Запретный босс - Елена Грэй

«Интересно, мы поселимся в разных отелях или нет?»

«Как долго он пробудет в Брюсселе и как скоро исполнит роль наставника?»

«А Дина Алексеевна тоже приедет?»

Новый поток мысленных вопросов бередил душу моей чувствительной натуры.

«Не забудь позвонить Никите», — спохватилась, когда мы проходили паспортный контроль.

Несколько тщетных попыток связаться с ним не увенчались успехом. «Абонент временно недоступен», — раз за разом повторял автоответчик сотового оператора. Убрав телефон в карман джинс, проследовала за дожидающимся меня боссом.

Представший перед глазами старинный город с органично вписанными в историческую среду современными зданиями произвёл неизгладимое впечатление, стоило покинуть черту Завентема, а к моменту прибытия в гостиницу Брюссель стал для меня бесспорным фаворитом среди мировых столиц. Он с первого взгляда покорил.

Арендованный в аэропорту автомобиль припарковался возле дорого отеля в самом центре города, и босс, выйдя из машины, подал мне руку.

— Дождись меня у ресепшена. Я скоро подойду, — первая фраза-приказ, произнесенная им за последние несколько часов.

— Вы куда-то уходите? — ну вот изменила новому принципу, заговорила с ним с явной тревогой, стоило услышать мужской голос. Ничего не могла с собой поделать, всё же очень требовалось внесение ясности от него.

Ну а что? А если после регистрации босс собирался оставить меня в отеле незнакомого города одну?

— Нет, Валерия, — его губы тронула улыбка. — В этой гостинице забронированы номера для нас всех, — будто прочитал мысли.

Заверение Крицкого внушило доверие, и я прошла в ярко-освещённое помещение. Ждать Кирилла Константиновича пришлось недолго, он зашёл в отель с чёрной папкой в руках, а затем приветствовал администратора на французском. Быстрое оформление, выдача самых обычных ключей, и вот каждый из нас отправился в собственный номер. Заглянув в предназначенный для меня, восхищённо вдохнула воздух. Бело-зелёные тона и по-домашнему уютная атмосфера. Этот номер был оформлен в лучших традициях старой Европы.

— Отдохни пока, а вечером, можно прогуляться по площади Гран-Плас. Завтра у тебя начнётся первый день стажировки и потом будет не до достопримечательностей.

— Вместе с вами?

— Если захочешь, могу составить тебе компанию. Я буду у себя в номере.

Это выглядело, как приглашение на свидание (по крайней мере, так показалось), только кто кого приглашал?

Возвращение небывалой благосклонности Крицкого подзадорило, я не смогла удержаться и спросила у него:

— Зачем вы проявляете повышенную заботу?

Он стоял в шаге от меня и ожидал, что из копилки «зачем и почему» обязательно вылетит первая монета.

— Если я могу это сделать, то почему бы нет? — только не вопрос на вопрос хотела услышать. Глупая я, наверное, да?

— Ясно, — разочарованный вздох.

— В этой папке находится вся техническая документация проекта. Ознакомься с ней на досуге, — чёрный предмет, как спасательный круг для утопающего в море необъяснимых страстей, перешёл из его рук в мои и напомнил, что вообще-то мы приехали сюда по делу.

— Обязательно изучу, — пообещала и топтались же мои ноги на месте… Хотелось спросить, когда он планирует организовать собственное просвещение. — Кирилл Константинович?

— Да, Валерия?

— Нет ничего, — передумала, так как пришло какое-то оповещение от сотового оператора. — Всего хорошего, — пробормотала и зашла в свой номер.

«Данный абонент появился в сети», — высветилось уведомление на экране. Отлично! Я перезвонила ему и услышала гудок занятости. Решив, что это возможный сбой со связью, написала Никите:

«Ник, привет! Ты больше часа был недоступен. Где ты? Перезвони мне».

Полная тишина в течение следующего получаса. Недоброе предчувствие, не отпускавшее после первого сообщения, присланного Никитой: «Я много думал о нас, малыш…», как ни крути внесло определённый диссонанс в наше сегодняшнее общение. Прохаживаясь по номеру буквально из угла в угол, ждала, когда он соизволит перезвонить.

Не зря мне казалось, что наши отношения сводились на нет. Слишком разными стали интересы и возникшая в последние дни отдалённость явилась предвестником спонтанного разрыва. Он не стал для меня шокирующим или болезненным. Наверное, потому что где-то на подсознательном уровне я была к нему готова, с момента отъезда в Петербург.

Никита так и не перезвонил, не стал обременять меня разговором и поступил не характерным ему способом: просто прислал последнее сообщение с номера сестры.

Дзинь.

«Малыш, два года – это слишком много. Извини, но больше нам не по пути».