Подарок моря. Как вернуться к себе и жить просто - Энн Линдберг

Один из способов возврата к рассвету отношений — в точности восстановить их обстоятельства. Супруги могут и должны ездить в отпуск и по отдельности, и вместе. Ведь если в пребывании наедине с собой женщина может найти себя, точно так совместно проведенный отпуск может восстановить былые отношения. Большинство женатых пар неожиданно для себя испытывают невероятное удовольствие от таких совместных поездок. Как это прекрасно — оставить детей, дом и все обязанности повседневной жизни и уехать вместе на месяц, на выходные или всего на ночь. Как это удивительно — обнаружить, что чудо восхода случилось вновь. Неожиданно испытываешь удовольствие от простого завтрака наедине с человеком, в которого ты когда-то влюбился. Здесь, за небольшим столом, напротив друг друга лишь двое. Каким же огромным кажется стол дома! Как же он отдаляет! Четверо или пятеро детей, звонящий в холле телефон, два или три школьных автобуса, на которые надо успеть, ежедневные поездки в поезде на работу и обратно — как все это отвлекает нас. Все это отдаляет от мужа и засоряет чистые отношения. Но что может нас разделять, когда мы вот так, наедине, сидим за столом друг напротив друга? Лишь кофейник, кукурузные маффины и мармелад. Завтракать наедине с мужем, конечно же, удовольствие весьма незатейливое, но сколь редко в круговороте ежедневных событий его испытывают женатые люди.

Такое временное возвращение к чистым отношениям полезно и в общении с детьми. Если бы только, подумала я, мы могли проводить время наедине с каждым свои ребенком, выделять для этого не один день, а месяц, год. Разве не были бы наши дети счастливее, сильнее и, в конце концов, независимее, потому что почувствовали бы себя более защищенными? Разве каждому ребенку втайне не хочется тех же чистых отношений с матерью, как тогда, когда он был малышом? И если бы мы проводили больше времени наедине с ребенком, разве помимо придания сил и чувства защищенности ребенок не извлек бы из этого свой важный первый урок для построения отношений во взрослой жизни?

Все мы хотим, чтобы любили нас одних. Как поется в одной старой песне: «Там, где яблоня, дорогой, не сиди с другой». Вероятно, как говорит в одном из своих стихотворений Оден[16], это принципиальная ошибка человечества.

Что всякий смертный в этой жизни

В недостижимое сует свой длинный нос…

Не желая любить этот мир,

Ждет от мира любви каждый миг…[17]

Такой ли уж это грех? Обсуждая это стихотворение с индийским философом, я получила исчерпывающий ответ: «Желание быть единственно любимым нормально. Взаимность — суть любви. Во взаимности не может быть третьих лишних. А вот с точки зрения времени это не совсем верно. Неправильно желание быть единственно любимым постоянно». Ведь мы не просто настаиваем на романтичном убеждении об «одном-единственном» — одной-единственной любви, одном-единственном супруге, одной-единственной матери. Мы хотим, чтобы это положение «одного-единственного» было постоянным, бессрочным, вечным. Желание быть единственно любимым вечно кажется мне врожденной ошибкой всякого смертного, который «в недостижимое сует свой длинный нос». Как однажды сказал мой приятель, «Понятия “один-единственный” не существует, есть лишь единственные и неповторимые моменты».

Такие моменты нужны. Возврат к ним, пусть и на какое-то время, возможен. Момент с мармеладом и маффинами реален. Момент кормления ребенка грудью реален. Момент, когда вы резвитесь с ребенком на пляже, реален. Моменты, когда вы вместе собираете ракушки, чистите орехи, делитесь сокровенным — все эти моменты совместного уединения реальны, но непостоянны.

В конце концов мы все приходим к пониманию, что постоянных чистых отношений не бывает и не должно быть. О них даже не стоит мечтать. Чистые отношения ограничены пространством и временем. По своей сути они подразумевают устранение. Они уничтожают всю остальную жизнь, исключают все остальные отношения, остальные стороны личности, остальные обязательства, остальные будущие возможности. Они исключают развитие. Дети шумят за закрытой дверью. Их мы тоже любим. В соседней комнате звонит телефон. Поболтать с друзьями мы тоже хотим. Когда маффины заканчиваются, нужно задуматься над следующей трапезой, над следующим днем. Эти реалии нельзя исключать из жизни. Жизнь должна продолжаться. Но это вовсе не означает, что периоды совместного уединения — пустая трата времени. Наоборот, эти единственные и неповторимые моменты обновляют и вознаграждают отношения. Свет, падающий на этот небольшой столик, озарит день, многие дни. Бег вдоль берега, словно купание в море, вдохнет в вас молодость. Но мы больше не дети, а наша жизнь — не пляж. Не существует способа постоянного возврата, только способ восстановления сил.

Со временем мы понимаем, что постоянный возврат к прежним отношениям невозможен, более того — невозможно придерживаться одной и той же формы отношений. И в этом нет трагедии, это лишь часть бесконечно чудесного тока жизни и развития. Все отношения находятся в процессе постоянного изменения и расширения, они должны постоянно обретать новые формы. Не существует единой определенной формы выражения таких изменяющихся отношений. Вероятно, для каждой стадии развития отношений существует своя форма. На своем рабочем столе я лишь могу расположить в ряд самые разные ракушки. Каждая будет символизировать собой определенный этап семейной жизни, этап развития любых отношений.

И первой в этом ряду будет ракушка морского гребешка. На мой взгляд, она прекрасно символизирует первый этап: две безукоризненные соединенные половинки, пересекающиеся в каждой точке, освещенные рассветом нового дня. Это сам мир. Разве это не то, что так стремятся описать поэты всех времен?

Очнулись наши души лишь теперь,

Очнулись — и застыли в ожиданье;

Любовь на ключ замкнула нашу дверь,

Каморку превращая в мирозданье.

Кто хочет, пусть плывет на край земли

Миры златые открывать вдали.

А мы свои миры друг в друге обрели[18].

Эта описанная Донном «каморка» — маленький мир — должна неизбежно и счастливо расти и расширяться. Красивая, хрупкая, недолговечная, но при всем при этом обманчивая ракушка. Поскольку она недолговечна, давайте не попадаться в ловушку цинизма и не называть ее иллюзией. Долговечность — вовсе не показатель реальности или вымысла. Раз уж жизненный цикл стрекозы или мотылька недолговечен, это не значит, что они нереальны. Реальность не связана со временем, продолжительностью, долговечностью. Она лежит в другой плоскости, оценивается другими стандартами. «То, что реально, реально только в один момент времени, только в одном месте». Ракушка морского гребешка бесконечно реальна во всех ее прекрасных и мимолетных проявлениях.