Возвращение на Цветочную улицу - Дебби Макомбер

Я понимала, что это нехорошо, а еще меня пугала реакция Маргарет. Моя сестра жаждала мести настолько, что была готова преследовать чиновников и днем и ночью.

Я надеялась, что ужин со мной и Брэдом поможет сестре забыть про свой гнев хотя бы на несколько часов. Каждый день она приходила на работу напряженная и злая, постоянно срывалась на мне безо всякой причины. Например, на той неделе я просто спросила о заказе на круговые спицы, который просила ее разместить, а Маргарет, срываясь на крик, заявила, что она достаточно взрослая, чтобы выполнять свои обязанности, и не надо относиться к ней как к ребенку. Я даже не знала, что ответить на подобную выходку. Слава богу, в это время в магазине не было покупателей.

Весь день мы с Брэдом делали покупки, а потом готовили. Мы отличная команда. И не только в домашних делах. Мой муж мастерски готовит барбекю, и мы решили приготовить цыпленка гриль. Я сделала картофельный салат по рецепту, который мне посоветовала Тэмми Ли Донован. Салат заправляется перцем чили с майонезом для остроты. К картофельному салату я приготовила жареные бобы с коричневым сахаром и горчицей и испекла морковный пирог на десерт. Коди его очень любит.

К сожалению, погода еще не позволяла вынести столик для пикника на улицу, поэтому мы решили ужинать дома. Хотелось беззаботно и весело провести вечер в надежде, что Маргарет и Мэтт тоже расслабятся и получат удовольствие.

Когда приехали сестра с мужем, Брэд вовсю занимался готовкой. И хотя я вижу Маргарет почти каждый день, ее вид меня ошеломил. Вне привычной атмосферы «Путеводной нити» я вдруг осознала, насколько Маргарет измучена. Физически она крупнее меня и выше на добрых десять — пятнадцать сантиметров, крепко сложена. На протяжении всех этих лет мою сестру мало что пугало. Даже когда Мэтт сидел без работы несколько месяцев, Маргарет хранила это в тайне. В это время я считала, что в их семье все просто замечательно. О их бедственном положении Маргарет рассказала только тогда, когда они уже чуть не потеряли свой дом.

Однако сейчас все было по-другому. Темные круги под глазами Маргарет говорили о долгих бессонных ночах. Она похудела так, что брюки болтались на талии.

Повесив их пальто, я обняла Маргарет:

— Я так рада, что ты пришла.

Мэтт бросил взгляд в сторону Маргарет, и у меня возникло чувство, что в последнюю минуту она хотела остаться дома. Не знаю, как Мэтт переубедил ее, но была этому рада.

— Цыпленок скоро будет готов, — заверил Брэд, пожав руку Мэтту и обняв Маргарет. Он всегда тепло встречал мою семью, и за это я любила его еще больше. — Не знаю, что приготовила Лидия, но она провела на кухне почти весь день.

— Увидите, — поддразнила я, и мы с Брэдом обменялись улыбками, ведь на самом деле он прекрасно знал, что я приготовила.

— Как насчет пива? — предложил Брэд, и они с Мэттом направились к террасе.

А я достала из холодильника бутылку шардоне для нас с Маргарет. Коди гостил у друга и должен был вернуться лишь вечером. Чейз, золотистый ретривер Коди, выяснил, кто к нам пожаловал, и снова вернулся на свое место в комнату Коди.

— Чем-нибудь помочь? — спросила Маргарет.

— Ты можешь накрыть на стол.

Тарелки, салфетки, столовые приборы и стаканы уже были готовы. Маргарет требовалось лишь отнести их на стол и расставить.

— Не возражаешь, если я сначала позвоню домой?

— Конечно нет.

Маргарет извинилась и поспешила в другую комнату. Я слышала, как она говорит с Джулией, беспокойно спрашивая, все ли с ней в порядке. Двери закрыты? А окна? Духовка выключена? Вряд ли Джулии нравилась такая опека со стороны матери, хотя, возможно, на месте Маргарет я бы вела себя так же.

Маргарет вернулась на кухню. Я перекладывала еду в красивые тарелки и ставила их на стол.

— Как мама? — спросила Маргарет, осторожно складывая салфетки. Это была попытка избежать вопросов о Джулии.

После угона машины Маргарет виделась с мамой лишь пару раз.

— Все хорошо, — ответила я.

Маргарет покосилась на гостиную:

— Я скучаю по ней.

Сначала я не поняла, что Маргарет имеет в виду. Как она может скучать по маме, если нужно всего лишь сесть в машину и навестить ее в доме для престарелых? Они всегда были близки. Даже сейчас Маргарет и мама связывались по телефону каждый день. В первое время после маминого переезда Маргарет навещала ее два раза в день.

— Такое чувство, что у нас больше нет матери, — печально вздохнула Маргарет.

Мной овладело чувство утраты. Мы не замечали, как постепенно наши роли меняются местами. И вдруг мы с Маргарет начинаем заботиться о маме. В сущности, мы превратились в родителей, начали взвешивать свои решения, решать финансовые проблемы, возить маму по врачам. Ситуация приняла серьезный оборот год назад. Мы узнали, что у мамы диабет и ей требуются постоянные инъекции инсулина. А потом у нее случился нервный срыв. Лекарства перестали помогать.

— Она навсегда останется нашей мамой.

— Я знаю, — разозлилась Маргарет. — Просто сейчас я не могу с ней поговорить.

— Разумеется, можешь, — возразила я. — Мы ведь регулярно общаемся с мамой.

— Но не об этом.

Под этим Маргарет конечно же подразумевала нападение на Джулию. Я поняла, о чем говорит сестра, и тут же простила ее за резкий ответ.

— Я скучаю по маме, — повторила Маргарет.

Да, я тоже по ней скучала. Скучала по тому прекрасному времени, когда мы могли говорить с ней обо всем. Я привыкла доверять ее советам насчет моего магазина и покупателей. Но когда я была подростком, мама так сильно боялась моей болезни, что уговорила отца искать способы лечения. Это отец возил меня на бесчисленные приемы к докторам и спорил с ними о моем будущем. Он сидел рядом со мной до и после операций и шептал слова ободрения, когда боль становилась невыносимой. Он был рядом, когда я страдала после химиотерапии, и всеми силами поддерживал мой дух. Мы стали очень близки, в то время как Маргарет и мама отдалились. На самом деле мама делала для меня все возможное, а папа был моей опорой.

— Мне хочется рассказать ей о Джулии, — продолжала Маргарет. — Но… я не могу.

Конечно, моя сестра хотела, чтобы с мамой все было как прежде. Чтобы она сказала: «Все хорошо. Этот кошмар скоро закончится, и жизнь наладится». Маргарет хотела убедиться, что ее дочь перестанет страдать от последствий нападения. Хотела, чтобы мама сказала: «Джулия снова сможет спокойно спать по ночам и беззаботно смеяться». Маргарет хотела спокойствия. Спокойствия, которое может дать обиженному ребенку только мать. И которое она сама хотела бы подарить своей дочери.

— Цыпленок готов, — объявил Брэд, выходя с террасы.

Начался дождь. Да это было и неудивительно, ведь он лил все выходные. Соблазнительно и остро пахли куриные грудки. Брэд мариновал их в смеси соевого соуса, уксуса, лимонного сока, перца, лука, чеснока и зелени… Вряд ли Брэд когда-нибудь сможет повторить свой рецепт.