Принцесса-грешница - Анна Рэндол

Джулиана от неожиданности выпрямилась.

– Я никогда не говорила, что это был…

– Удостовериться в этом оказалось до смешного просто.

В выражении лица Йена появилось что-то такое, что заставило Джулиану насторожиться.

– Ты обещал не искать его.

– По-моему, сейчас я разговариваю с тобой, а не с ним, или нет? И отбрось ты эту простыню. Я каждую ночь вижу тебя в твоем пеньюаре.

Джулиана действительно прикрывалась простыней, прижимая ее к груди. Теперь она отбросила простыню в сторону и спустила ноги с кровати. Она подозревала, что это будет не тот разговор, который ей захочется вести лежа.

– Мы заключили сделку. Ты обучаешь меня, и только потом я тебе все рассказываю.

– Сделка отменяется.

Йен произнес это таким выразительным тоном, что Джулиана приготовилась к тому, что сейчас он скрестит руки на груди и бросит на нее сердитый взгляд. Однако вместо этого Йен опустился на кровать рядом с ней. И она, не успев одуматься, придвинулась ближе и положила ему руку на колено.

– Что случилось?

Йен внимательно посмотрел на ее руку на своем колене, но не убрал.

– Кто-то желает моей смерти. Ничего удивительного, они хотят смерти моих друзей тоже. А этого я не потерплю. Сегодня вечером кто-то установил цену на их головы, – вздохнул Йен. – Ей-богу, мне начинает это надоедать.

– А кто хочет их смерти? – спросила Джулиана и тут же охнула, почувствовав себя круглой дурой. – Так вот почему ты здесь.

– Именно поэтому.

– А как же бумаги, которые мне необходимо вернуть?

– Мне очень жаль, но у меня нет больше времени изображать из себя учителя. Твоим любовным письмам придется подождать.

– Любовным письмам? – отдернула руку Джулиана. – Значит, вот чем я, по-твоему, занимаюсь? – Она встала и подошла к окну. – Так знай, что ты – не единственный, от кого зависят жизни других людей.

– Просто скажи мне, кто предал моих друзей, – сделал к ней шаг Йен, но его лицо оставалось в тени, – и я уйду.

– Нет, – воскликнула Джулиана, ушам своим не веря, что могла такое сказать.

– Что нет? – замер Йен.

– И то, и другое, – отрезала Джулиана. – И не надо ворчать на меня, – подняла она руку для пущей убедительности. – Я сообщу тебе информацию, которую ты ищешь, если продолжишь мне помогать.

– Я не люблю, когда мне отказывают, Принцесса, – достал нож Йен.

Джулиана постаралась сохранить спокойное выражение лица, как он учил ее раньше. На самом деле она ничего не знала о Йене и подозревала, что он гораздо опаснее, чем ей кажется.

И все же какое-то внутреннее чутье подсказывало, что он не причинит ей вреда.

– Ты даже не испугаешься? – приблизился он к ней с ножом в руке.

– Нет, – пожала плечами Джулиана.

– Я плохой человек, Принцесса. Я убил много, очень много людей.

– Но меня ты не убьешь, – не сдвинулась с места Джулиана.

Йен подошел к ней еще ближе, и теперь она, наконец, увидела его глаза, но ничего не смогла в них прочесть.

– Почему ты так считаешь? – Йен провел рукояткой ножа по щеке Джулианы. Сталь была гладкой и теплой от его пальцев.

– Потому что ты – не чудовище.

– Многие поспорили бы с этим, – рассмеялся Йен, и смех его прозвучал резко и грустно. Он довольно долго молчал, потом вздохнул и спрятал свой нож. – Ладно, давай рассказывай.

– Мы оба преследуем одного и того же человека. Человек, которого ищешь ты, тот самый, у кого спрятаны мои документы.

– Так нас предал твой любовник?

– Ты с ума сошел? – оттолкнула его Джулиана. – Я же сказала, что это не любовные письма. Этот человек шантажирует того, кто мне близок. Мне нужно забрать улику, которую он держит у себя.

– Кто он, Джули? – Пожалуй, лицо Йена потемнело еще сильнее.

– Герцог Соммет.

– Сукин сын, – сделал шаг назад Йен.

Мир слегка покачнулся под ногами у Йена, но потом принял свое обычное положение.

Соммет.

Ну почему, черт возьми, он не заставил ее рассказать ему обо всем раньше? Если ее бумаги у Соммета, то она сильно рискует, пытаясь их вернуть.

Без преувеличения.

Внутри министерства иностранных дел нет настоящей организации, так, сборище групп людей, придерживающихся разных интересов. Но Соммету, пустившему в ход все свои связи, удалось создать собственную сеть, которая накрыла их всех, и собрать в свои ряды людей из самых темных дыр.

Говорят, будто без разрешения Соммета принц-регент даже в туалет не ходит.

На совести Йена была примерно дюжина убитых, но Соммет, поговаривали, уничтожал целые города, отряды солдат, деревни.

– Куда ты вляпалась, черт тебя возьми? – не сдержался Йен.

– Я не могу тебе сказать.

– Это имеет отношение к твоему бестолковому брату?

– Тебя это не касается, – заявила Джулиана.

Но неуверенность, с какой она произнесла это, подсказала Йену, что так оно и есть.

– И какой у тебя план в таком случае? Как ты намерена свести нас вместе?

– Соммет устраивает домашний прием, на который я получила приглашение. Я собиралась поехать в конце недели. Ты можешь поехать в составе моей свиты.

– В качестве твоей прислуги.

– Разве только ты придумаешь кое-что получше, – покраснела Джулиана.

О, вот она, бодрящая острота честности.

– Нет-нет, я всегда мечтал быть королевским лакеем.

– Мы можем ехать послезавтра.

– Завтра.

– Это невозможно. Ты представляешь, как тяжело перевозить семейство? Даже послезавтра это будет трудно сделать. И потом, у меня есть встречи, которые надо перенести. Помолвки, которые надо назначить на другие дни.

– Соммет не удивится, если ты появишься рано?

– Его домашний прием уже начался. Но я задержалась и не поехала, поскольку мне хочется как можно меньше времени провести с этим человеком.

Йен никогда никого не отговаривал от чего бы то ни было. Каждому свое. Но сейчас понял, что не может позволить Джули войти в этот дом.

– Соммет опасен, он только что заказал мою смерть. Тебе лучше отказаться от попытки выкрасть у него документы. Это крайне трудно сделать.

– Неужели ты действительно рассчитываешь переубедить меня? – Джулиана сделала шаг и остановилась в нескольких дюймах от него. – Почему ты вбил себе в голову, что у меня была легкая жизнь?

Она стояла совсем рядом, Йен видел след от подушки после сна на ее щеке, но его все еще не покидало непреодолимое желание отступить.