Между «привет» и «прощай» - Эмма Скотт

–С чем именно?– спросила Фейт, вновь выходя на веранду. Улыбаясь, она перевела взгляд на мое мрачное лицо.– Я помешала?

–Вовсе нет,– проговорил Морган.– Мы с Эшером обсуждали естественные спады и подъемы удачи в делах. Она похожа на прилив – порой стремительно бежит вперед, а после немного отступает. Вот и все. Верно, Эш?

–Ну, если ты так говоришь.

Фейт опустилась на стул и устроила ногу, переводя внимательный взгляд с меня на Моргана и обратно.

–Остров совсем небольшой,– начала она.– Поэтому, наверное, за год у вас бывает не так уж много клиентов.

–Верно,– согласился Морган.– Но впереди насыщенный сезон свадеб.

–Но мы не хотим зависеть от каких-то сезонов,– проговорила подошедшая к нам Налани.– Поэтому ищем способы развития.

Фейт кивнула.

–Вы зависаете в интернете?

–Хватит произносить эту фразу.– Я потер лицо.

Показав мне язык, Фейт повернулась к Моргану.

–У вас есть веб-сайт?

–Есть, а что толку?– Морган прикусил губу.– Может… взглянешь на него? Было бы здорово услышать мнение профессионала о том, что мы делаем не так.

–Нет, к чему утруждать…– нерешительно начала Налани.

–Я совсем не против,– возразила Фейт.– Ничего не обещаю, но с удовольствием взгляну.

–Правда?– Морган с Налани обменялись полными надежды взглядами.

–Ну, это ведь моя работа.– Улыбнувшись, Фейт пожала плечами.

Налани принесла ноутбук, и пока Фейт изучала их веб-страницу, Морган с женой сидели, взявшись за руки в ожидании диагноза, будто находились в кабинете врача.

С огромным облегчением я ускользнул в кухню, весьма благодарный Фейт за помощь. Может, она подскажет им что-то дельное, раз уж Морган не хочет брать у меня деньги.

«А если нет, от денег им не отвертеться».

Морган со всей своей гордостью просто не понимал – я продавал душу на Уолл-стрит лишь для того, чтобы он больше никогда и ни в чем не нуждался. Я едва не свел себя в могилу вовсе не за тем, чтобы сейчас любоваться его страданиями. С того самого утра, как открыл глаза в задымленном трейлере и увидел испуганное лицо брата, я взял на себя ответственность за него. Она прочно укоренилась во мне, и этого не изменить.

Глядя сквозь окно на веранду, я загрузил грязные тарелки в посудомоечную машину. Брат с женой о чем-то говорили с Фейт, улыбаясь слушали ее советы. На их лицах читалось волнение, смешанное с надеждой. В груди потеплело от гордости, как будто я был за нее в ответе. Словно она влилась в наш маленький клан, стала частью этого места.

«Будто она принадлежала мне…»

Я встряхнул головой, чтобы избавиться от дурацких мыслей. Фейт вовсе не моя и никогда не будет. Я не проводил с женщинами больше одной-двух ночей, и, даже если бы захотел завязать отношения, она жила за тысячи миль отсюда. Фейт не представляла себе жизни вдали от большого города, а я вряд ли решился бы вновь ступить на материк. Здесь, на островах, я наконец-то обрел хоть немного покоя, смог умерить постоянно кипящий внутри гнев из-за того, что родители разрушили наше с Морганом детство и бросили меня собирать осколки.

Конечно, Фейт была красивой и веселой, а ее лукавые, кокетливые улыбки постоянно вызывали неуместные мысли, но наше общение не могло – не должно – зайти дальше.

Мне постоянно приходилось мысленно одергивать себя, и это сводило с ума.

«Хватит! Прекрати!»

–Ты переехал сюда, потому что любишь этот остров, верно?– услышал я слова Фейт, когда вернулся на веранду.– Ведь здесь красиво, безмятежно и все такое прочее.

–И все такое прочее,– рассмеялся Морган.– Да, примерно так и есть.– Широко улыбаясь, он повернулся ко мне.– У Фейт есть пара фантастических идей.

–Правда?– спросил я, не глядя на нее.

–Я просто предложила возить клиентов на экскурсии по острову, фотографировать их возле водопада или на пляже…

–Или в каньоне!– подсказал Калео, взбираясь вверх по деревянной лестнице; всю его одежду и волосы покрывала собранная под крыльцом пыль.

–Верно, в каньоне, как бы он ни выглядел.– Фейт одарила его улыбкой.– Или на той тропе, что чуть меня не убила. Сфотографируйте клиентов на фоне прекрасных пейзажей острова, и они почувствуют, что стали его частью. И заберут это ощущение с собой домой.

–Мне нравится!– воскликнула Налани.

–Мне тоже,– поддержал ее Морган и приложил руку к груди.– Mahalo nui loa^[8], Фейт.

–Не за что. Я просто подумала о том, что, уехав, мне хотелось бы забрать кусочек острова с собой.

«Ведь она скоро уедет – и точка».

–Нам пора,– отрешенно проговорил я.

Родные проводили нас до крыльца.

–Ты вернешься?– Калео потянул Фейт за руку.– Ты должна познакомиться с Моми. Это моя прабабушка.

–Моя бабушка,– пояснила Налани.– Мы будем счастливы снова тебя видеть.

–Я очень рада нашему знакомству,– улыбнулась Фейт.

Впрочем, ее улыбка не коснулась глаз. И в этот миг я понял, что она здесь не останется – не только до конца поездки, но, может, даже на день.

Больше не сказав ни слова, Фейт развернулась и заковыляла к джипу. Я попрощался с братом и Налани, обнял Калео и последовал за ней.

–Я очень устала,– проговорила Фейт, когда я сел за руль.– Хочу вернуться домой.

–А как же «шейв айс»?– поинтересовался я. Теперь, зная, что нам остались вдвоем лишь считаные минуты, я хотел задержать Фейт возле себя как можно дольше.

–Я передумала.

–Ладно.

Весь обратный путь до Капаа мы ехали молча. Припарковав машину на стоянке возле ее комплекса, я замер на сиденье, глядя прямо перед собой.

–У тебя замечательная семья,– вдруг проговорила она.– Малыш Калео – просто прелесть. Он явно боготворит тебя, и Морган тоже. Здорово, что они у тебя есть.

–Ага.

В машине повисла тишина.

–Я возвращаюсь в Сиэтл,– спустя пару минут снова заговорила Фейт.– Завтра.

–Я так и думал.

–Для нас обоих так будет лучше. Ты уже столько для меня сделал. Наверное, даже слишком много. Я сбежала сюда, чтобы обрести хоть каплю независимости, перестать полагаться на мужчин и в кои-то веки подумать о себе. И все же почти с самого приезда и шагу не могла сделать без твоей помощи.

Хотелось сказать, что нуждаться в помощи – совсем не то же самое, что жить за чужой счет. Однако в целом Фейт была права – ей лучше уехать. Тогда я смогу вернуться к нормальной жизни, а она вновь окажется в Сиэтле и вступит на путь самосовершенствования. И я не буду, глядя на нее, пускать слюни, а уже спустя минуту отталкивать.