Любимая ученица. Книга 1. Эволюция чувств - Диана Морьентес

Наташа решила что-нибудь сделать, чтобыпривлечь вни­мание физика, и уже туманно представляла, что именно. Блестящихответов на его уроках и рефератов явно недостаточно - учитель принимает все,как должное. Нужно что-то еще. В ее голове почти созрел хитроумный пландействий, в котором нельзя было обойтись без помощи Андрея. Но эту помощь надоорганизовать так, чтобы сам Андрей этого не понял. Она ясно понимала, чтокаждое слово, сказанное общительному Андрею о Максиме, тотчас бу­дет переданосамому Максиму. И Наташа собиралась эту черту Андрюхиного характера повернуть ксебе лицом, при­чем, сделать это незаметно. Она знала, что на это уйдетнекоторое время. И в это самое время она предприни­мает отчаянный шаг подгромким кодовым названием "ОПЕРАЦИЯ ПО ЗАХВАТУ"!

Наташа включила все свое актерское мастерствои, глубоко вздохнув, несмело постучала в дверь кабинета фи­зики, котораянемедленно открылась. Учитель как раз собрался уходить домой и растерянносмотрел на Наташу. В ее глазах уже блестели почти искрен­ние слезы.

-- Эй, малыш, что случилось? -- сразу жепоинтересовался мужчина.

-- Я... Я... потеряла свою тетрадь... кажется,в Вашем ка­бинете...

Наташа и сама не ожидала, что будет такестественно всхлипывать. Зато, как она и рассчитывала, эти наигранные слезыметко врезались в сентиментальную натуру Максима Викторовича.

-- Ну, что ты, зайчик! Стоит ли так переживатьиз-за какой-то тетради?

-- Вы не понимаете... -- Наташа подняла на негоглаза и снова смущенно опустила взгляд. -- Это были мои стихи... А теперь ихкто-ни­будь может найти... Вы, правда, ее не видели?

-- Ну-ка... Зайди в класс... (Наташа вошла)Садись. Теперь объясни мне толком, что это за тетрадка.

Наташа еще несколько раз, для большего эффекта,всхлипнула, шмыгнула носом и произнесла:

-- Все свои стихи я записываю в одну тетрадь...

-- Ты пишешь стихи? -- перебил учитель. --Так-так... Значит, все-таки я был прав, творчество в тебе есть. Этоинтересно... И что же дальше?

-- Сегодня на физике я дала их почитатьподруге, а на географии она сказала, что вернула мне тетрадь назад черезпацанов, но они не отдали мне ее...

Это уже была сумбурная импровизация.

-- Так, подожди, подожди! Пацаны оставили еездесь?

-- Я не знаю...

-- Поспрашивай у них. Я не находил здесьникакой лишней тетради. Но она подписана?

-- Нет! В том-то и дело. Ведь теперь кто угодноможет вы­дать мои стихи за свои!

-- А твои стихи так хороши? -- учитель слегкаулыбнулся. Видно было, что ему нравится с ней разговаривать.

Наташа смущенно замолчала, забыв роль ипревратившись в себя настоящую. Хороши ее стихи или нет, она никогда не думала.Она пишет, когда ей есть что сказать. Все равно что рассуждать, хороша ли еедуша...

Он не стал переспрашивать, а только внимательнопосмотрел ей в глаза, и от этого взгляда ей стало... неловко... Почему-то...

-- А впрочем, ладно, -- продолжала девушка,снова надев маску. -- Если Вы ее увидите... Она такая зеленая,девяностошестилистовая... Верните ее мне, пожалуйста.

-- А почитать можно? -- улыбнулся он как-тосовсем по-новому. Еще пару минут назад он, вроде, был готов помочь в поисках еететрадки, а сейчас так спокоен. Равнодушен?

-- Конечно, можно... если найдете... --терпеливо врала Наташа. Стыдно обманывать, но все же хороший повод онапридумала, чтобы побыть с учителем наедине!

Эта история с тетрадкой навела Наташу на болееинтересную мысль. Она специально стала оставлять на подоконнике возле своейпарты разные предметы: то тетрадку или учебник, то школьный дневник (пустьучитель пролистает его и увидит, какая она умница), то легкий шифоновый шарфик(чтобы кокетливо повязать его на шее, когда вернется за пропажей), то любовныезаписки от мальчиков из класса (чтобы учитель приревновал)... Иногда ейказалось, что это глупо, и тогда она просто брала пример со своих одноклассници делала вид, что не поняла очередную тему по физике. "Забывать"что-то в Его кабинете перестала, когда однажды учитель назвал ее растяпой.Правда, тогда Наташа сама себя и выдала: в свое оправдание, не подумав,ляпнула, что больше нигде не забывает свои вещи... Максим Викторович улыбнулся,но промолчал.

Иногда, когда у Наташи "неполучалось" самостоятельно сделать домашнее задание, их с учителемуединение нарушал охранник Андрей. Сегодня он опять в свой обеденный перерывзашел навестить друга. Наташа сидела за учительским столом напротив любимогочеловека, и, пока она что-то писала в тетради, Андрей с Максимом перемигивалисьи кивали друг другу на девушку. Наташа это заметила и вопросительно посмотрелана учителя. Тот, улыбаясь и глядя ей в глаза, откинулся на спинку стула и,сладко потянувшись, закинул руки за голову.

-- Наташ, -- обратился он к ней. -- Ты жеотличница. Неужели ты и вправду не знаешь, как решать эти задачки?

Наташа растерялась. Почувствовала, чтопопалась. Захотелось провалиться сквозь землю.

-- Не смущай девушку! -- вступился за нееАндрей.

Но Максим Викторович продолжал:

-- Ты единственная приходишь сюда делатьдомашнее задание. А оно ведь на то и домашнее, чтобы делать дома. В чем дело?

Наташе стало жутко стыдно, казалось, что кровьприливает к щекам. Она молниеносно похватала учебник, тетрадку, ручку; сдругого стола - свою куртку и рюкзак и со всем этим в руках выбежала изкабинета. Андрей со словами "Макс, зачем ты ее обидел?" уже хотелбежать за ней, но учитель остановил друга и вышел в коридор сам. Наташа стояланеподалеку у окна и судорожно запихивала в сумку школьные принадлежности. Онаплакала. Чтобы учитель этого не заметил, опустила голову, и длинные волосыскрыли ее лицо. Максим подошел к ней.

-- Прости, пожалуйста. И не плачь, это того нестоит.

Он отодвинул ее локоны и поднял за подбородокее милое заплаканное личико с напряженными дрожащими бровками. Хотя шел урок увторой смены, в коридоре стояли еще несколько школьников, которые с жаждойсплетни наблюдали за происходящим. Тогда Максим взял девчонку за руку и ласковосказал:

-- Пойдем в кабинет, я тебя не выгонял. Простохотел поговорить.

Наташа не спешила его слушаться. Теплое иаккуратное прикосновение его руки повергло девчонку в ступор. Максим Викторовичсам взял с подоконника ее рюкзачок и повел девушку в класс. Свободной рукойНаташа размазывала по лицу слезы. Закрыв за собой дверь и положив ее сумку наодну из парт, учитель продолжил:

-- Я все понимаю! -- сделал многозначительнуюпаузу. -- Пойми и ты. Вытри слезы и послушай.

Максим посадил ее на стул, сам сел перед ней накорточки и пояснил, глядя на нее снизу вверх: