же все равно что выполнять домашнюю работу, когда этого никто и не требует.

— Что ты пишешь?

— Истории, стихи, то, что со мной случается.

Дженни пошарила под пассажирским креслом и достала толстую тетрадь на кольцах. Дженни переворачивала страницы, исписанные яркими чернилами бирюзового цвета.

— И ты все это написала? — спросил Рурк.

— Да.

— Сколько времени это у тебя заняло?

— Я не слежу за этим, — пожала плечами Дженни.

— А ты напишешь о… о том, что было сегодня? — не удержался Рурк.

— Шутишь? Конечно же да.

Рурку стало интересно, что же Дженни напишет о нем. К своему удивлению, Рурк понял, что для него это важно. Еще ни одна девочка не нравилась ему так сильно.

С кухни донесся грохот, стук тележки, которую катили к двери.

— Мой дедушка, — сказала Дженни. — Я скоро уезжаю.

Не надо, мысленно взмолился Рурк.

— Слушай, не бойся приезжать сюда. Я прослежу, чтобы эти парни и близко к тебе не подходили.

— Я их не боюсь. — Дженни замолчала, сделала шаг назад и скрестила на груди руки в защитном жесте. — Самое страшное, что сегодня случилось, — это ты.

Какого черта?.. Такого Рурк не ожидал.

— Рурк, — позвал кто-то.

Джоуи. Вернулся из своей экспедиции.

— Вот ты где. Я искал тебя по всему лагерю.

Джоуи только что вернулся с озера, за его плечами еще висел походный рюкзак.

Конечно, они с Джоуи были лучшими друзьями, но прямо сейчас Рурк был не очень рад видеть его. У Рурка был настоящий разговор с настоящей девочкой, и он не хотел ее ни с кем делить. Но он не мог ничего поделать. Представляя Дженни и Джоуи друг другу, чувствовал, что делает это как-то неловко и официально.

А Джоуи вовсе не вел себя неловко. С улыбкой от уха до уха он откинул назад свои черные длинные волосы, включил обаятельность парня из музыкальной группы и пустился в эмоциональный рассказ о своем удивительном путешествии в дикую природу. Его не было всего два дня, но он вернулся… другим. Возможно, более уверенным в себе.

— Почему ты в пластырях? — спросил Джоуи у Рурка.

— Трент. — Вот и все, что ответил Рурк. Больше сказать ему было нечего. И Джоуи понял.

Дженни Маески даже не заботило то, что Джоуи был весь в грязи и пропах потом.

— Хочешь есть? — спросила она.

— Как ты думаешь? — ответил Джоуи.

— Так и знала. — Дженни направилась к полкам в фургоне. — Эклеры с кленовым сиропом, — сказала она. — Мои любимые.

Она протянула один Джоуи, другой Рурку.

— Спасибо, — пробормотал он.

А Джоуи уже взахлеб рассказывал, как ночью видел красные глаза зверей. И сердце Рурка оборвалось. Потому что было уже слишком поздно. Джоуи тоже оценил Дженни. А Рурк знал, что настоящие беды случаются тогда, когда лучшие друзья хотят одного и того же.