Жертвуя счастьем - Беверли Кендалл

— С учетом открывшихся обстоятельств вам необходимо представить доказательства законного рождения вашего сына для того, чтобы он был признан вашим наследником. Документы о регистрации вашего брака, без сомнения, хранятся в архиве отдела записи актов гражданского состояния.

Мистер Рейнолдс не обвинял своего клиента во лжи — по крайней мере в лицо, но в его голосе слышались нотки скептицизма. Это было неплохо, поскольку излишне доверчивые люди не годятся на роль адвоката.

— Разумеется, — сказал Алекс.

При необходимости он умел убедительно лгать. Хотя Шарлотта, несомненно, превосходила его в этом искусстве.

Алекс понимал, что ему нужно немедленно ехать в Йоркшир, и молил Бога, чтобы его кузен оказался на месте.

— Я попрошу, чтобы вам прислали копии этих документов, — сказал он адвокату.

В глазах Рейнолдса промелькнуло выражение удивления. Он явно не ожидал подобного ответа. Адвокат думал, что Алекс сейчас начнет юлить, а потом под каким-нибудь предлогом заявит, что такие документы отсутствуют.

— Хорошо, хорошо. В таком случае я составлю новое завещание и внесу в него все необходимые изменения. Свидетельство о браке будет также необходимо при вступлении вами в наследство — принятии титула и предъявлении своих прав на майорат, — деловым тоном сообщил мистер Рейнолдс.

Алекс не хотел провожать адвоката до двери, но хорошие манеры слишком глубоко укоренились в нем, и он встал.

— И когда я смогу подписать новое завещание? — спросил он.

Рейнолдс на мгновение оторвал взгляд от бумаг, которые собирал со стола.

— Через неделю, милорд. Это вас устроит?

Алекс кивнул.

Положив документы в портфель, мистер Рейнолдс поклонился, и Алекс протянул ему руку.

— Желаю хорошего дня, милорд.

— Поживем — увидим, — сухо сказал Алекс.

Адвокат издал какой-то звук, отдаленно похожий на сдержанный смешок. Алекс улыбнулся. Он понимал, что заставил мистера Рейнолдса пережить сегодня не сколько неприятных моментов, чем привел его в смятение.

Как только адвокат удалился, Алекс нетерпеливо дернул за шнурок колокольчика, висевшего на стене за столом. Через несколько секунд на его зов явился старший лакей, Симмонс.

— Велите подать коляску. Я еду на вокзал, откуда отправлюсь поездом в Йоркшир.

— Слушаюсь, сэр.

Симмонс поклонился и вышел из кабинета.

«Надо бы отпраздновать это событие», — подумал Алекс. Если все сложится удачно, к концу дня он уже будет женатым человеком.

Взглянув на Джеймса, Шарлотта по выражению его лица поняла, что разговор с Алексом окончился ничем. Джеймс пересек гостиную, в которой Кейти, Мисси и Шарлотта пили чай. Шарлотта давно уже отвыкла от традиционного полуденного чаепития и теперь, после своего возвращения, с наслаждением заново приобщалась к установленным в доме брата обычаям. Темные волосы Джеймса растрепались на ветру, пуговицы жилета были расстегнуты. Бросив сюртук на спинку кресла, он сел рядом с женой. Мисси привычным жестом положила руку ему на бедро, и Джеймс покрыл ее изящную кисть своей большой ладонью. При виде нежностей, которыми обменивались счастливые в браке супруги, Шарлотта почувствовала, что у нее дрогнуло сердце.

— Тебе удалось заставить его хоть немного смягчить свою позицию? — спросила Мисси.

— Нет, Алекс настроен решительно. Я еще не видел его таким жестким и неуступчивым. Он хочет забрать сына, — тяжело вздохнув, ответил Джеймс.

Шарлотту охватило отчаяние, ее взгляд заволокла пелена, сквозь которую будущее представало перед ней в самом мрачном свете.

Видя, в какое состояние пришла сестра, Кейти сжала ее руку.

— Мы не позволим Алексу забрать у тебя сына, — заявила она и, бросив взгляд на брата, добавила: — Правда, Джеймс?

Однако выражение лица Джеймса не сулило ничего хорошего. Оно только подтверждало худшие опасения Шарлотты.

— Но как он сможет осуществить свои угрозы? — продолжала Кейти, видя, что ее родные молчат. — По закону он не имеет никаких прав на Николаса.

Кейти знала, что по закону за внебрачных детей несет ответственность только мать. Это было своеобразным наказанием за излишне свободные нравы женщин.

— Возможно, у Алекса действительно не будет законных оснований предъявлять права на сына, — сказал Джеймс. — Но никто не станет отрицать, что именно он является отцом ребенка. Стоит только взглянуть на Николаса, чтобы убедиться в этом. У мальчика поразительное сходство не только с Чарлзом, но и с герцогом. И, учитывая положение, богатство и влияние семьи Алекса, у него есть все шансы склонить суд на свою сторону.

— Но… — попыталась возразить Кейти, однако Джеймс остановил ее взмахом руки.

— Дело в том, — промолвил он, мрачно взглянув на Шарлотту, — что Картрайт когда-то хотел жениться на тебе. Но ты бросила его у алтаря. Этот скандал несколько месяцев не сходил со страниц газет. И вот пять лет спустя ты возвращаешься в Англию с маленьким сыном, ребенком Алекса… Твоя позиция в суде будет очень слаба, Шарлотта, и любая защита проиграет процесс. Суд придет к заключению, что поскольку брак не был заключен по твоей вине, то Алекс имеет все законные права на своего сына.

Джеймс был абсолютно прав, и Шарлотта это знала. Господи, что же ей теперь делать? У нее было такое чувство, словно она попала в каменный мешок — со всех сторон ее обступили глухие непробиваемые стены, высокие, как Гималаи.

— Я должна срочно уехать. Мне надо вернуться в Америку. У меня нет выбора.

— Нет! — в один голос воскликнули Кейти, Джеймс и Мисси.

Кейти вцепилась в руку сестры так лихорадочно, что у нее занемели пальцы.

— Но что еще мне остается делать? — растерянно спросила Шарлотта. — Джеймс прав. Если Алекс доведет дело до суда, он выиграет процесс. — Она глубоко вдохнула. — И хотя я признаю свою вину перед ним, я не могу потерять сына. Я не переживу этого…

— Может быть, тебе стоит пойти к Алексу и объясниться с ним? Ты расскажешь ему о причинах, заставивших тебя поступить так, а не иначе. Возможно, тебе удастся убедить его, — сказала Мисси.

Ее голос звучал спокойно, но бледность лица свидетельствовала о том, что она была сильно взволнована.

— Ты думаешь, я не пыталась это сделать? — с горечью промолвила Шарлотта. — Но ему не нужны мои объяснения. Он не желает слушать меня. Алекс говорит, что слишком поздно что-либо объяснять.

Джеймс сердито выругался и быстро встал.

— Джеймс, что за выражения? — осадила его Мисси.

Не отреагировав на замечание жены, Джеймс обошел вокруг кресла и стал мерить шагами комнату, пол которой был устелен восточным ковром.

— Да он просто издевается над нами! — воскликнул Джеймс.