Одноклассница.ru - Татьяна Тронина

Все женщины в мире, кроме Али, были хищницами. Аксиома.

Вот таким макаром много времени прошло. Многое изменилось. Купил компьютер. К Интернету подключился. Услышал про сайт этот – «Однокашники. ру». Вспомнил опять Алю – а вдруг и она там? Зарегистрировался. Альки не оказалось. Это раззадорило Виктора. Он стал бомбить всех бывших одноклассников письмами – видели ли, слышали ли? Никто не видел и не слышал.

В последних классах Аля дружила с Женей Мещерской. Но Женя сразу после школы уехала в Англию, да так и осталась там. Она – единственная, кто должен знать об Але больше всех. Но до Англии разве доберешься? И вдруг Женя появилась на сайте, нежданно-негаданно – залетная гостья… Виктор написал ей – вспомни хоть что-то…

Нет, ничего не помню, ничем не могу помочь – ответила Женя в письме. Хоть я сейчас в Москве, но до того много лет в Англии жила, в другой стране… Все, что было, потерялось. Ни адресов, ни телефонов не осталось – ничего. А что потерялось, то и забылось. Жаль. Прости.

А Виктор уже к этому времени окончательно свихнулся на Але. Спустя двадцать лет до него дошло – они же могли быть вместе! Ну хотя бы романчик недолгий закрутить… Все легче бы. Что же мешало? А ничего. Только собственная глупость и дикость.

Виктор все чаще и чаще вспоминал тот день, когда он в последний раз видел Алю.

Начало лета, июнь. Он выбрался из Кунцева в центр (они с матерью в центре раньше жили, недалеко от Переведеновского кладбища). Какое-то предчувствие было, еще когда в метро трясся… Тетради надо было Кеше Свиркину отвезти или книжки… Уже не вспомнить, что именно.

Он проходил мимо школы и увидел Алю. Вот оно, предчувствие, – сбылось! Два года не видел, только выбрался в свой старый район, и вот оно, чудо! Аля. Она стояла к нему спиной, но он сразу узнал ее.

Она обернулась резко, словно почувствовав его взгляд. Она, она! Ангел с огромными темными глазищами.

Стала взрослей. Стройней. Еще строже и беззащитней. Нежнее. Красивее в миллион раз…

Виктор чуть в обморок не упал, когда ее увидел.

Она узнала его. Смотрела прямо в упор. Он тоже, пока шел, не отрывал от нее глаз.

А потом свернул в переулок.

А почему не подошел, не заговорил?

Неизвестно.

…Кеши Свиркина тогда дома не было. Мать его сказала – гуляет где-то, с Тарасом и Климом Иноземцевым… И Воскобойников вроде тоже с ними. На кладбище, поди, опять.

Переведеновское кладбище – старинное, возникло еще в петровские времена. Немцев раньше хоронили – ну да, тут ведь немцы при Петре жили…

Там мальчишки любили играть. Потом, переживя период «казаков-разбойников», просто на лавочке сидели – возле склепа, где сто лет назад нашел свое упокоение некий Черный Канцлер. Трепались. Легенды про этого Канцлера друг другу рассказывали…

Виктор отдал тетради (или книги?) Кешкиной матери и поехал назад, в Кунцево.

Честно говоря, ему было наплевать на Кешу, на Тараса, на Иноземцева, на шпанистого Вовку и уж тем более – на Черного Канцлера…

Он думал только об Але.

И о том, почему свернул в переулок…

* * *

За двадцать лет совместной жизни Вероника уже успела изучить характер своего мужа, она знала, чего можно ожидать от Тараса, а чего нет. Предугадывала его желания и настроения, могла примерно предположить, что муж думает по тому или иному поводу…

Она уже заранее знала, что Тарас откажется от вечеринки с бывшими одноклассниками. И не потому, что он такой сухарь бесчувственный, а просто не видит в этой встрече никакого смысла. Сказано же – нельзя дважды войти в одну реку…

Но душа человеческая – потемки. Хоть двадцать лет проживи рядом с человеком, хоть сто – все равно до конца не узнаешь. Надо все-таки спросить Тараса – осторожно так, невзначай…

– Тарас! У нас все на работе словно с ума посходили… – вечером того же дня, когда она влилась в ряды «Однокашников», сказала Вероника, заглянув в кабинет к мужу. У Тараса был в квартире свой кабинет, равно как и у Вероники.

– По поводу? – оторвался от стопки с документами Тарас.

– По поводу этого сайта…

– «Однокашники»? – моментально догадался тот. – Ты, надеюсь, не заходила на него?

– Нет-нет, что ты… – замахала руками Вероника. – Просто все встречаются и все такое… Мне вот интересно: ты пошел бы?

– На встречу бывших выпускников? Нет. Спасибо, уже лицезрел один раз Лильку Рыжову. Ее одной хватило! – скривился Тарас.

– Я бы тоже никуда не пошла. Мне кажется, людям просто нужен лишний повод удрать из дома, чтобы напиться!

Тарас засмеялся, тем самым соглашаясь со своей женой.

– Я своих дам буквально гоняю из Интернета… – Вероника лгала и удивлялась себе – как ловко это у нее получается. – Я почему спрашиваю все время про «Однокашников» – ты со своими сотрудниками борешься, когда они в рабочее время по этому сайту бродят?

– Еще бы.

– Увольняешь?

– Нет, есть более эффективное средство… Штрафы беру.

– Правда?

– А то! – с усмешкой хмыкнул Тарас.

– Нет, ну ты молодец…

– Ты тоже что-нибудь этакое придумай. У вас, конечно, госучреждение, штрафы запрещены… Но всегда что-нибудь можно придумать!

Вероника улыбнулась. Она уже поняла – Тараса вечер встреч не прельщает. Лучше даже не заговаривать об этом…

Но Вероника хотела пойти на вечер. Ей надо было увидеть Клима!

Муж у Вероники был нормальным, вполне адекватным мужчиной. Без повода не ревновал, лишних требований не предъявлял. Вероника могла рассказать ему все. Даже о снах с участием Клима Иноземцева он бы послушал и вряд ли бы стал ревновать. Он воспринял бы это так же, как Вероника, – наваждение, и не больше. Реального-то соперника все равно нет! Немного крыша поехала у женушки… С женщинами это часто бывает.

Но именно поэтому Вероника и не хотела ничего рассказывать Тарасу. У мужа и без нее проблем хватает… Она со всем разберется сама. Одна.

– Я тебя люблю.

– И я тебя. Слушай, Ника… Может, тебе бросить твою работу? Сидела бы дома…

– Шутишь! Я с ума сойду. И потом, мои исследования…

– Ай, Ника, перестань! – поморщился Тарас. – «Мои исследования»… Не надоело хвосты лабораторным мышам крутить? И потом, было бы что-то серьезное… А то одни белки, жиры и углеводы. Они уже давным-давно изучены. Диеты и котлеты. Ожирение и анорексия. Тьфу… Да пусть дохнут эти дуры – хоть толстые, хоть тощие! Ты, медик, биолог, сама знаешь – природа выбраковывает ненужные экземпляры!

– Жестокий ты… – буркнула Вероника.

– Я жестокий к дуракам. А к тебе, к нормальным людям – добрый. У меня вот новая мысль. Иди к нам на завод, в лабораторию. Это – настоящее дело! Хороших специалистов днем с огнем не сыщешь…