Душа Ягуара - Анна Ривн

– Тебе было очень больно? – спросила я у него, поднимая взгляд к его лицу.

– Я не помню, но иногда они болят во сне, – отстраненно ответил мне Ягуар и коснулся пальцами моей щеки.

– После выставки поедешь со мной. И это не обсуждается, – властно сказал он, бросая на меня жадный взгляд собственника.

– И не подумаю, – ощетинилась я и резко встала со стула.

– Дерзишь, моя Татлим? – обманчиво спокойно спросил он меня, нависая надо мной.

– Сопротивляюсь тирании, – раздраженно ответила, я, обходя его по кругу в попытке сбежать от этого варвара хоть куда-нибудь.

– Наверное, так даже будет лучше, – рассудил Ягуар, следя за моими жалкими попытками улизнуть. – Видимо, после первого наказания ты не успела осознать, кого должна слушаться. Но ничего, я помогу тебе. И твоя грудь мне в этом поможет.

– Причем тут моя грудь? – нервно спросила я, пятясь от него.

– О-о-о, а об этом ты скоро узнаешь, сразу же после выставки, в моей машине, – хищно сверкнул он глазами, а у меня вся кожа покрылась мурашками, а соски вмиг предательски затвердели.

– Вижу, твоей груди нравится моя идея, – сладко прошептал мне на ухо Ягуар. – Жду не дождусь, когда смогу попробовать ее на вкус.

Господи, если Ты есть на небе, то Ты поможешь мне от него сбежать, ибо я уже стала очень сильно сомневаться в своей способности самой сделать это.

Резко, будто вынырнув из-под толщи холодной воды и жадно вдыхая спасительный воздух, я услышала тихий, слегка растерянный вопрос подруги:

– Вы знакомы?

Что я могла ей ответить? Что мы с ним встречались пару раз, в один из которых он бил меня по попе, а другой – грозился что-то сделать с моими грудями?

Да уж, ситуация! Его близость меня пугала. Но не в том смысле, что он был опасен, хотя это чувствовалось в каждом его взгляде и движении, а в том, что этот обворожительный мужчина вызывал во мне бурю, из-за которой я боялась даже дышать, не говоря уже о том, чтобы смотреть в его волшебные глаза. Именно волшебные, потому что они вызывали нереальные чувства. Мое тело будто повисло в невесомости. Оно было легким и податливым, словно глина в умелых руках мастера.

Грудь под его взглядом, будь она кошкой, встала бы на дыбы, о чем свидетельствовали набухшие и превратившиеся в твердые бусинки соски. Низ живота скрутило узлом желания и злости. Да что такое?

– Виделись пару раз, – ответила я, поворачиваясь к подруге. – Ничего особенного.

– Да? Ничего особенного? – раздалось холодно и угрожающе сзади.

Обиделся. Мне казалось, что он рыкнет, словно дикий кот, но, обернувшись, я увидела, как Ягуар молча и спокойно прошел в противоположную от меня сторону и сел на освободившийся вращающийся стул. Недолго он сидел в одиночестве, спустя пару секунд, к нему уже подскочили две восторженные художницы-близняшки Катя и Таня. Враги Марго. Если в жизни подруги и были недруги, то это эти две пигалицы, которые буквально всех мужиков в этом помещении облапали и прощупали во всю силу мышц.

Я скрипнула зубами, едва не стирая эмаль. Он им улыбался! Так приторно и слащаво, что меня чуть не стошнило. Ревность скрутила меня, ударив под дых. Видя мою реакцию, он самодовольно улыбнулся и причмокнул губами, как будто говоря: «То-то же, а ты не ценила».

В груди заклокотала горечь и злость на него, на себя, на всех. Я отвернулась и пошла к Марго, которая тоже пребывала в расстроенных чувствах.

– Малыш, что случилось?

– Близняшки случились, – тихо ответила она. – Я столько лет пытаюсь выиграть в этом конкурсе... И вот, снова мне быть второй.

– Так, стоп, подружка. Бросай киснуть. Нарисуй такое, от чего они от зависти кони двинут. А о том, как это преподнести жюри, позабочусь уже я. Ок?

– Ок, – радостно ответила она. – Есть тут у меня одна идейка...

Воплощение идейки Марго растянулось на три часа. Мое тело было полностью покрыто неоновой краской. Цвета были яркие, броские, эффектные. Честно, я с трудом поборола стыд от того, что моя грудь под всем этим слоем краски была обнажена. Боялась даже смотреть мужчинам в глаза, а особенно, одному конкретному типу.

Что близняшки сделали с телом Ягуара, я не знала. Мне было ужасно интересно на него посмотреть, но не было ни физических сил, ни храбрости, так как есть хотелось просто зверски, не говоря уже о том, чтобы сходить в туалет. Кожа начала зудеть, слишком она у меня была капризной и чувствительной. Что Марго нарисовала на мне, было мне не известно. Но подруга была так довольна, что я расслабилась и немного успокоилась.

Неожиданно прозвенел звонок, который оповестил всех о том, что выставка началась. Тут же мои коленки застучали друг о друга, как у кота Томаса в мультике про Тома и Джерри. Ладони грозились вспотеть в ближайшее время, тем самым нарушив целостность шедевра на моем теле.

– Ален, ты восхитительна, – успокаивала меня подруга. – Сейчас первыми идут модели близняшек, потом мои. Ты идешь самой последней, так сказать, вишенкой на торте. Не пугайся, если в зале неожиданно погаснет свет, так нужно. На противоположной стене от сцены будут висеть огромные зеркала, они помогут тебе встать в нужную тебе позу. Прошу, не волнуйся, я впервые чувствую запах победы. Помоги мне ее одержать.

Вот как я после таких слов могла раскиснуть и не поддержать ее? Медленно, выдохнув весь воздух из легких и вдохнув свежий, я заставила себя унять волнение.

– Как скоро мне выходить?

– Через полчаса, – видя, что я приободрилась, подруга немного расслабилась – Я за тобой приду, не волнуйся.

Больше она не стала задерживаться рядом со мной, а стремглав помчалась к выходу из помещения, смотреть показ.

Время тянулось мучительно долго. Разукрашенные красивые «викинги» покидали меня с интервалом в пару минут. Я знала это точно, так как от безделья считала секунды. И вот в зале больше не осталось никого, когда за мной явилась Марго с взволнованным лицом и сумасшедшим блеском в глазах.

– Все, моя красавица, твое время пришло. Иди и покори их всех!

Медленно встряхнувшись всем телом, я попыталась размять затекшие плечи и спину. Получилось с трудом. Потянулась, как после долгого сна, и, резко выдохнув, двинулась к выходу, покорять сердца. Хотя мне было бы достаточно и одного сердца, которое билось в груди конкретного мужчины.

Зал встретил меня темнотой и тихим ропотом не видимой мне толпы. По коже прошел табун нервных, пищащих от страха мурашек. Впереди меня нежно-голубым светом светился помост, по которому мне нужно было пройти на высоких шпильках.

Мамочка, роди меня обратно! Поджилки резко затряслись, сердце забилось, как у зайца при виде охотника. Во рту пересохло от волнения, а когда я увидела свое отражение в зеркале, то вообще выпала из реальности.

На мне было звездное небо! Нет не так, – целая вселенная!