Обмануть судьбу - Джулия Тиммон

Элоиза вскинула руки и уже приоткрыла рот, собравшись бурно возразить, но Синтия опередила ее.

– Пообещай, – твердо повторила она. – Или можешь на меня не рассчитывать.

– Ах вот ты как?! – вспыхнула Элоиза.

Синтия ласково заглянула ей в глаза, смягчая суровость своего тона.

– Так будет лучше, Элли, – совсем другим, уговаривающим голосом произнесла она. – Если вы сегодня же не объяснитесь, Джереми натворит бог знает чего. Разумеется, тут же помчится ко мне, станет изводить меня звонками, преследовать, чего доброго – запугивать. Рано или поздно выследит и тебя.

Элоиза долго смотрела на подругу, о чем-то размышляя и громко сопя, как бывало сопела много лет назад, в детском саду.

– Но ведь он станет все отрицать. Заявит, что я обозналась, с кем-то его перепутала. А я ни капли не сомневаюсь, что наблюдала именно за ним! За ним и его этой… крашеной.

– Не заявит, – уверенно и спокойно ответила Синтия. – Мы скажем, что я была с тобой и тоже их видела. Если хочешь, я могу остаться, хотя, конечно, мне будет страшно неловко присутствовать при таком разбирательстве. К тому же Джереми теперь имеет на меня зуб…

Элоиза схватила ее за руку.

– Пожалуйста, не бросай меня! Если сейчас уйдешь, я тоже убегу. Поеду в гостиницу или в аэропорт и улечу в первый попавшийся город или даже страну!

– Ладно-ладно. – Синтия вздохнула, представив, сколь тяжелую ношу на себя взваливает. Пытаться рассудить, кто из двоих виноват, мужчина или женщина, самое неблагодарное на свете дело. Не даром говорят: милые бранятся – только тешатся. – Может, уберешь чемодан и сумки? – предложила она. – Чтобы Джереми с ходу не взвинтился и вы поговорили спокойно, без накала страстей?

Элоиза на миг задумалась и кивнула.

– Да, верно. Так будет лучше. – Она собрала с кровати остатки одежды, засунула их в третью сумку, убрала вещи в шкаф и подошла к зеркалу. – Очень заметно, что я ревела?

Синтия приблизилась к ней и внимательно оглядела ее лицо.

– Веки чуть припухли, но краснота почти прошла. Припудри щеки и нос, тогда Джереми ни о чем не догадается. Во всяком случае, будем на это надеяться. – Она взглянула на часы. – У нас еще сорок минут. Постарайся успокоиться. Дыши глубоко и ровно, гони прочь черные мысли.

Элоиза растерянно пожала плечами.

– У меня нет пудры. Я ею не пользуюсь, ты ведь знаешь.

Синтия прикусила губу.

– А тальк есть?

– Где-то был… – Элоиза присела на корточки и принялась рыться в выдвижном ящике туалетного столика. – Вот, еще немного осталось. – Она потрясла небольшую пластмассовую бутылочку.

– Отлично.

Некоторое время спустя причесанная и с посветлевшим от талька лицом Элоиза снова сидела на кровати, положив руки на колени, точно прилежная школьница. Синтия стояла у окна и смотрела невидящим взором на местных жителей, что выгуливали собак, возвращались домой или шли развлекаться.

«Буду теперь, как ты: независимая, гордая, свободная!» – прозвучали в голове слова Элли. В дальнем уголке души шевельнулось странное чувство – не то досада, не то протест. Вслед за ним грудь согрел прилив странного тепла, и, сама того от себя не ожидая, Синтия произнесла:

– Я сегодня познакомилась с удивительным человеком.

– Удивительным? – изумленно переспросила Элоиза. – И что же в нем такого удивительного?

С губ Синтии чуть не слетело «все», но она подавила в себе нелепый порыв и, стараясь не прислушиваться к чувствам, медленно повернула голову.

– Удивительное в нем то, что он еще студентом побывал в Трое.

– О-о-о! – Элоиза поморщилась. – Со своими Гомером и Шлиманом ты совсем сойдешь с ума! – Она помолчала и осторожно прибавила: – А я уж было подумала…

Синтия усмехнулась.

– Что я влюбилась? Хочешь, чтобы я снова повесила себе на шею хомут, а потом кусала локти, ревнуя любимого к науке? Или к любой другой работе? Либо, как ты теперь, унизительно следила за ним, пряталась за углами? Ну уж нет!

Она заметила, как потемнело лицо Элоизы, с опозданием пожалела, что ядовитые слова, которые она вовсе не хотела произносить, слетели с языка, порывисто подбежала к кровати, села рядом с подругой и взяла ее за руки.

– Прости меня, пожалуйста. Сама не знаю, что за чушь несу… Ты поменьше слушай, что я говорю. – Она легонько сжала холодные пальцы Элоизы и нахмурившись пристально посмотрела на нее. – Я серьезно: слушай поменьше! Порой мне кажется, что я оказываю на людей влияние…

– Так оно и есть, – признала Элоиза, печально улыбаясь.

– А ведь я не всегда уверена даже в том, правильно ли живу сама! – вдруг воскликнула Синтия. – Сегодня кажется, что надо поступать так. Завтра оглядываешься назад и понимаешь, что действовала не совсем правильно…

В прихожей хлопнула дверь, и подруги взглянули друг на друга широко раскрытыми глазами.

– А-а, ты еще здесь, – проворчал Джереми, войдя в спальню и увидев Синтию.

– По какому праву ты разговариваешь с моей подругой в таком тоне?! – вскипела Элоиза.

Джереми посмотрел на нее в растерянности и снова взглянул на Синтию.

– Действительно, я перегибаю палку. Прости, Син. – Он сел в кресло у окна и потер лицо руками. – Просто день был сумасшедший, и я очень переживал за Эл. Подумал, что-то стряслось.

Синтия заметила, как у Элоизы дрогнули прозрачно-кремовые, припудренные тальком крылья носа, как наморщились ярко-алые от плача губы, и положила руку поверх ее руки.

– Говоришь, день был сумасшедший? – зловеще спокойно переспросила Элоиза. – Много работал?

– Еще как. – Джереми мрачно кивнул. – Однако, по мнению шефа, я иду не тем путем, – уставшим голосом, но с негодованием произнес он. – Я не согласен, но должен под него подстраиваться. С ума можно сойти!

Элоиза попыталась высвободить руку, но Синтия удержала ее.

– Наверняка ты изобрел способ, чтобы остаться в своем уме? – Элоиза грозно подалась вперед.

Джереми недоуменно взглянул на нее и нахмурился.

– Что это с вами сегодня? Обе какие-то странные…

– Мы обыкновенные! – воскликнула Элоиза, сверкая лазурными глазами. – А вот что происходит с тобой, очень хотели бы знать!

– Со мной? – Джереми, совсем сбитый с толку, пожал плечами. Синтия пристально за ним наблюдала, гадая, настолько ли он прекрасный актер или правда не понимает, на что намекает Элли. – Я устал как собака, хочу есть и спать. В остальном я такой, как всегда.

– Где ты был сегодня во время ланча? – без обиняков спросила Элоиза.

Джереми на миг задумался, еле заметно кивнул своим мыслям и просто ответил:

– В ресторанчике на углу. Мы не раз бывали там с тобой. – Он в отчаянии качнул головой. – О сегодняшнем ланче лучше не вспоминать! Такое ощущение, что схожу с ума не один я – весь мир вокруг.