Перемены - Даниэла Стил

Он стоял, ожидая Мел, и она не могла больше оставатьсянаедине с Пам, хотя ей очень хотелось заверить девочку, что в ее приглашении небыло ничего дурного для нее.

На лестнице к ним присоединился Марк, и они с Пам всю дорогупререкались друг с другом, а Мэтью быстро семенил рядом с Мел. Питер уже ждалих в столовой, и Мел заметила, когда они толпой вошли в комнату, как по еголицу тенью промелькнула какая-то навязчивая мысль. Должно быть, что-то оченьзнакомое было в этой картине, чего он уже давно не видел.

— Они держали вас наверху заложницей? Я боялся этого.

— Нет. Я разговаривала с Пам.

Он обрадовался, услышав это, и все расселись по местам,только Мел колебалась, не зная, куда сесть.

Питер быстро отодвинул для нее стул справа от себя, Пам вшоке приподнялась. Она сидела на противоположном краю стола, лицом к Питеру, амальчики рядом с ней.

— Это…

— Ничего! — решительно произнес он, и Мелмгновенно все поняла. Он усадил ее на стул покойной жены, но лучше бы он этогоне делал. В комнате надолго воцарилась гнетущая тишина, и вошедшая миссис Хантоже уставилась на нее, а Мел с мольбой взглянула на Питера. — Все впорядке. Мел. — Он ободряюще посмотрел на нее и одним взглядом заставилуспокоиться остальных. Разговор возобновился, и через мгновение столоваянаполнилась привычным шумом, когда все приступили к холодному супу скресс-салатом, приготовленному миссис Хан.

Ужин прошел приятно, и Питер оказался прав. Не стоило изэтого раздувать событие. После ужина он и Мел пили кофе в кабинете, а детиподнялись наверх.

Мел не виделась больше с ними до своего ухода. На прощаниеПам официально пожала ей руку, и Мел почувствовала, что девочка испытываетоблегчение, что она уходит. Марк попросил у нее автограф, а Мэтью обхватил ееза шею и уговаривал остаться.

— Я не могу. Но обещаю прислать тебе открытку изНью-Йорка.

В глазах у малыша стояли слезы.

— Это не то же самое. — Он был прав, но больше онаничего не могла сделать. Она долго прижимала его к себе, затем нежно поцеловалав щеку и погладила по головке.

— Может быть, ты приедешь ко мне в Нью-Йорк.

Но, когда он посмотрел ей в глаза, они оба поняли, что этовряд ли случится скоро, а возможно, и никогда, и ей стало ужасно жаль его.Когда они наконец отъехали от дома, Мэтью махал им вслед до тех пор, покамашина не скрылась из виду.

— Я чувствую себя такой предательницей, уезжая отнего. — Она взглянула на Питера, и его тронуло выражение ее глаз. Онпогладил Мел по руке, впервые прикоснувшись к ней, и по его телу пробежаладрожь.

Он быстро отдернул руку, а она отвернулась.

— Какой он чудесный малыш… они все замечательные… ДажеПам. — Они все понравились Мел.

Она сочувствовала их горю, понимала, как нелегкоПитеру. — Я рада, что осталась.

— Я тоже. Нам всем это было приятно. У нас не былотакого радостного застолья… уже давно.

И Мел точно знала, как давно. Они жили как в мавзолее, и онаопять подумала, что ему следовало бы продать дом, но не осмелилась заикнутьсяоб этом.

— Благодарю вас за сегодняшнее приглашение.

— Я рад, что вы заехали к нам.

— Я тоже.

Они не успели оглянуться, как добрались до автостоянки возлебольницы, а затем в растерянности стояли возле машины, не зная, что сказать.

— Спасибо, Питер. Я чудесно провела время. — Онаподумала, что надо завтра послать им цветы и, может быть, что-нибудь на памятьдетям, если перед отъездом у нее останется время пробежать по магазинам. К томуже ей следовало купить что-нибудь двойняшкам.

— Спасибо, Мел. — Он долго смотрел ей в глаза, затемпротянул руку. — Увидимся завтра.

До отъезда ей предстояло заснять краткую встречу с Патти Лу,и тогда она в последний раз сможет увидеть его. Он проводил Мел до ее машины, иони еще минуту постояли там, прежде чем она села в автомобиль.

— Еще раз благодарю.

— Доброй ночи, Мел. — Он улыбнулся и пошел вбольницу взглянуть на Патти Лу.