Между «привет» и «прощай» - Эмма Скотт

–И где, черт возьми, ты это услышал?

–От мамы. Они говорили с папой, что дела идут не блестяще.

–Не блестяще?– Я резко остановился.

–Я не должен был говорить!– Он поспешно закрыл рукой рот.

–Но почему?

–Папа сказал, что ты захочешь все исправить с помощью нью-йоркских денег.

С губ сорвалось проклятие.

Брат всегда был заядлым фотографом. В восемнадцать лет, когда Морган окончил среднюю школу, я подарил ему поездку на Гавайи, и он влюбился в пейзажи Кауаи, а после в Налани Сориано и ни разу не пожалел об этом. При моем скромном содействии вместе с женой они открыли небольшую фотостудию в Принсвилле, «Памятный остров».

Калео потянул меня за руку. Милый и чуткий, он очень походил на отца, но казался более серьезным и даже чуточку важным.

–Прошу, не выдавай меня, дядя Эш.

–Конечно,– пообещал я сквозь зубы и влетел в дом, готовый прижать брата к стенке, как только племянник ляжет спать.

Однако столкнулся с Налани, сунувшей мне в руки завернутый в фольгу пирог – ее знаменитый, с лаймом, судя по запаху.

–Отнеси ей,– попросила невестка.

–Кому…– непонимающе начал я, а после закатил глаза.– Черт, ты серьезно, Нал?

–Ты же знаешь, в духе «алоха» нужно дать ей нечто, рожденное на острове.

Налани окинула меня строгим взглядом, живо напомнившим ее бабушку Моми.

«Я старше и мудрее, и ты будешь делать, как я скажу»,– отчетливо читалось в нем.

И пусть Налани была младше меня на четыре года, я по опыту знал, что спорить с ней сейчас бессмысленно.

–Ладно.– Я взял пирог.– Съезжу к Фейт, посмотрю, поужинала ли она. Только за этим.

–Конечно-конечно.– Расплывшись в улыбке, невестка развернула меня и вытолкала за дверь.– Поторопись, пока еще не слишком поздно.

* * *

Дорога с севера, из Ханалея до Капаа, расположенного на восточном побережье, заняла сорок пять минут. Лаймовый пирог Налани ехал рядом на пассажирском сиденье. Перед мысленным взором проносилась жизнь в Нью-Йорке. Глупо было обвинять Фейт в пропаганде дурацких товаров, когда сам я четыре года проработал в финансовом отделе на Уолл-стрит – зарабатывал деньги для клиентов, просто перемещая их с места на место. Похоже, у меня неплохо получалось, и, вложив собственные средства, я сорвал неплохой куш.

«Такая жизнь чуть не убила тебя, так что хватит об этом».

И все же прежние навыки никуда не делись. И сейчас, сидя за рулем машины, я мысленно принялся оценивать кусочки доступной мне информации, чтобы после на их основе мгновенно принять решение – без подобного умения на бирже просто не выжить.

«По рабочему графику у меня впереди четыре выходных».

«Она чертовски сексуальна».

«Она хочет «перезагрузиться», как и я когда-то».

«У нее отличное чувство юмора».

«Она чертовски сексуальна».

–Ты повторяешься,– пробормотал я себе под нос.

В кондоминиум «Поно Кай» яприехал около девяти вечера. Постучав в дверь Фейт, я приоткрыл ее и просунул голову внутрь.

–Вы в приличном виде?

–Вот еще!– фыркнула она с дивана.– Само собой, нет!

Она оказалась чертовски права.

Звук на висящем на стене телевизоре был приглушен. Фейт, одетая лишь в шелковый халат, вытянулась на диване, положив ногу на кофейный столик. Зачесанные назад светлые волосы еще не высохли после душа, на лице ни капли косметики, под тонкой тканью халата виднелась бронзовая кожа и бесконечной длины ноги…

–Вам стоило бы запереть дверь,– проговорил я, положив пирог и ключи на кухонный стол.

–Тогда вы не смогли бы вернуться,– натянуто произнесла Фейт.– А зачем вы приехали?

–Пирог,– рассеянно пояснил я, оглядывая квартиру в поисках хоть каких-либо признаков ужина.– Вы уже поели?

–Хотела, но мытье с Паулой меня просто измотало.– Она выдавила из себя улыбку, и я заметил блеск в зеленых глазах.– А у меня с собой, как всегда, нет ни одной таблетки обезболивающего.

Я окинул Фейт внимательным взглядом, отмечая, как напряжено стройное тело, а рука, словно в тисках, сжимает пульт от телевизора. Мне довольно часто приходилось видеть людей, страдающих от боли, и я отлично знал признаки.

–Какого хрена? В Уилкоксе вам ничего не дали?

–Дали, но действие, похоже, закончилось. Я… в порядке.

–Черта с два!– бросил я и неловко подошел ближе.– Фейт, мне очень жаль.

–Но почему? Вы не виноваты, что я – сущая катастрофа.– Она шире распахнула глаза.– Лодыжка просто вопит от боли, а я могу лишь сидеть здесь и переключать каналы, чтобы отвлечься.

Стиснув зубы, я схватил со стола ключи от машины.

–Куда вы?– спросила она, испугавшись, что я вот так уйду.

«Нет, придурок, она просто боится вновь остаться одна»,– мысленно поправил я себя.

–Куплю лекарства,– пояснил я.– И чего-нибудь поесть.

–Не стоит. Уже поздно и…

Однако я уже подскочил к двери. Раздобыть аспирин было вовсе не сложно, к тому же внутри словно прозвучала сирена. Тот же сигнал тревоги я услышал, когда Калео сказал о трудностях в фотостудии. Такой же тревожный звонок сработал много лет назад, когда трейлер сгорел дотла и безопасность Моргана стала для меня целью жизни. Его нельзя было отключить. Оставалось только ответить на вызов.

–Сейчас вернусь,– бросил я, выходя из дома.

* * *

Я поехал в ближайшую аптеку и купил несколько упаковок бинтов и упаковку обезболивающего. Рестораны в Капаа по большей части уже закрылись, но в любимой закусочной на колесах я смог раздобыть две порции картошки фри с васаби и соевым соусом.

Вернувшись к Фейт, я постучал в дверь, а после, войдя в дом, направился в кухню.

–Быстро ездите, Марио Андретти^[5],– слегка улыбнувшись, проговорила Фейт.

Я налил ей стакан воды и принес таблетки обезболивающего.

–Ваша мать воспитала настоящего джентльмена,– произнесла она и с благодарностью взяла таблетки, не заметив гримасы на моем лице.

«Моя мать уж точно никого не воспитывала».

–Почему вы раньше не сказали, что у вас нет лекарств?– мрачно поинтересовался я.– Мне или Пауле.

Фейт одарила меня очередным насмешливым взглядом; похоже, боль понемногу начала стихать.

–Было не до этого. Я слишком радовалась, наконец-то смыв с себя всю эту грязь. К тому же, приехав сюда, я твердо решила хоть раз в жизни обойтись без мужчины. И что же? Не продержалась и дня.