Темный Эдем. Начало - Патрик Карман

На меня быстро навалилась скука, но слушать диктофон я не хотел. На примере миссис Горинг я понял, что это не такое уж безопасное занятие. В том, чтобы погружаться в мир звуков, есть своя опасность, особенно если вокруг расхаживают чужаки. Если и слушать, то что-то действительно сто´ящее.

Но я мог записывать звуки и принялся фиксировать свой голос, рассказывая о произошедшем со мной. Потом я увидел на полке две книги в бумажных обложках. Вообще-то я не так уж люблю читать, мне больше нравится слушать. Особенно мне нравятся аудиодневники. Люди часто говорят, как важно всё записывать, но мне кажется, что важнее наговаривать. Я пробовал читать разные биографии, но большинство из них написаны очень скучно. Читать историю Мартина Лютера Кинга совершенно не интересно, но стоит послушать, как он говорил, и сразу же по голосу узнаешь, каким он был человеком. А ещё лучше слушать того, о ком никто не слышал. Больше всего мне нравится слушать, как о себе рассказывают самые обычные люди.

И всё же я скучал и потому хватался за любую возможность хотя бы немного развлечься, раз уж мне придётся какое-то время находиться тут, вдали от дома. Наверное, не стоило удивляться, когда я увидел «Жемчужину», но я почему-то удивился. Вторая книга называлась «Женщина в песках»[9]какого-то японского писателя, имя которого мне было незнакомо. Обе книги оказались потрёпанными, с пожелтевшими страницами, испещрёнными карандашными пометками.

Я прилёг на кровать и начал читать. Мне нравилось представлять, что Мариса читает ту же книгу, и я гадал, на какой странице она находится. Вдруг сейчас мы с ней читаем одни и те же слова? У нас бы тогда было кое-что общее, о чем можно поговорить.

Понемногу я начал клевать носом, а потом выключил свет и проспал несколько часов. В подвале было темно, как в гробнице, и время суток здесь не имело никакого значения.

Проснулся я неожиданно, от всполохов света перед глазами. Стена с мониторами вновь ожила — опять включился центральный экран. Я встал, повертел ручку яркости, и всё бомбоубежище залил рассеянный свет. Экран снова показывал главный зал, в котором сидели все мои бывшие спутники. Наручные часы показывали 9:00. Значит, я проспал четыре часа.

Мариса в одиночестве забилась в угол дивана и читала. Я снова подумал, на какой странице она сейчас находится. Кейт и Бен сидели на полу, скрестив ноги. Бен Дуган действительно выглядел не только живым, но и вполне здоровым, уверенным в себе парнем. На нём была футболка, которой я прежде не видел, с какой-то эмблемой. Я не слышал, о чем они говорили, но, похоже, Кейт что-то у него выпытывала. Мне показалось забавным, что Коннор, который с самого начала ни на шаг не отходил от Кейт, сейчас постоянно бросал на неё хмурые взгляды, сидя за столом и бесцельно вертя в руках книгу. Алекс тоже сидел за столом и рисовал в тетради.

Одна девушка отсутствовала, и, нажав клавишу с буквой Д, я увидел её в комнате, где на чёрной стене по трафарету были выведены цифры 2, 5 и 7.

Эйвери Вароун, девушка, сменившая несколько приёмных семей. Она смотрела прямо в камеру и ничего не говорила. Это прекрасно соответствовало тому, что я уже знал о ней. Я рискнул надеть наушники и выбрать на диктофоне запись одного из её сеансов.

Если ты не будешь со мной честной, ничего не изменится.

Я знаю.

Я понимаю, что ты боишься. На самом деле понимаю. Ты можешь рассказать хоть что-нибудь?

Вы всё равно мне не поможете.

Ну, заранее ничего обещать не могу. Но у меня же есть какой-никакой опыт. Я помогла многим людям. Мне кажется, я смогу помочь тебе, если ты мне доверишься.

Ага.

Просто подумай об этом, ладно? Первый шаг — это рассказать правду. Если мы не сделаем этот шаг, то застрянем.

Как скажете.

О чём Эйвери думает сейчас, сидя в странной комнате и глядя в камеру? Я понимал, что она меня не видит, но у неё было такое одновременно испуганное и отсутствующее выражение, как будто прямо перед её глазами в воздухе висит призрак. Довольно красивая девушка — длинные каштановые волосы и приятное лицо. Но в сочетании с её голосом на записи оно наводило на мысли о безнадёжности. Интересно, изменится ли лицо Эйвери, если её вылечат?

Вылечат, избавят от страха. Но страха перед чем или кем? На этот вопрос не было ответа.

Даже я не знал его, потому что за все сеансы она так и не призналась.

* * *

Я знал, что миссис Горинг обязательно повезёт в форт еду. Она умная женщина, и вполне логично, что она дождалась девяти утра, когда подростки окончательно проснулись и как следует проголодались. Я услышал, как по скату катится тележка, а потом дверь в подвал открылась.

Я заранее решил, что мне делать в этом случае, и, когда миссис Горинг покатила тележку по тоннелю, вышел из бомбоубежища и осторожно двинулся за ней, держась в отдалении и внимательно прислушиваясь. Когда она зашла за ведущую в форт дверь и прикрыла её, я быстро подбежал, достал диктофон и замер.

Было слышно, как все окружили миссис Горинг, и она хлопнула в ладоши, чтобы они разошлись.

— Завтрак будет подан на столе, руками не трогать. Здесь вам не зоопарк.

— Да ладно вам, мы же проголодались! — запротестовал Коннор.

Понятно, что он самый голодный — он же самый крупный из нас.

— С дороги, или я толкну тебя тележкой.

Я не мог рисковать, чтобы выглянуть и посмотреть, что там происходит, так что оставалось только догадываться. Наверное, Коннор загородил ей дорогу, но отошёл, посмеиваясь.

— А вы смешная, миссис Горинг.

— Смотри, осторожнее, Коннор, — предупредил его Алекс, — ещё ударит тебя сковородкой по коленке.

— Мы ценим вашу заботу, миссис Горинг. Не обращайте внимания на этих неандертальцев, — сказала Кейт исключительно вежливым тоном, каким говорят учительские любимчики.

— Я позову Эйвери, — сказала Мариса.

Через приоткрытую дверь я разглядел, как она подошла к спальне девочек.

Остальные стали толкаться за столом и подшучивать друг над другом. Миссис Горинг велела им заправить кровати и смыть унитазы. Мариса вернулась с Эйвери и присоединилась к общей суматохе. Потом все расселись за столом.

— Ну что, как доктор? — спросила Кейт немного высокомерным тоном, но для нее это было естественно.

— Нормально.

— А мне даже жаль её, — сказал Бен. — Столько часов разговаривать с нами! Просто удивительно, что она этим занимается. Это как круглые сутки работать в службе поддержки.