Останься со мной - Эми Чжан

Лиз всегда любила холод. Маленькой девочкой она специально, с особым наслаждением, вдыхала морозный воздух, чтобы почувствовать, как замерзает в носу, и это занятие до сих пор доставляет ей удовольствие. Она перевела свой айпод в режим «в произвольном порядке», сунула его в карман и отправилась на пробежку.

Порой она бегала лишь для того, чтобы свернуть куда-нибудь не туда, побежать каким-то другим путем: ей нравилось блуждать. В действительности Лиз ненавидела бегать. Бегала для поддержания хорошей физической формы, необходимой для футбола, или для того, чтобы не сидеть дома. Однако в футбол она больше играть никогда не будет, а дом так и будет стоять на своем месте, когда она вернется.

Но ей всегда казалось, что она гоняется за чем-то, за чем-то незримым, что она никогда не поймает. Казалось, будто играет в пятнашки сама с собой, а Лиз ненавидела пятнашки.

Она пробежала милю вокруг дома, потом еще одну и, когда пошла на третью милю, дышала уже с трудом, а все тело сводили судороги. Она устала смотреть на одно и то же – снова и снова; устала бегать кругами. Она больше не хотела гоняться непонятно за чем.

Это глупо.

Нужно остановиться.

И она остановилась.

К черту бег, думала Лиз. К черту пятнашки.

Она вошла в дом и хлопнула за собой дверью. Потом открыла ее и снова хлопнула. Еще раз хлопнула и еще – сильнее. Вложила в удар всю свою мощь, всю силу, так что одна из ваз на каминной полке упала и разбилась, разлетелась по деревянным половицам хрустальными осколками, поцарапав лаковое покрытие. Не обращая на это внимание, Лиз поднялась наверх и хлопнула дверью своей комнаты.

Зря я так, сказала она себе, напуганная собственным гневом, но успокоиться пока не могла. Хотя пыталась – очень. Сунула в видик диск с фильмом про супергероя и сразу перемотала его на сцену, в которой герой совершает свой последний геройский поступок и звучит музыка, столь драматичная, столь возвышенная, что у нее всегда наворачиваются на глаза слезы. Но сегодня все какое-то картонное, ненастоящее, и минутой позже она уже вытащила диск из проигрывателя, разломала его на половинки, на четвертинки, разбрасывая обломки по комнате.

Схватила фотоаппарат, швырнула его о стену. Он разлетелся вдребезги, оставив в стене вмятину. Лиз чувствовала, как все ее маленькие трещины расширяются, превращаются в разломы, раздирающие ее на части. Одну за другой она брала с книжной полки старые потрепанные книги и рвала их на половинки. Вокруг нее летали страницы, а она уже ломала остальные диски с фильмами про придурошных героев.

Она сшибла со стола лампу и разодрала в клочки тетради с домашней работой. Грохнула о пол калькулятор, кинула в зеркало флакон с духами. Зеркало уцелело, но флакон разбился, залив ее туалетный столик духами, усыпав осколками стекла.

У Лиз перехватило дыхание. Отступив на шаг, она обвела взглядом комнату, и странное чувство охватило ее. Оно всегда возникало, когда она смотрела на разбитые, раскуроченные предметы, – острое желание опуститься на четвереньки и собрать все осколки и обрывки. Склеить их, чтобы они снова стали целыми.

Но это было невозможно. Лиз села в центре комнаты, посреди обломков, осколков и обрывков, и загадала желание.

Я хочу, чтоб мне представился второй шанс.

СТОП-КАДР: ЖЕЛАНИЯ

Лиз перегнулась через ограждение на башне. Я держу ее за руку, отец нависает над ней у нее за спиной, и вдвоем мы следим, чтобы она не потеряла равновесие. Глядя вниз, она загадывает желание на одуванчике, который сжимала в своей маленькой потной ладошке всю дорогу, пока поднималась наверх. Она загадывает то единственное, о чем всегда мечтала.

Лиз Эмерсон хочет летать.

После она посмотрит на меня и скажет, чтобы я тоже загадала желание.

Годы спустя она вспомнит все те желания. Будет подумывать о том, чтобы спрыгнуть с башни – и проверить, исполнилось ли хоть какое-то из них.

В итоге решит не прыгать. Не сможет придумать, как броситься с живописной башни так, чтобы это выглядело как несчастный случай.