Век самопознания. Поиски бессознательного в искусстве и науке с начала XX века до наших дней - Эрик Кандель

Как можно было предположить, вещества, усиливающие или продлевающие естественное действие дофамина, приносят нам большее удовольствие. Зависимость, вызываемая рядом психотропных веществ, например кокаином или амфетамином, связана именно с тем, что они сбивают с толку дофаминергическую систему, заставляя мозг думать, будто он получает награду, хотя никакой награды нет (рис. 26–4).

Система удовольствия мозга активируется и тогда, когда мы наслаждаемся произведением искусства, или любуемся закатом, или смакуем вкусный обед, или занимаемся сексом. Во всех перечисленных случаях наши ощущения отнюдь не ограничиваются восходящими процессами выделения дофамина, а включают, как мы убедимся, и нисходящие процессы, связывающие данный опыт с предшествующим, в том числе с испытанными ранее удовольствиями. Восприятие произведений искусства и других объектов эстетического наслаждения, как и вообще приятные эмоциональные реакции, включает не только непосредственное действие физического стимула, но и запускаемую им последовательность бессознательных умозаключений, порождающих контекст, в котором мы его воспринимаем.

Рис. 26–4. Дофаминергические нейроны полосатого тела реагируют на всевозможные стимулы, доставляющие нам удовольствие.

Вторая система восходящей модуляции подавляет страдание и “прибавляет громкость” удовольствий, в том числе связанных с эстетическим наслаждением. Эта система выделяет нейромедиаторы эндорфины, представляющие собой пептиды – сложные вещества, молекулы которых состоят из небольших цепочек аминокислот. В молекуле эндорфина шесть или семь аминокислот. Эндорфины играют роль естественных болеутоляющих. Их выделяет гипоталамус, регулирующий работу гипофиза. Действие эндорфинов, подавляющих болевые реакции и вызывающих ощущение хорошего самочувствия, напоминает действие морфия. Выделение эндорфинов происходит, в частности, в результате сильной физической нагрузки. Профессиональные спортсмены называют это явление “эндорфиновым кайфом”. Более того, многие из них в отсутствие привычной нагрузки испытывают своего рода “ломку” и жалуются на вялость и депрессию. Эндорфины выделяются также при нервном возбуждении, при боли, употреблении острой пищи и при оргазме.

Эндорфины были открыты в 1975 году Джоном Хьюзом и Хансом Костерлицем. Эти нейромедиаторы действуют в мозге на опиоидные рецепторы, открытые Соломоном Снайдером из Университета им. Джона Хопкинса. Считается, что эндорфины выделяются в ответ на те же стимулы, что приводят к выделению дофамина, и участвуют в ощущениях удовольствия, вызываемых дофамином.

Третья модуляторная система выделяет окситоцин и вазопрессин – нейромедиаторы, играющие важную роль в сексе и заботе о потомстве, а также в социальном поведении в целом, социальных когнитивных функциях и нашей способности “читать мысли” и распознавать намерения других. И окситоцин, и вазопрессин представляют собой пептиды, синтезируемые в гипоталамусе (как и большинство пептидных нейромедиаторов). Оттуда они транспортируются в заднюю долю гипофиза, где выделяются в кровь и активируют рецепторы в разных частях мозга.

Окситоцин и вазопрессин встречаются у множества животных, от червей и мух до млекопитающих, и гены, кодирующие эти пептиды, необычайно схожи. Многое из того, что мы знаем об эффектах вазопрессина и окситоцина, впервые выяснилось в ходе экспериментов, которые провели Томас Инсел, Ларри Янг и их коллеги, изучавшие желтобрюхую полевку и горную полевку – грызунов двух близкородственных видов с очень несхожим половым поведением.

Желтобрюхие полевки моногамны, вместе воспитывают потомство, а горные отличаются беспорядочностью половых связей и живут поодиночке. Различия в поведении видов проявляются уже в первые дни жизни полевок. Самцы и самки желтобрюхой полевки после спаривания сразу вырабатывают устойчивое предпочтение к партнеру. Впоследствии самец помогает самке воспитывать потомство и ведет себя агрессивно по отношению к другим самцам. Самец горной полевки, напротив, стремится оплодотворить как можно больше самок и заботу о потомстве никак не проявляет. Впечатляющие различия в поведении самцов этих видов коррелируют с разницей в количестве выделяемого в мозге полевок вазопрессина. Во время спаривания у самцов моногамной желтобрюхой полевки вазопрессин выделяется в большом количестве, а у самцов полигамной горной полевки – в небольшом. У самок желтобрюхой полевки привязанность к партнеру вырабатывается благодаря окситоцину. У многих видов, в том числе у людей, грызунов и кроликов, вазопрессин задействован в эрекции и эякуляции, а также в мужском социальном поведении – от привязанности к партнерше до охраны территории и агрессии.

Окситоцин у всех животных влияет на социально-половое поведение самок: привязанность к партнеру, спаривание, роды и заботу о потомстве, в том числе кормление детенышей. Окситоцин выделяется при половой стимуляции и во время родов, когда он способствует схваткам и появлению детенышей на свет, а затем образованию и выделению молока. У грызунов введение окситоцина может вызывать формирование материнской привязанности к чужому детенышу. Окситоцин взаимодействует с дофаминергической системой награды. В некоторых случаях он выделяется при стрессе и тогда притупляет реакции на факторы стресса. А вазопрессин выделяется при половой стимуляции, расширении шейки матки, стрессе и обезвоживании и активно участвует в социальном поведении.

Окситоцин и вазопрессин играют важную роль в социальном поведении людей. Окситоцин способствует положительным социальным взаимодействиям, усиливая релаксацию, доверие, эмпатию и альтруизм. Генетическая изменчивость рецепторов, реагирующих на окситоцин и вазопрессин, вероятно, сказывается на работе мозга и служит одним из факторов, определяющих различия в социальном поведении. Сарина Родригес и ее коллеги из Калифорнийского университета в Беркли открыли, что такая генетическая изменчивость влияет на эмпатическое поведение через нарушения способности распознавать мимические выражения и сопереживать страданиям.

Петер Кирш и его коллеги из группы когнитивной нейропсихологии Гиссенского университета выяснили, что окситоцин регулирует работу нейронных систем, отвечающих за социальные когнитивные функции. Введение людям окситоцина существенно снижает активацию миндалевидного тела и ослабляет физиологические и поведенческие проявления страха. Кроме того, судя по всему, оно усиливает положительное общение, по крайней мере отчасти – за счет снижения выработки кортизола (одного из гормонов стресса), что способствует релаксации.

Психолог Михаэль Косфельд и его коллеги из Цюриха установили, что окситоцин усиливает доверие, а через это и готовность идти на риск. Поскольку доверие необходимо для дружбы, любви и семейной жизни (не говоря уже о товарообмене), действие окситоцина может существенно сказываться на поведении людей. Так, окситоцин влияет на нашу готовность идти на риск и совершать альтруистические поступки.