Шопоголик и бэби - Софи Кинселла

– Бекки! – слышится в трубке мамин взволнованный голос. – Наконец-то! Дорогая, как тебя приняла эта акушерка для знаменитостей? Нам не терпится узнать! Дженис то и дело наведывается ко мне.

– Сейчас, погоди минутку… – Я прикрываю дверь за Жасмин, сажусь за стол и пытаюсь собраться с мыслями. – В общем, все прошло прекрасно! Представляешь, в приемной я познакомилась с «девушкой Бонда»!

– С «девушкой Бонда»! – ахает мама. – Дженис, ты можешь вообразить? Бекки познакомилась в приемной у врача с «девушкой Бонда»!

– Там так чудесно, я выбрала холистические роды в воду, мне подарили целую пачку сертификатов на посещение СП А….

– Прелестно! – умиляется мама. – А она приятная в общении? Эта твоя врач?

– Очень. – Помолчав немного, я небрежным тоном добавляю: – К тому же бывшая подружка Люка. Такое вот совпадение.

– Бывшая подружка? – Мамин голос становится резким. – То есть как это – подружка?

– Ну, они встречались когда-то. В Кембридже.

Пауза.

– Симпатичная? – наконец спрашивает мама.

Что за наказание.

– Вполне. Но я не понимаю, при чем тут ее внешность.

– Конечно, ни при чем, детка.

Снова пауза, опять напряженный шорох. Я почти слышу, как мама шушукается с Дженис.

– А ты не знаешь, почему они с Люком расстались? – вдруг спрашивает она.

– Нет. Не знаю.

– Не спрашивала у него?

Мое терпение на пределе.

– Мама, у нас с Люком очень прочный брак, построенный на взаимном доверии. Я не собираюсь донимать его расспросами, ясно?

А как, по ее мнению, я должна поступить – подсунуть Люку анкету? Само собой, я помню, что у папы было бурное прошлое, о котором мы и не подозревали. (Роман с проводницей поезда и внебрачный ребенок. А еще он носил гусарские усищи.) Но Люк не такой, я точно знаю.

– И потом, это когда еще было, – добавляю я вызывающим тоном, о котором сразу жалею. – Сейчас у нее есть друг.

Мама тяжело вздыхает.

– Не знаю, детка, не знаю… Может, еще передумаешь? Беременность – сложный период… для мужей. Не лучше ли вернуться к тому приятному пожилому врачу?

На такое предложение я слегка обижаюсь. С чего мама взяла, что я не в состоянии удержать собственного мужа?

– Теперь мы будем наблюдаться у Венеции Картер, – упрямо стою на своем я. – Контракт уже подписан и скреплен печатью.

– Ладно, детка, как скажешь. Что говоришь, Дженис? (В трубке снова слышен шелест.) Дженис спрашивает, какую «девушку Бонда» ты видела, – случайно не Холли Берри?

– Нет, какую-то из новых. Блондинку, чемпионку по роликам. Мам, давай закругляться, меня ждут. Передавай всем привет. Пока!

Я отключаю телефон, но он опять начинает трезвонить.

– Бекки, весь день к тебе прорваться не могу! Ну как? – звенит в трубке взбудораженный голос Сьюзи. – Рассказывай по порядку. Будешь рожать в воду по-тайски?

– Возможно! – Я невольно расплываюсь в улыбке. – Ох, Сьюзи, как это было здорово! И массаж, и рефлексотерапия, а еще я познакомилась с «девушкой Бонда» – у центра ее ждали папарацци, и нас сняли с ней вместе! Может, я даже попаду в «Хелло!».

– Вот это да! – От восторга Сьюзи почти визжит. – Господи, как я тебе завидую. Хочу еще ребенка, и чтоб обязательно рожать в этом центре!

– В центре не получится, – объясняю я. – Там только ведут амбулаторный прием, а рожать отправляют в Кавендишскую больницу – у них такая договоренность.

– В Кавендишскую? Ту самую, с двуспальными кроватями и картой вин?

– Да, – самодовольно усмехаюсь я.

– Везучая ты, Бекки! Рассказывай, какая она, эта Венеция Картер.

– Замечательная! Совсем молодая, классная, у нее такой интересный подход к родам, и… И еще она бывшая подружка Люка. Невероятно, да?

– Кто, кто? – Похоже, Сьюзи не верит своим ушам.

– Бывшая Люка. Они вместе учились в Кембридже.

– Ты будешь рожать под присмотром бывшей подружки Люка?

Сначала мама, теперь еще и Сьюзи. Они что, сговорились?

– Да! – вызывающе заявляю я. – Почему бы и нет? Они встречались давным-давно и недолго. А сейчас у нее есть другой. Так в чем проблема?

– Тебе не кажется, что это… дикость?

– Никакая не дикость! Сьюзи, все мы уже взрослые. Мы зрелые люди, профессионалы. Что для нас значит мимолетное увлечение молодости?

– Но она же будет… осматривать, ощупывать…

Эта мысль у меня уже мелькала. Но разве лучше, если осматривать и ощупывать меня будет мистер Мозгли? Честно говоря, мне вообще не верится, что придется рожать самой. Я почти убеждена, что к тому времени изобретут какую-нибудь родозаменяющую аппаратуру.

– А я бы на твоем месте извелась! – признается Сьюзи. – Однажды я познакомилась с бывшей Тарки…

– У Таркина была девушка? – ошарашено выговариваю я, забыв, что это неприлично.

– Флисси Менкин. Сомерсетских Менкинов знаешь?

– А как же, – отзываюсь я, хотя понятия не имею, что это за сомерсетские Менкины. Звучит как название китайского фарфора. Или заразной болезни.

– Я знала, что она будет на той свадьбе в прошлом году, и почти целую неделю постоянно была при полном параде. Практически не раздевалась!

– Ну а я обработаю воском зону бикини, – беспечно отзываюсь я. – Может, мне вообще кесарево сделают. Важно, что лучше Венеции никто в этой стране не умеет принимать роды! Наверняка она уже всякого насмотрелась.

– Пожалуй, – нехотя соглашается Сьюзи. – И все-таки на твоем месте я бы держалась от нее подальше. Возвращайся к прежнему врачу.

– А я не хочу держаться от нее подальше! – Меня так и тянет топнуть ногой. – Люку я абсолютно доверяю, – подумав, добавляю я.

– Конечно, конечно, – торопливо отвечает Сьюзи. – Как же иначе. Слушай, а это он вокруг нее увивался или наоборот?

– Не знаю, – признаюсь я.

– Он тебе не говорил?

– Я не спрашивала! Какая разница! – Достала меня Сьюзи этими расспросами. Попробую сменить тему. – Знаешь, в центре мне подарили «Крем де ла Мер». И сертификат на посещение «Шампней»!

– О-о! – восхищается Сьюзи. – На одного человека?

Ни за что не дам Сьюзи и маме запугать меня. Ничего они не понимают! У нас с Люком прочные, доверительные отношения. Мы с одинаковым нетерпением ждем ребенка. Я абсолютно уверена в своем будущем.

Тем вечером по пути домой я на минутку заглядываю в «Холлис Франклин», присмотреть детское бельишко. Магазин шикарный, у него даже королевское разрешение на торговлю есть, – наверное, сама королева здесь отоваривается! Провожу приятный часок, изучая ткани разной плотности, и к семи вечера добираюсь до дома. Люк в кухне, пьет пиво и смотрит новости.