Драгоценности - Даниэла Стил

Это был чудесный обед и прелестный вечер. Он рассказывал ейо своих родителях и о том, как много они для него значили и как огорчена былаего мать несколько лет назад, когда он не проявил никакого интереса к женитьбе.

— Боюсь, что я принес ей большое разочарование, —добавил он без всякого раскаяния. — Я не хотел жениться просто для того,чтобы угодить родителям или завести детей. Мне всегда казалось, что раз я такпоздно родился у своих родителей, то могу очень долго ждать того, чего хочу, апотом все наверстать.

— Вы не имеете права на ошибку. — Когда Сарапроизнесла это, он увидел ту же загадочную грусть.

— А вы, Сара? Вас еще не заставляли выйти замуж? —Она уже рассказала ему о Питере и Джейн и их детях.

— В последнее время нет. Мои родители всепонимают. — Ее ошибку… Ее несчастье… Ее позор… Она отвела взгляд. Тогда онпротянул руку и сжал ее пальцы.

— Почему вы никогда не расскажете мне, что причиняетвам такую боль? — Им обоим уже трудно было вспомнить, что они знакомытолько два дня. Им казалось, что они знали друг друга вечно.

— Почему вы так думаете? — Она пыталась провестиего, но он не поверил ей и продолжал твердо и нежно сжимать ее пальцы.

— Потому что я вижу, вы что-то скрываете от меня. Онотаится где-то рядом, словно призрак, всегда в тени, выжидая, чтобы наброситьсяна вас. Это так ужасно, что вы не можете поделиться со мной?

Сара не знала, что ему ответить, она не осмеливалась сказатьему правду, и на глазах ее выступили слезы.

— Мне… мне жаль… — Она высвободила свою руку, чтобывытереть глаза салфеткой, их официант предупредительно исчез. — Простоэто… Это так ужасно… Вы никогда не сможете относиться ко мне по-прежнему. Я нис кем не встречалась с тех пор… как это случилось…

— Боже мой, что же произошло? Вы убили кого-нибудь?Убили родственника, друга? Даже если стряслось непоправимое, должно быть, этобыл несчастный случай. Сара, вы не должны так терзать себя. — Он взял обеее руки и сжал так, что она почувствовала себя в безопасности. — Простите,я не хочу вмешиваться не в свое дело, но мне больно видеть, как выстрадаете. — Разве может быть такое? — Она недоверчиво улыбнуласьсквозь слезы. — Вы совсем не знаете меня. — Это была правда, однакоза два дня они узнали друг друга лучше, чем многие за всю жизнь.

— Я совершила ужасную ошибку, — призналась онаему, крепко сжимая его руки, и он не дрогнул, не поколебался и не отдернул их.

— Я не верю этому. Мне кажется, только вы считаете этоужасным, держу пари, что никто больше так не думает.

— Вы ошибаетесь, — произнесла она задумчиво, апотом вздохнула и снова посмотрела на него, убрав руки. — Два года назад явышла замуж. Я совершила большую ошибку, однако я пыталась жить с ним, несмотряна это. Я испробовала все. Я решила остаться верной брачному обету, если мнетак суждено.

На Вильяма новость, казалось, не произвела такого сильноговпечатления, которого она ожидала.

— Вы по-прежнему замужем? — спокойно спросил он,все еще протягивая ей руки в надежде, что она захочет взять их, но Сарабоялась. Ей казалось, что теперь она не может этого сделать. После ее признанияона ему больше не нужна. Но она обязана была сказать ему.

— Этот год мы жили отдельно. В ноябре я получуразвод. — Она произнесла это таким тоном, словно речь шла об убийстве.

— Мне жаль, — сказал он серьезно. — Жаль вас,Сара. Я могу только вообразить, как, должно быть, трудно было все это пережитьи как несчастны вы были весь прошлый год.

Ему хотелось узнать о причине развода.

— Вы очень любили его? — поколебавшись, спросилон. Он хотел убедиться, была ли боль, которую она испытывала, тоской по мужуили просто сожалением, но в ответ Сара покачала головой.

— Если быть с вами честной до конца, я не уверена, чтовообще любила его. Я знала его почти всю свою жизнь, и мне казалось, что япоступаю правильно. Он нравился мне, но я действительно его не знала. Когда мывернулись после медового месяца, все рухнуло, и я поняла, что сделала ошибку. Онхотел только развлечений, день и ночь проводил со своими друзьями в попойках.

Сара не стала рассказывать о потерянном ребенке, о том, какон привел проституток в дом ее родителей, когда они отмечали годовщину ихсвадьбы. Но по ее голосу и грустным глазам Вильям понял, что ей пришлосьпережить гораздо больше. Она боялась встретиться взглядом с Вильямом, он нежнокоснулся ее руки и ждал, пока она не посмотрела на него. В ее глазах былвопрос.

— Мне жаль, Сара, — повторил Вильям. — Он,должно быть, круглый болван.

Сара улыбнулась и снова вздохнула, почувствовав облегчение,но не искупление. Она знала, что всегда будет винить себя за развод, но если быона осталась с Фредди, это уничтожило бы ее.

— Это и есть тот страшный грех, который вы от меняскрывали? — Она кивнула, и он улыбнулся ей. — Как можно быть такойглупенькой? Сейчас не девятнадцатый век. Другие тоже разводятся. Вы хотели быостаться с ним и терпеть эти мучения?

— Нет, но я чувствую ужасную вину перед своимиродителями. Им было неловко, но они никогда не осуждали меня. В нашей семьеникто никогда не разводился. Они были так милы со мной. — Она смолкла подего взглядом.

— Они были против развода?

— Нет. Они слишком добры, чтобы упрекать меня.

— И вы не встречались с вашими друзьями, наказав себяза это «преступление»?

Сара покачала головой и улыбнулась тому, как он спросил обэтом.

— Нет. — Она вдруг рассмеялась, как школьница, и унее стало легче на сердце, чего не случалось все это время. — Я пряталасьна Лонг-Айленде.

— Глупая девчонка. Я уверен, что ваш поступок одобрилибы, если бы вы вернулись в Нью-Йорк, а некоторые просто аплодировали бы вам зато, что вы расстались с этим типом.

— Не знаю. — Она снова вздохнула. — Я невиделась ни с кем… до сих пор… до вас…

— Как мне повезло, мисс Сара Томпсон. Какойглупой-преглупой девчонкой вы были. Не могу поверить, что целый год вынаказывали себя из-за человека, которого, по вашим собственным словам, вы дажене любили. Сара, в самом деле, — он смотрел на нее одновременно с негодованиеми изумлением, — как вы могли?

— Развестись для меня было не так просто, —защищалась она. — Я боялась, что меня будут считать такой же, как этаужасная женщина, на которой женился ваш кузен.

— Вильям был сражен. — Кончить подобно УоллесСимпсон? С драгоценностями на пять миллионов долларов, домом во Франции имужем, хотя он, возможно, и глуп, который обожает ее? Боже мой, Сара, какаястрашная судьба! Однако позвольте с вами не согласиться. — Было видно, чтоон подтрунивает над ней, и оба не могли удержаться от смеха.