Влюбленные беглецы - Барбара Картленд

Сидевший в вагончике человек оказался стариком с седы­ми волосами и тяжелым, порочным лицом. Марина предполо­жила, что кто-то из его предков был цыганом, но в другой об­становке мистер Джонсон мог бы легко сойти за процветающе­го биржевого брокера или владельца сети мелких магазинов. Чувствовалась в нем некая властность и безжалостность; было очевидно, что этот человек привык и любил помыкать людьми.

Хозяин цирка окинул Карлоса с головы до ног вызываю­щим взглядом.

– Что тебе нужно? – Альфред Джонсон задал вопрос по-английски, но затем, хотя и с опозданием, добавил: – Ты говоришь по-английски?

– Да, сэр. – В ответе Карлоса слышались уважительные нотки. Марина с восхищением заметила, что ее спутник на­рочно придал своему голосу простонародный акцент.

Не дожидаясь, пока Джонсон задаст еще один вопрос, Кар­лос сказал:

– Насколько я понимаю, сэр, вам нужен конюх. Мне бы хотелось попросить вас взять меня на эту должность.

– И кто, интересно узнать, тебе об этом сказал? – резко бросил Альфред Джонсон и тотчас спросил: – Ты разбираешься в лошадях?

– Я родился и вырос с ними, сэр.

– Все так говорят, – парировал Альфред Джонсон. – Говори, какой у тебя опыт?

– Я работал на животноводческом ранчо в Южной Амери­ке; объезжал лошадей для скачек. Я начал ездить верхом, преж­де чем научился ходить, и я люблю хороших лошадей, – ответил Карлос.

– Звучит довольно красноречиво, – усмехнулся Джонсон. – Есть рекомендации?

– Те, которые у меня были, – на испанском и португаль­ском, – ответил Карлос, – я не захватил их с собой, потому что не думал, что кто-нибудь поймет, что в них написано.

– Черт возьми, я неплохо знаю испанский – по край­ней мере чтобы возить мой цирк в Испанию, – сказал Джон­сон. – А это еще кто?

– Это моя жена, сэр.

– Жена, да? – Глаза Джонсона сузились. – А у вас есть свидетельство о браке? Мне в моем цирке не нужны всякие вертихвостки.

Марина почувствовала, как кровь прилила к ее щекам.

Как смеет мужчина, кто бы он ни был, говорить о ней в таком тоне? А вот Карлоса, казалось, это совсем не задело.

– Я покажу вам его, если хотите, сэр, – подобострастно ответил он. – Вообще-то оно в Париже. Мы поженились там всего десять дней назад. Сейчас у нас медовый месяц.

– Десять дней назад, да? – переспросил старый Джонсон, окинув Марину взглядом, от которого ей захотелось закричать. – Ты даже не купил своей «жене» обручальное кольцо.

Интонация, с которой Джонсон произнес слова «своей жене», вызвала у Марины желание влепить наглецу пощечину.

– Раз уж вы заговорили об этом, – начал Карлос, слов­но извинялся перед владельцем цирка, – у моей жены есть кольцо, но мы были вынуждены заложить его. Мы порядком поиздержались, вот и ищем работу.

– Вот, значит, в чем дело, – проговорил Альфред Джонсон. – Мне не особенно нужны женщины в цирке – с ними одни только хлопоты.

– Вот увидите, от моей жены будет толк, – заверил его Карлос. – Она очень хорошо шьет. До замужества она была в ученицах у портнихи. Если нам предоставят собственное жилье, она готова чинить одежду актеров.

Марина глубоко вздохнула. В своем вранье Карлос за­шел слишком далеко.

Последовала долгая пауза; затем – словно это решение было навязано ему, а не принято по собственной воле – Альфред Джонсон проворчал:

– Ну ладно, девяносто франков в неделю – в том слу­чае, если ты действительно умеешь обращаться с лошадьми.

– Дайте мне самое упрямое животное – если хотите, необъезженное, – и я продемонстрирую вам, как я умею ездить верхом.

– Нет! – возразил Альфред Джонсон. – Ты будешь ко­нюхом, а не чертовым артистом. Если я замечу, что ты меня обманываешь, что ты недокармливаешь лошадей, если жи­вотные будут тощими и неухоженными, я пинком под зад выставлю тебя отсюда, так что будешь лететь до самого Па­рижа. Ты меня понял?

– Понял, сэр.

– Хорошо. Тогда чего ты ждешь?

– Я просто думаю о том, где мы будем жить, – ответил Карлос. – У нас нет собственного вагончика, да и денег на его покупку.

– Я должен был это предвидеть, – с кислым видом про­изнес Альфред Джонсон. – Я беру на работу людей, а они еще требуют, чтобы я предоставил им жилье. А потом того гляди еще потребуют, чтобы я их бесплатно кормил. Ну да ладно. Если уж на то пошло, есть у меня один свободный вагончик, но вы будете платить за него двадцать пять фран­ков в неделю и отремонтируете его за свой счет. Ясно?