Возвращение на Цветочную улицу - Дебби Макомбер

— А Маргарет придет? — неуверенно спросила она.

— Скоро.

Сестра приедет в понедельник.

Мы приезжали к маме по очереди. Я была рада, что у меня есть Маргарет, а забота о маме укрепила наши сестринские узы.

— Она будет звездой, — сказала мама.

Она думала о Маргарет как о школьнице, которая делала успехи в атлетике. Относительно меня возлагались надежды на умственные способности. Я горжусь тем, что смогла окончить школу, несмотря на пропущенный год, когда я боролась с болезнью.

Настало время обеда. Каждого пациента сопровождал персонал. Я подождала, пока мама уйдет, закрыла ее комнату и уехала.

Брэд, Коди и Чейз ждали меня у озера Грин-Лейк. Мы с Брэдом и Коди очень любили гулять вокруг него, а Чейз прыгал от радости, когда они с Коди начинали бегать по парку.

— Как мама? — спросил Брэд.

Я вспомнила, как она не узнала Джулию и Хейли, и пожала плечами.

— В хорошем настроении.

— Я рад.

Брэд знал, что я долго не могла решиться перевезти маму на новое место, особенно через такой короткий срок после предыдущего переезда. Потом Маргарет рассказала, что мама уже давно страдает проблемами с памятью. Папа помогал ей, поэтому я ничего не замечала.

Мы с Брэдом взялись за руки и вышли на тропинку. Он говорил о том о сем, я отвечала ему в нужные моменты, но мои мысли были далеко.

Я думала о Кэрол и ее ребенке.

И о Колетте.

Я была потрясена, когда она сказала мне, что беременна. И замужем! Естественно, из моей квартиры она переехала к Кристиану. Значит, скоро мне понадобится искать нового постояльца, и это хорошо. Сюзанна будет скучать по Колетте, но Крисси нравится работать в цветочном магазине, и она все лето будет помогать матери.

Я много думала об усыновлении. Возможно, мы с Брэдом не сможем взять младенца, но ведь в собственном доме и в любви родителей нуждаются и дети постарше. На эту мысль меня натолкнул разговор с Аликс. Государство признало, что ее родители не в состоянии заботиться о ней, и разрешило ее удочерить. Только, по словам Аликс, никто не хотел брать взрослого ребенка. Возможно, нам с Брэдом стоит это сделать.

— Ты такая тихая, — заметил муж.

— Я думала… о многом.

— Расскажи, — попросил он.

Я решила рассказать самое тревожное из мельтешащих в голове переживаний.

— Боюсь, мама долго не протянет, — сказала я, тут же почувствовав огромную боль. Я признавалась в этом впервые, и осознание, что скоро моя мать может умереть, заставляло меня чувствовать себя покинутой и одинокой.

— Тебя это пугает, да?

— Да, больше, чем я думала, — ответила я, но не могла описать это тяжелое чувство потери. Жизнь без мамы… Я даже не могла себе ее представить. Мама уже не являлась собой, но в то же время была моей матерью.

— Тогда отнесись бережно ко времени, пока она все еще с тобой, — мягко посоветовал Брэд.

Я кивнула.

— Маргарет звонила, — сказал Брэд. — Хотела рассказать новости.

— Какие?

— Дэнни Честерфилд получил срок.

Маргарет внимательно следила за развитием событий. По ее словам, Дэнни признал свою вину. Его приговорили к десяти годам заключения. По-моему, он уже получил наказание, гораздо более страшное, чем тюремная решетка.

— Мам, пап! — закричал Коди. Волоча за собой поводок, к нам бежал Чейз. — Ловите его!

Брэд схватил собаку за поводок. Коди, смеясь, подбежал к нам и обнял отца.

— Спасибо, пап, — выдохнул он, запыхавшись от бега и радости.

Радость.

Я тоже чувствовала ее каждой здоровой клеточкой своего тела. Я находилась в гармонии с собой и со своим будущим, каким бы оно ни было.