По линии горизонта. Книга 1 - Вероника Карпенко

— Ну, как хочешь, — сказала она, — Тебе лет-то сколько?

Он вздохнул виновато:

— Девятнадцать, а тебе?

На лице у неё заиграла улыбка.

— А мне двадцать один! — горделиво ответила Ира.

Его голубые глаза смотрели недоверчиво. Как будто пытаясь понять, правду она говорит, или нет.

Ира отгрызла кусочек вафельного торта, в который раз удивляясь тому, как им удаётся сохранять этот сказочный хруст. Алкоголь заблокировал боль, и её потянуло на размышления:

— Значит, трое из четырёх уже здесь. А где потерялся последний?

Серёжа нахмурился:

— Ты о чём?

— О всадниках Апокалипсиса, — ответила Ира и принялась загибать пальцы, — Чума, Смерть, Голод. Осталась только война!

— Уже, — он кивнул, — Ты телевизор не смотришь?

Ира махнула рукой.

— Не! Да и смысл? — заключила она со скучающим видом. — А за что воевать? Деньги теперь не нужны, территории тоже.

— За женщин! — из его уст это прозвучало как лозунг. — За жизнь, — чуть менее пафосно добавил Сергей.

— Так за жизнь, или за женщин? — сощурилась Ира.

Он потупил глаза:

— Это одно и то же. Ведь только женщина способна дать жизнь.

— Не скажи! — возразила Ирина, язык её уже слегка заплетался, — Без мужской составляющей у неё ничего не получится.

— Я имею ввиду, что никто кроме женщины…

— Да понятно! — она махнула рукой.

Его невинная логика оставляла за скобками тех, кто от природы лишён был таких «привилегий». Тех, кто не сможет родить.

Первый Ирин визит к гинекологу завершился эпической драмой. Мама рыдала, вновь и вновь перечитывая диагноз врача. Врождённая патология маточных труб не позволяла зачать и уж тем более выносить. Так что Ира лишала потомства не только себя, но и мать! Со временем она примирилась с таким обстоятельством, но держала язык за зубами. И даже Лёшка не знал о том, что девушка ему досталась с дефектом…

— Как думаешь, почему он убивает только женщин? Это какая-то кара небесная? — произнесла Ира.

Сосед озадаченно хмыкнул:

— Не знаю! Я и сам задавался подобным вопросом. Но думаю, что объяснение будет совсем не божественным.

— Ты не веришь в Бога? — удивилась она. Сама Ира верила. И каждый вечер просила его сделать так, чтобы там, в его царствии, маме было уютно.

Серёжа задумался:

— Не знаю. Ведь если он есть, он бы не допустил…

Ира горестно хмыкнула, вспоминая плюшевого медведя у одной из могил. Среди остальных она была самой маленькой.

— Прости, я не хотел тебя расстраивать, — опять извинился Серёжа.

— Да хватит тебе извиняться! — упрекнула она. — Что ты заладил? Прости да прости!

— Привычка, прости… — он осёкся, смешно изогнув одну бровь, — В смысле, больше не буду.

Ира его изучала слегка осоловевшими глазами. Сейчас он уже не казался таким уж мальчишкой. Широкие, пусть и слегка худощавые плечи. Рост значительно выше среднего. И красивые длинные пальцы, сжимавшие рюмку. Он прикончил одну, в то время, как Ира уже допивала вторую по счёту.

— Ты хороший! — сказала она.

Но такой комплимент он воспринял неоднозначно:

— Да уж! Только вот девушки любят плохих.

— А вот и не неправда! — вяло ответила Ира. — Мне вот вечно везёт на хороших! Даже слишком.

Конечно, она имела ввиду Лёшку. Который бросил её в угоду каким-то мифическим идеалам. Она до сих пор не могла простить ему этот выбор.

— У тебя есть парень? — поинтересовался «скромняга».

Ира вздохнула:

— Был! Но потом он решил, что работа важнее.

Она не могла оторвать взгляд от бутылки. Жидкость в ней походила на воду, в которую капнули кровь. Чуть розоватый оттенок придавал легкомыслия этому действу. И она пригубила ещё.

— А кем он работает? — услышала Ира.

— Он врач, — с пренебрежением сказала она.

Сергей оживился.

— О, доктора сейчас на вес золота! — но, увидев её озадаченный взгляд, добавил, — Мать тоже мечтала, чтобы я стал хирургом.

— А ты кем стал? — скучающе бросила Ира.

— Пока что никем! Но учился на повара, — его пальцы сжали стеклянную рюмку.

— Ого, неожиданно! — удивилась она и подпёрла рукой подбородок.

Сергей засмущался, отчего его пальцы на рюмочке сжались ещё крепче.

— Да, просто многие считают, что готовка — это женское занятие. А на самом деле среди профессиональных поваров редко встречаются женщины, — он словно нащупал свою колею и стал говорить без умолку.

Ира слушала, отмечая, что на скулах у него раздражение. Неужели, мысль побриться посетила его накануне визита?

— Мужчина на кухне — это так сексуально! — проговорила она.

Сергей покраснел:

— Тебе виднее.

Он коснулся лица рукой, и она вдруг представила, как эти руки месят фарш, или тесто. А может быть… женскую грудь! Ира даже смутилась, ощутив, как внизу живота пробуждается нечто давно позабытое. Уже несколько месяцев никто не ласкал её. Не обнимал, не касался губами. А может быть, уже никогда не коснётся…

Рука его была так близко. Она хотела дотронуться, но в этот момент Сергей решил сменить тему.

— А ты на кого училась? — спросил он в ответном порыве.

Она усмехнулась:

— Иняз.

Серёжа игриво сощурился:

— Скажи что-нибудь!

— Бэз муа², — прошептала она.

— Красиво, — он улыбнулся ей краешком рта.

«Только, увы, бесполезно», — подумала Ира.

Торт кончался стремительно. А повисшая пауза всё никак не кончалась. Его нерешительный взгляд блуждал по комнате. Ира вспомнила вечер, когда в ней проснулась эксгибиционистка. И пускай это длилось секунду. Всё равно! Он видел соски.

— Слушай, а может, останешься на ночь? — слова сорвались с языка неожиданно. Но Ира не стала забирать их назад.

Серёжа уставился на неё, рот его приоткрылся:

— В смысле? Ты боишься одна ночевать?

Ира задумалась:

— Точно, боюсь!

Мысль казалась бредовой, но Серёжа повёлся. И пока он ходил за вещами, она постелила ему на полу.

— Я бы мог лечь на диване, — он указал в сторону двери, за которой, как было легко догадаться, находилась гостиная.