Опьяненный страстью - Адриенна Бассо

Девушка сделала медленный глубокий вдох, чтобы немного привести свои мысли в порядок. Действительно, он всего лишь мужчина. И ничем не отличается от большинства представителей своего пола.

И все же, несмотря на изысканную внешность и манеры, в нем ощущалась некая яростная сила, казавшаяся Доротее тревожно притягательной. А создавшееся у нее мимолетное впечатление от свойственного ему чувства юмора только разжигало желание познакомиться с ним поближе.

Неожиданно маркиз скрылся в толпе. Доротея отчаянно попыталась отыскать его глазами, бросая взгляды то туда, то сюда, но, слава богу, спохватилась. Что она делает? Выставляет себя полной и законченной дурочкой, это уж точно. До чего унизительно!

Мысленно отругав себя за безрассудное пренебрежение возможностью воспользоваться вниманием окружающих ее джентльменов, Доротея решительно встряхнулась.

Сэр Перри продолжал что-то бубнить нудным голосом. Что – неважно.

– Джентльмены, моя карточка прискорбно не заполнена.

Ее неожиданное замечание заставило сэра Перри замолчать. Воспользовавшись моментом, Доротея кокетливо улыбнулась кружку своих воздыхателей.

– Прошу подсказать, чье имя мне записать на первый вальс.

– Ищешь кого-то?

Мужской голос, неожиданно прозвучавший над ухом Картера, застал его врасплох.

– Не столько ищу, сколько избегаю, – шутливо ответил он.

– Хм, позволь предположить… – Это был виконт Бентон. Он окинул взглядом зал, и лицо его приняло озадаченное выражение. – Черт побери, здесь слишком много незамужних дам, чтобы определить ту, которую ты стараешься избегать.

– Да, – мрачно согласился Картер. – И почти половина этих леди в дьявольском списке моего отца.

– Я думал, ты собираешься сжечь этот чертов список, – сказал виконт, удивленно приподняв бровь.

– Собирался. – Маркиз пожал плечами. – Но вовремя сообразил, что гораздо полезнее заучить имена, чтобы знать, на кого не следует обращать внимание.

– И как продвигается дело? – весело спросил Бентон.

– Не слишком успешно.

– Может, нам лучше удалится в комнату для игры в карты? – предложил виконт. – Незамужние дамы обычно воздерживаются от сидения за карточным столом.

– Думаю, нам гораздо безопаснее вообще покинуть этот бал. – Картер уже жалел о том, что сразу не отправил отказное письмо с сожалениями. Вряд ли он мог бы пытаться ухаживать за девушкой в присутствии своего отца. Кроме того, та единственная, которая привлекла его внимание, была сегодня почетной гостьей и уже обручена. И с кем? С Артуром Пимгроувом. – В «Вороновом раю» появилась новая девочка. Мадам Анджелина уверяет, что она очень талантлива.

Виконт откашлялся, прочищая горло, Картер в замешательстве пристально посмотрел на друга:

– Ты покраснел, Бентон?

– Не будь идиотом, Атвуд, – насмешливо ответил виконт. – Я был бы счастлив сопровождать тебя в этот бордель и могу даже поспорить, что первым поимел бы эту новую девочку.

– Тогда в чем проблема?

Бентон отвел взгляд. Он казался почти… смущенным. Но это было невозможно. Картер знал виконта уже много лет. И за все это время он ни разу не видел его настолько выбитым из колеи, как сейчас.

– Я пока не могу уехать, – признался Бентон. – Обещал бабушке, что сделаю ей одолжение и потанцую с племянницей ее близкой подруги. Ты, случайно, не знаком с мисс Фиби Гарретт?

Картер расхохотался. Несмотря на всю его развязность и возмутительно скандальное поведение, в сущности, Бентону свойственны были благородство и великодушие, которые никак не удавалось искоренить, хоть он и прилагал к этому немалые усилия.

Одолжение бабушке? Как мило! Картер не мог дождаться, когда расскажет об этом Даусону, зная, что их общий друг по достоинству оценит абсолютную иронию ситуации.

– Мисс Гарретт числится в моем списке, – сказал он. – Под номером первым!

Бентон ухмыльнулся:

– Тогда я в безопасности. Если герцог отметил ее как одну из твоих возможных невест, она, вне всякого сомнения, не заинтересуется моим скромным титулом и не столь значительным состоянием. Я могу спокойно исполнить долг перед бабушкой, не опасаясь создать у мисс Гарретт ложного впечатления о моих намерениях.

Картер оправил манжеты своей рубашки.

– С твоей стороны слишком самонадеянно полагать, что мисс Гарретт согласится танцевать с тобой. Она немного застенчивая девушка и, скорее всего, от испуга утратит дар речи, когда повеса с твоей репутацией приблизится к ней.

– Какая поистине восхитительная мысль! – Губы виконта расплылись в широкой улыбке. – Я и забыл, что скверная репутация может оказаться самым полезным инструментом, когда речь заходит о брачной ярмарке. Она надежно отпугивает многих хитроумных мамаш. Тебе следует подумать, как подпортить себе репутацию.

– Упаси бог! Моя репутация и без того уже достаточно паршивая. Кроме того, распутник отпугивает определенного типа женщин, но привлекает других. – Картер с трудом удержался, чтобы не рассмеяться.

– Скажи, которая из этих глупо улыбающихся леди Фиби Гарретт?

Картер оглядел зал. Он встречал мисс Фиби Гарретт всего несколько раз, но отлично помнил ее темные волосы и полную фигуру.

– Сейчас она в глубине зала, частично скрыта массивной пальмой в кадке.

– Естественно. Меня не удивляет, что она демонстрирует столь необходимое, по мнению твоего отца, качество – боязливость. Герцог находит его бесконечно привлекательным. – Виконт вытянул шею в направлении, указанном Картером. – Черт возьми, да она слегка старовата, – заметил он. – Неудивительно, что ее родственники загоняют мужчин в угол, чтобы обеспечить ей партнеров для танцев.

– Ей не так уж много лет. – Картер пожал плечами. – По-моему, около двадцати четырех. Меньше, чем тебе или мне.

– Она уже практически старая дева.

– Это слишком жестоко, – возмутился Картер.

– Всего лишь простое замечание. Не я устанавливал эти нелепые правила. И не собираюсь им следовать.

Двое друзей уставились на мисс Гарретт. Словно почувствовав, что за ней наблюдают, девушка медленно отступила за пышные листья пальмы. Бентон сокрушенно вздохнул.

– Возраст может добавить значительную долю зрелости и глубины выражению лица и манерам женщины, – заметил Картер. – Увы, это не относится к мисс Гарретт. Думаю, она просто слишком застенчива, себе на беду. Природная неуверенность, возраст и стремление озабоченной мамаши поскорее выдать дочь замуж, к несчастью, придают этой девушке обреченный вид.

В глазах виконта вспыхнули участие и обеспокоенность.

– В отчаянии женщина способна на безрассудство – это вызывает тревогу.

– И может быть очень опасно. Постарайся не забывать об этом, Бентон.