Избранное дитя, или Любовь всей ее жизни - Филиппа Грегори

Я была сквайром, последним сквайром на этой земле. И мой долг — избавить ее от Ричарда.

Я тяжело поднялась на ноги. В первую минуту я испугалась, что не смогу сделать ни одного шага, так кружилась голова, но я знала, что мне необходимо добраться до дому. Меня никто не станет искать так далеко, и я могу умереть прежде, чем меня найдут, от потери крови и от холода.

Тогда я стиснула зубы и повернулась лицом к дому. Я с трудом переставляла ноги, покрытые засохшей кровью и грязью, и считала шаги. Сначала я сделала сотню шагов, потом еще одну. Это был единственный способ добраться до Дауэр-хауса, который я могла придумать, и поэтому я продолжала считать шаги, как маленький ребенок. Я опять очутилась в темном лесу Вайдекра, потом подошла к берегу реки, потом стала переходить через мост, и тут моя тяжелая и намокшая накидка чуть не утянула меня вниз, и я испугалась, что утону, не сделав всего, что задумала. И, снова считая, считая, считая, шагала я домой, где кто-нибудь — обязательно кто-нибудь там будет — поможет мне лечь в постель. Мне так тяжело давалась эта дорога, по которой я когда-то так легко бегала с моим любимым кузеном.

Когда я приду домой и немного отдохну, я расскажу Ричарду, что погубила его дитя и теперь погублю его самого.

Когда я вышла из леса, наступал рассвет, небо становилось голубым, хотя тучи на горизонте казались совсем черными. Ветер завывал в верхушках деревьев. Но за этим шумом я слышала гул многих голосов в лесу.

«Наверное, они вышли искать меня, — подумала я. — Хорошо бы Ричарда не было дома, когда я вернусь, тогда я смогу незаметно пробраться к себе и немного отдохнуть. Мне так нужно хоть немного набраться сил, прежде чем я увижу его и скажу ему все». Я знала, что пока недостаточно сильна для этого.

Парадная дверь была открыта, и дом казался пустым. Было так, как я и хотела: все ушли в лес искать меня, и я спокойно взберусь по лестнице и прилягу хоть на одну минуту. На одну минуту перед тем, как увижу Ричарда.

Но я все-таки была Лейси, а не глупым дитя и подумала, что мне следует оставить на двери записку, чтобы люди, которые под дождем ищут меня, поняли, что я здесь, и не искали меня целый день, пока я отдыхаю в кровати. И я пошла в библиотеку за бумагой и ручкой.

Ричард сидел там в своем любимом кресле. Его лицо было похоже на череп, зубы оскалены в жуткой усмешке страха, глаза сверкали. Он смотрел на меня как на нежданного спасителя, как на единственного человека в мире, способного избавить его от неминуемой смерти.

Позади кресла стоял Ральф, одной рукой он держал Ричарда за волосы, а в другой сжимал длинный острый кинжал, приставив его к горлу моего мужа.

Они оба смотрели на открывающуюся дверь. Они слышали, как я вошла и медленно, из последних сил, прошла через холл. Одним взглядом я охватила страшную сцену и поспешно закрыла за собой дверь, чтобы никто больше не увидел ее.

Лицо Ричарда светилось немой мольбой.

— Джулия! — позвал он тихо, и я услышала былые нотки в его голосе. — Джулия!

Я смотрела на него. На брата, которого я любила всю жизнь и знала, что никогда не излечусь от этой любви. Брата, родного брата, мою кровь и плоть.

Я подняла голову и встретила темный, немигающий взгляд Ральфа.

Он ожидал моего решения.

— Убей его, — произнесла я.

И взмах кинжала Ральфа был быстр, как топор мясника.

Дауэр-хаус, Вайдекр, Суссекс

Дорогой мистер Фортескью!

Я знаю, Вы простите меня за то, что я пишу Вам после всего, что произошло между нами, и несмотря на свою большую вину, простить которую нельзя. Но я осмеливаюсь писать Вам, потому что любила Вас тогда, в Бате, и с тех пор никогда не переставала любить.

Меня взяли силой и принудили стать женой и матерью. Сейчас я вдова и лежу в тяжелой послеродовой горячке, от которой, как говорят врачи, мне не выздороветь.

Это звучит, наверное, так храбро. Но, Джеймс, я совсем не храбрая. Меня переполняет гнев и сожаление, что потеряно так много, а получено так мало. Я обрела только одно. У меня родилась дочь, но в бреду и горячке я отдала ее цыганам, думая спасти ее от владения моим несчастным наследством. И я обращаюсь к Вам с просьбой: найдите ее, пожалуйста, и верните домой. Я взяла на себя смелость назначить Вас ее опекуном до тех пор, пока она не станет совершеннолетней.

Вы найдете ее в одном из цыганских таборов, путешествующих по югу страны и всегда зимующих в Вайдекре. Я завещаю вырастить ее так, чтобы она помнила свою ответственность на земле и выполнила мой долг перед людьми, живущими здесь. К сожалению, жизнь не даст мне времени изменить майорат в пользу Экра, но я надеюсь, что это сделает моя дочь. Что она, моя детка, отдаст эту землю навсегда в руки людей, работающих на ней. Пожалуйста, непременно скажите ей, что это было моим последним и самым большим желанием.

Сожалею, что вынуждена взвалить на Вас такую ответственность, но я поручаю Вам два наиболее дорогих моему сердцу создания: мою дочь и мою землю.

Я надеюсь, что Вы еще будете счастливы в жизни и обретете любимую женщину, на которой сможете жениться. Надеюсь, она будет любить Вас так же, как любила я.

До свидания, мой любимый.

Джулия Лейси

P. S. Ее зовут Сара. Сара Лейси.