Любовь с видом на парк - Линда Джонсон

«Я хочу тебя поцеловать», — Марина уже отчаялась услышать подобную фразу. Самой предложить нечто подобное мешала скромность, плюс воспитание давало о себе знать.

— Я буду рада, — на этот раз Марина не краснела — не с незнакомым мужчиной целуется, с собственным мужем.

— Не здесь, — качнул он головой, — не на кухне, — встал и, переваливаясь, направился в коридор.

Марина была готова целоваться где угодно. Да и не только целоваться. После сегодняшних событий ей уже ничего не было страшно.

Муж зашел в одну из гостиных, кивнул на диван:

— Сядь, пожалуйста.

И снова Марина уловила напряжение в его голосе и движениях — он комплексовал из-за роста.

Смысла в этих комплексах Марина не видела. Усевшись на накрытый голубым покрывалом диван, она выжидательно посмотрела на мужа. Он подошел вплотную, встал, посмотрел ей в лицо. Сейчас он был одного роста с Мариной. И ей показалось, что в глубине его глаз мелькнул и пропал страх. Крамов и боится? Неожиданное открытие…

Марина не додумала: губы мужа накрыли ее, мягко, аккуратно, вроде даже нерешительно. Он целовал ее так, словно боялся спугнуть или оттолкнуть и в то же время сам не верил в то, что делает.

Нецелованной, Марине было не с кем сравнивать, она понятия не имела, какие ощущения должна испытывать при поцелуе. Но здесь и сейчас у нее закружилась голова, а в теле буквально сразу же появилась непонятная слабость. Язык мужа нежно обводил контуры ее губ, ласково поглаживал ее язык, губы касались губ с осторожностью. Марина «поплыла». Голова закружилась, внизу живота возникли непонятные, но приятные ощущения. Она желала большего, много большего, чем просто поцелуй.

— Я хочу тебя, — оторвавшись, выдохнул муж.

— Да, — все, что смогла ответить Марина.

Поглощенная необыкновенными ощущениями, она не заметила, как они оба оказались без одежды на диване. Относительно широкий, уже зачем-то разложенный, он отлично вмещал их обоих.

Оказалось, что муж может быть нежным, очень нежным. А его прикосновения… Марина никогда и подумать не могла, что способна плавиться от простых поглаживаний. Он ласкал ее грудь и живот, спускался к промежности. Марина не чувствовала стыда, лишь постанывала от тянущих ощущений внизу живота и невероятной неги, в которой оказалось ее тело.

Он вошел так же аккуратно, как целовал ее. Как когда-то думала Марина, при сексе рост не играл роли. Главное — испытываемые ощущения. А их у Марины было в достатке.

Неискушенная девственница, она не следила за движениями мужа, полностью растворившись в своих эмоциях. Она изредка постанывала, выгибалась ему навстречу, сгорая от желания.

Закончилось все фонтаном чувств, от которого в глазах рассыпались искры.

— Люблю тебя, — выдохнул муж и, приподнявшись на руках, упал на другую половину дивана.

Марина не ответила — не могла говорить. Слишком хорошо ей было.

Сладкая истома разлилась по телу, вытесняя многомесячное напряжение. Лео никогда не предполагал, что может быть счастлив. Удовлетворен — да. Но счастлив… Ни разу в жизни он не испытывал подобного. Позволив себе открыться перед желанной женщиной, стать ее первым мужчиной, он сейчас будто витал в облаках. Женат. Теперь уже он действительно женат, в полном смысле этого слова. Кто бы сказал ему хотя бы год назад, Лео не поверил бы, что такое возможно. Однако, как ни странно, нашлась та, что полюбила его, несмотря на его уродство.