Calendar Girl. Никогда не влюбляйся! - Одри Карлан

Вообще-то, если подумать об этом, я не слишком от них отличалась. Технически говоря, я была с Уэсом по тем же причинам, по каким сюда явились все они. Деньги. Мне нужны были деньги, и неважно – нуждались ли эти девки в деньгах или желали их. Разница невелика. Расставив все по местам, я ощутила привкус горечи, и желудок неприятно сжался. Возбуждение от вечеринки миновало, оставив после себя мерзкое послевкусие.

Не успев осознать, что делаю, я уже шагала по темному дому. Добравшись до гостиной, я свернула в не замеченный прежде коридор. В конце виднелась единственная двустворчатая дверь. Прижавшись ухом к одной из створок, я услышала доносящийся изнутри шум телевизора. К собственному удивлению, я постучала.

– Войдите, – раздался голос Уэса.

Сделав глубокий вдох, я открыла дверь. Он сидел, опираясь на изголовье массивной кровати-саней. Комната была темной, напоминавшей грот. С одной стороны краснел зажженный камин, с другой поблескивало панорамное окно – как я подозревала, с видом на океан, поскольку окна отсюда выходили как раз на ту сторону. Шторы были почти задернуты. У стен темнела основательная деревянная мебель. Я оглянулась на телевизор. Там стоял на паузе футбольный матч.

Когда мой взгляд наконец-то встретился со взглядом Уэса, хозяин дома не сказал ни слова. И не сдвинулся ни на сантиметр. Кожа на его груди поблескивала золотистой бронзой в свете камина – он лежал на кровати в одних пижамных штанах. Боже, да он был настоящим произведением искусства! Мое сердце застучало в груди так яростно что, казалось, Уэс мог услышать его шум. И, вместо того чтобы вернуться в свою комнату, сделав вид, будто я хотела его о чем-то спросить или перепутала двери, я подняла руку к застежке платья и потянула.

Платье в один миг соскользнуло на пол грудой лилового шелка. Когда я подхватила волосы, упавшие мне на грудь, и перекинула их за спину, Уэс ахнул. Совершенно неподвижная, я стояла перед ним в одних черных шелковых трусиках и туфлях на шпильках.

– Подойди сюда, – глубоким, напряженным голосом произнес Уэс.

Непринужденность, с которой мы общались при нашей первой встрече и во время вечеринки, уступила место желанию, страсти и контролю. Трем моим самым любимым вещам.

Сделав усилие, я кошачьей походкой приблизилась к его кровати и остановилась в метре перед ним. Я чувствовала, как тепло камина ласкает мою кожу, согревая ее. Пока взгляд Уэса обшаривал каждый сантиметр моего тела, мои соски болезненно напряглись, а между ног все размякло. С каждым чуть заметным движением его глаз, обводивших мои изгибы и выпуклости, мой клитор пульсировал, ныл, требовал прикосновения.

– Развернись.

С того момента, как я вошла в комнату, Уэс заговорил всего во второй раз. Я ничего не ответила. Все еще в туфлях на каблуках, я развернулась на пятках, позволив ему рассмотреть меня сзади. Он издал низкий горловой рык, увидев мои обнаженные ягодицы.

От каминного жара моя голая грудь и ноги раскраснелись. И как раз в тот момент, когда я решила, что больше не выдержу этого ожидания, что-то легкое, словно перышко, коснулось шеи сзади и медленно поползло вниз по позвоночнику, оглаживая каждую выемку и каждый выступ. Я охнула, чувствуя, как мою спину опалило тем же теплом, что грело меня спереди, – только на сей раз дело было не в камине. Воздух вокруг меня наполнился запахом океана и мужчины, и я прикрыла глаза. Вскоре легкое касание стало настойчивей. Ладонь Уэса, стоявшего позади меня, легла мне на бицепс и прижала мое тело к его плоти. Вплотную.

Затем Уэс перекинул мои волосы на одну сторону, и я почувствовала на своей шее его дыхание. Вторая его рука обвилась вокруг меня: сильная ладонь обхватила мою обнаженную грудь, а губы чуть коснулись чувствительной кожи у основания шеи.

Не в силах сдержаться, я всхлипнула, когда его большой и указательный пальцы сдавили затвердевший сосок и по всему моему телу побежали электрические импульсы возбуждения.

– Милая, нам надо установить базовые правила.

Его голос рокотом отдавался у меня под кожей. Он вывел языком круг на одном моем плече, а затем впился зубами в плоть.

Я застонала.

– Базовые правила?

Я едва смогла это выговорить – такое наслаждение дарили мне его искусные пальцы, теребящие и оттягивающие оба соска.

Мое тело звенело, как натянутая струна. Руки Уэса поглаживали и нежно сжимали каждое полушарие, а его безжалостные пальцы дарили каждому соску невозможно прекрасную пытку.

– Правило первое: за этот месяц у нас будет дикое количество секса.

Он сильно и одновременно сжал оба соска. Я экстатически вскрикнула, и жар, текущий между моих ног, промочил прикрывающую меня эфемерную полоску ткани.

– Разве это правило? – задыхаясь, произнесла я и еще сильней вжалась в него, вдавливая свой зад в его могучую эрекцию.

По-моему, чертовски верное правило.

Уэс застонал и тут же, отплатив мне, выкрутил оба соска, мастерски повышая градус боли и наслаждения.

– Второе правило: когда мы вместе, как сейчас, есть только ты и я. Весь месяц мы будем хранить верность друг другу.

Прикусив губу, я сосредоточенно вращала бедрами, изо всех сил прижимаясь к его весьма, по ощущениям, увесистому достоинству.

– Согласна.

На секунду обе ладони соскользнули с моей груди, но тут же вернулись, уже чем-то увлажненные. Они мягко обвели каждый сосок, и я растаяла, едва сохраняя способность стоять на ногах.

Он, должно быть, почувствовал вспыхнувшую во мне ненасытную страсть и сомкнул руку на моей талии, продолжая терзать грудь сладкой лаской. Боже, этот мужчина был моим новым героем. Если он продолжит в том же духе, то может даже не вставлять – я все равно кончу. Закинув руку назад, я обняла его за шею. Я выгибалась, безумно желая поцеловать его, но рука, твердо сжимавшая мою талию, и грудь, прижатая к моей спине, мешали это сделать.

– Правило третье: мы никогда не спим в одной постели. Не стоит принимать наши отношения за то, чем они не являются. Ты нравишься мне, Миа. Очень. И мне не хотелось бы причинить тебе боль, заставив поверить, что между нами может что-то быть. Понятно?

Рука, обвивавшая мою талию, сдвинулась и поползла вниз, еще ниже, и так до тех пор, пока не оказалась там, где мне больше всего хотелось ее ощутить.

– О да, мать твою, я понимаю, – сказала я, подаваясь бедрами навстречу его описывающему круги пальцу.

И я действительно понимала. Мы оба хотели одного и того же. Дружбы и физической близости.

Уэс хмыкнул мне в шею так, что его дыхание шевельнуло мои волосы. Затем, без всякого предупреждения, он с силой развернул меня, упал на колени и стянул с меня трусики. Они повисли в районе щиколоток, рядом с забытыми туфлями на шпильках. Когда мы встретились взглядами, он раздвинул большими пальцами мои губки, припал к ним языком и накинулся на мой клитор.