Любовь как в кино - Виктория Ван Тим

С развитием соцсетей мир рекламы сильно изменился. Стало меньше дизайнеров и больше программистов. Когда-то, еще до моего прихода сюда, в агентстве работало больше двадцати дизайнеров. Теперь с той же работой справляется меньше десяти человек.

Окидываю взглядом свою команду: все вкалывают не поднимая головы. Проверяю журнал проектов: загружены под завязку. Откуда у нас могли взяться денежные трудности? Мне нужно передать починенным еще два небольших проекта, но ни один из них пока не открыт. Набрасываю черновик и рассылаю всем письма, спрашивая, кто может взять дополнительную работу. Затем опираюсь локтями на стол и кладу голову на ладони.

Странно все это. Куда идут деньги? Я вообще-то не отказалась бы нанять еще одного дизайнера. Заглядываю в «Фейсбук». Рен на своей странице теперь ежечасно пишет новости о ребенке. Тема этого часа: малыш Шоу – в розовом или голубом? Она записана на прием к гинекологу и тащит с собой маму.

Ну конечно.

Пишу ей: «Удачи!», хотя чувствую, что удача больше нужна мне. Надо позвонить ей, рассказать о регистрации подарков. Нет, сначала надо навести порядок в списке регистрации. И вернуться к работе.

* * *

Мы с Элли сидим в маленьком итальянском бистро. Обожаю этот торговый центр. Здесь не только отличные магазины, но и чудные кафешки. Другими словами, углеводы.

Мы взяли на двоих большую тарелку с тремя видами пасты: спагетти, равиоли и фетучини. Подали еще и чесночный хлеб, так что недостатка в углеводах не наблюдается.

– Ну вот, теперь ты знаешь всю мою историю с Шейном.

Элли кивает, не переставая жевать.

– Если ты проболтаешься, даже о какой-нибудь мелочи… – Для пущего эффекта я наклоняюсь к ней и говорю страшно серьезным тоном: – Клянусь, весь офис узнает, что отксеренные сиськи в комнате отдыха – твои.

Элли в ужасе раскрывает рот.

– Ты не посмеешь!

– Посмею, посмею, учти. Держи рот на замке. – Отпиваю чай, откашливаюсь и продолжаю уже более непринужденно: – Помнишь, Тоня сказала, что Шейн изменил мне тогда, в колледже? Оказывается, случился всего лишь один поцелуй по пьяни, причем именно с ней – с Тоней!

У Элли отвисает челюсть. Она прикрывает рот рукой.

Киваю и держу паузу, чтобы она осознала всю чудовищность ситуации.

– И это еще не все, – прямо чувствую, как слова царапают мне горло. – Я тогда уехала на выходные к родителям, и Шейн мне звонил. Но мама велела ему оставить меня в покое.

Элли ахает.

Рассказываю ей, как Шейн, прежде чем подписать контракт, потребовал добавочного соглашения со списком «Любовь как в кино». Затем объясняю, что это соглашение означает.

– Вот смотри…

Открываю письмо со списком и протягиваю ей телефон.

Элли читает, беззвучно шевеля губами.

1. «Неспящие в Сиэтле».

2. «Красотка».

3. «Дневник Бриджит Джонс».

4. «27 свадеб».

5. «Грязные танцы».

6. «Шестнадцать свечей».

7. «Реальная любовь».

8. «Скажи что-нибудь».

9. «Вам письмо».

10. «Свадьба лучшего друга».

В груди – тяжесть. Каким-то образом тот факт, что я рассказываю ей об этом, делает все… ну, реальным, что ли. Возможно, даже чересчур реальным.

Ее брови ползут вверх.

– Вот это да! Если ты с ним рассталась, можно я его заберу? – Она смеется, еще раз просматривает список и с подозрением прищуривается. – Вижу, «27 свадеб» вычеркнут. Где вы были вчера? Брэдли в курсе?

Сердце пропускает удар. Ох, не надо было ничего говорить. Пытаясь представить все в невинном свете, рассказываю ей, что мы просто добавили пару предметов в список подарков Рен.

– Ничего особенного. Разыграли похожую сцену из фильма, произнесли несколько реплик, чтобы получить вдохновение для нового дизайна. Но все же будет лучше, если об этом никто не узнает. Брэдли и так уже психует.

Я поделилась с подругой и должна бы испытывать облегчение. Но облегчения не чувствую. Барахтаюсь в море вины и раскаяния. Даже углеводы не помогают.

Решаю сменить тему.

– Слушай, как тебе кажется, в агентстве не стало меньше работы? Ходит слух, что мы не блестяще закрыли квартал.

Элли недоуменно хмурится.

– Да нет, ничего похожего. Наоборот, дел так много, что даже не все успеваю. Где ты такое услышала?

– Да так, наверное, безосновательные слухи. – Я пожимаю плечами и принимаюсь наконец за еду. М-м, как вкусно! – Мне Брэдли сказал… – Я посвящаю ее в подробности. Мы с Элли работаем вместе – не думаю, что это нарушает правила о конфиденциальности.

Она слушает с круглыми глазами, вилка застыла в воздухе. Мое чувство вины стремительно растет. Я совсем не хотела ее пугать. Просто было интересно, что она думает по поводу того, как Клайв заставлял меня пойти на все, лишь бы подписать контракт, стращая меня потерей места и разговорами о финансовых трудностях. В то время как мы, очевидно, по горло завалены работой.

– Да ладно, может, Клайв… ну, не знаю… сгустил краски, – неуверенно улыбаюсь я.

– Вообще, он – мастер преувеличивать, – кивает Элли.

– Точно! Раз уж мы так заняты, то, наверное, не о чем волноваться.

Шейн прибыл в агентство минут десять назад, и Клайв усадил его в переговорной. Босс обзвонил всех, кто работает над дизайном для «Керидж-Хаус», и велел нам собраться. Не представляю зачем, ведь я еще не успела ничего наметить. Ужасно нервничаю. Дверь переговорной закрыта, и жалюзи опущены.

Постучать? Надо, наверное, постучать.

Несмело стучу и уже поворачиваю ручку, когда из-за угла появляются Тоня и Брэдли, и я замираю.

Растягиваю губы в улыбке.

– Привет!

– Привет, милая, ты в порядке?

– Что? А, да, конечно.

Почему он спрашивает? Я выгляжу виноватой? Чувствую себя определенно виноватой.

Тоня протискивается к двери вперед меня и улыбается.

– Воду в этот раз не бери.

В ответ закатываю глаза. Говорю, что сейчас вернусь, и бегу к кабинету Элли.

– Я тебя нанимаю, – говорю ей. – Теперь ты официально работаешь на проекте «Керидж-Хаус». Объяснения позже. Идем.

Тяну ее за руку, и мы быстро направляемся обратно к переговорной.

– Кенз, что ты задумала? – спрашивает Элли.

Шикаю на нее, открываю дверь и практически запихиваю ее внутрь.

Тоня удивленно оборачивается к Брэдли.