Женюсь на дочери магната - Юлия Крынская

–Как скажешь, дорогая. Всегда к твоим услугам.

Расцарапываю плечи об кусты и ладони об землю, но добираюсь до верха самостоятельно. Берая ни на минуту не выпускает меня из виду. Благодарна ему за его молчаливую поддержку.

Дальше – ровным строем по два человека. Асфальт. Солдаты бегут. Я за ними. На полусогнутых… Скрючившись от усталости.

–Ты похожа сейчас на картинку из учебника истории,– на губах Бераи играет довольная улыбка.

У меня нет слов даже «мяу» сказать.

–Помнишь, там превращение первобытного человека в современного? Ты там где-то посередине.

Я надеру сержанту сегодня накачанные булки на поединке. Ох, надеру от души!

* * *

Лука

Протягиваю корочку дежурному под решётку:

–Добрый день! Лука Молодцов, юрист Фрола Горина.

–Фрола Горина? Круто!

Моего босса знает полмира, и крепкого телосложения рыжий парень, оторвавшись от экрана компьютера, расплывается в улыбке:

–Быстро вы! На ракете, что ли, прилетели? Да нормально уже всё. Жить будет.

Ни один мускул на моём лице не выдаёт, что в моей груди сейчас прогремел ядерный взрыв. Выдерживаю паузу. Болтун – находка для шпиона. Парень продолжает разглагольствовать:

–Он сейчас в реанимации. Кризис уже миновал.

–Так это… Какое счастье!– Медленно выдыхаю. Дай Бог здоровья Егору, но я, узнав, что беда не с Мэл, словно вернулся из ада.

–Вы в больницу поедете?

–Фрол прислал меня вместо Егора. Присмотреть за дочерью.– Похоже, я и правда вовремя прилетел.

–За ней уже присматривают,– пожимает плечами рыжий.

–Кто?– вцепляюсь пальцами в металлическую стойку, разделяющую нас. Хорошо, что между нами решётка… Ловлю на себе цепкий взгляд дежурного и беру себя в руки.– Фрол никогда не доверит охранять своих близких незнакомому человеку.

–А чего её охранять?– хмыкает дежурный.– Горина нашему сержанту так по челюсти съездила, что у него искры из ушей фейерверком выстрелили.

–На тренировке, что ли?

–На тренировке, на тренировке,– на лице парня тень сомнения. Выложил он уже прилично, а проверить мою личность забыл.– Вы присядьте. Мне нужно получить разрешение, чтобы выписать вам пропуск.

Спустя пять минут, я в сопровождении долговязого черноволосого парня в песочке, минуя длинное безликое сооружение, вхожу в симпатичный зелёный двухэтажный особняк, явно прошлого века постройки. Подоконники уставлены цветами, красная ковровая, слегка потёртая дорожка, краска на двери облупилась, но это даже придаёт некий уют и атмосферность. Глазки камер смотрят из каждого угла – всё под контролем.

–Нормально у нас народ в армии живёт,– цокаю языком.

–Это лазарет,– оборачивается парень.

–Мэл живёт в лазарете?

–Да,– мой проводник оглядывается и добавляет вполголоса:– Мы с пацанами чуть не свихнулись ночью, прознав какая фея-карамелька в казарме почивает. А когда девонька в трусах и майке с кровати спрыгнула, да хай подняла, мы вообще в осадок выпали. Твёрдые горошинки на мячиках под белой майкой сегодня только и вспоминаем при каждом удобном случае. Николая Семёновича вчера срочно вызвали в Москву, приедет уши оторвёт Егору.

–Егору?– рассеянно переспрашиваю и мысленно душу свою Дездемону пальцами ног.– Он же в больнице.

–Да, нет! Нашему Егору. Сержанту Берае. Он дежурил вчера и определил ваших в казарму. Вот здесь Горина теперь отсиживается, если на «губу»^[11] её ещё не увели.

–За что?– хватаюсь за сердце.

–За драку,– шепчет парень.– Вы бы забрали её отсюда. Бабам в спецназе не место.

–Золотые слова,– также шёпотом отвечаю я.– Как звать тебя, старина?

–Роман.

–Лука,– протягиваю ему руку.– Буду благодарен, если подашь эту идею начальству.

–Так кто меня послушает? Я вас оставлю,– Роман смотрит на часы.– Скоро обед. Приходите.

–Спасибо, брат!– Жду пока Роман отойдёт и стучусь в дверь.

–Уходи!

Судя по голосу, Мэл плачет. Дёргаю ручку.

–Я не буду с тобой целоваться!– выкрикивает Мэл.

Меня будто в прорубь кинули. Вышибаю дверь плечом.

–Лука?

Моя невеста восседает на постели, обняв колени. Два года пытался привить малышке любовь к красивым нарядам. Всё тщетно. Майка-тельняшка и штаны «милитари» сидят на ней, как влитые. Будем изживать заново – сожгу форму на костре, как вернёмся.

–А ты кого-то другого ждала?

Возвращаю хлипкий замок на место и закрываю дверь. Мэл бросается ко мне и виснет на шее.

–Я такая гадина! Из-за меня Егор в больницу попал. Тебя обидела. Луканя, прости, если сможешь.

–Ах, ты ж маленькая моя!– прижимаю Мэл к груди. Все обиды вылетают из головы.

–Ты меня ещё любишь?– В огромных заплаканных синих глазах Мэл робость, раскаяние, любовь.

–Люблю, кроха, конечно, люблю.

–Два месяца быстро пролетят…

–Что?– Я ожидал чего угодно, но не этих слов.– Ты хочешь сказать, что ещё не наигралась?

Мэл тянется губами к моим губам:

–На новой работе первый день, как первый блин – всегда комом.

–Какой работе?– встряхиваю я невесту.

–Есть такая работа,– Мэл снова льнёт ко мне,– Родину защищать.

–Так, мать!– Соскучился по моей крохе. Всего день провёл без неё, а извёлся так, словно век не видел. Но нужно приструнить распоясавшуюся малолетку.– Давай сядем и поговорим спокойно.

Садимся на кровать. Мэл нервно теребит косу, и я забываю все претензии, уставившись на её причёску.

–Ты же не умеешь заплетать волосы,– говорю я, растягивая слова.– Кто тебе косу забацал?

Мэл краснеет, как томатный сок:

–Сержант.

–Сержант Берая?– уточняю я.

–Откуда ты знаешь?– лепечет Мэл.

Вскакиваю с постели и прохожусь по комнате, мысленно считая про себя до десяти на китайском и русском языках. Хочется врезать Мэл за все её выкрутасы. Не ценит она нормального отношения. Но, конечно, я никогда не подниму на неё руку. Мы бьёмся только на ринге. Когда на равных и не в ссоре. Счёт не помогает, и я взрываюсь:

–Да мне дежурные про вас двоих столько наплели, что хватит на мексиканскую мыльную оперу! Хорошо я представился юристом Фрола, а не твоим женихом.

–Лука!

–Что, Лука? Я рогами уже потолок царапаю. И в казарме сержант тебя спать положил, и косичку с утра заплёл. Скажи, а челюсть ты ему в благодарность свернула, или я ещё чего-то не знаю?