Психология любви и секса. Популярная энциклопедия - Юрий Щербатых

Время летело. Потихоньку отлетали пуговицы от моей блузки.

Лена, Мурманск (Из писем в «Спид-инфо»)

«Кто мне поверит, что я знал уже любовь, имея десять лет от роду? – писал М. Ю. Лермонтов в своей записке от 8 июля 1830 г. – Мы были большим семейством на водах кавказских: бабушка, тетушки, кузина. К моим кузинам приходила одна дама с дочерью, девочкой лет девяти. Я ее видел там. Я не помню, хороша собой была она или нет. Но ее образ и теперь еще хранится в моей голове, он мне любезен, сам не знаю почему. Один раз, я помню, я вбежал в комнату; она была тут и играла с кузиною в куклы: мое сердце затрепетало, ноги подкосились. Я тогда ни об чем еще не имел понятия, тем не менее это была страсть сильная, хотя ребяческая: это была истинная любовь: с тех пор я еще не любил так. О! Эта минута первого беспокойства страстей до могилы будет терзать мой ум! И так рано!.. Надо мной смеялись и дразнили, ибо примечали волнение в лице. Я плакал потихоньку без причины, желал ее видеть, а когда она приходила, я не хотел или стыдился войти в комнату. Я не хотел говорить об ней и убегал, слыша ее названье, как бы страшась, чтоб биение сердца и дрожащий голос не объяснил другим тайну, непонятную для меня самого».

Пока еще собрано слишком мало точных фактов о пробуждении сексуальных чувств у детей и подростков. Большая часть информации на эту тему касается физиологических и биохимических, то есть объективных, изменений в организме подростков, но субъективная сторона этого вопроса – их чувства, мысли, переживания – самая важная и наиболее интересная для нашего исследования первой любви, остается «за кадром». С 7 до 12 лет, когда образующиеся в небольшом количестве половые гормоны еще не оказывают выраженного действия на сознание ребенка, переживания, связанные с лицами противоположного пола, не имеют непосредственного отношения к сексу. Основные мотивы, обусловливающие интерес мальчиков к девочкам (и наоборот), только косвенным путем касаются их половых особенностей. Прежде всего это чисто исследовательский интерес к непохожим существам, почему-то носящим другую одежду, играющим в иные игры и устроенным совсем другим образом. Другая причина детского любопытства – попытка идентифицировать себя с папой или мамой и, соответственно, подобрать себе партнера для этой «игры во взрослых». Можно сказать, что в раннем школьном возрасте отношения между мальчиками и девочками чаще всего носят «бесполый» характер, сексуальность, даже если она и присутствует, носит совершенно иной характер, нежели у взрослых. Тем не менее, по данным социологического опроса, проводимого среди студентов-медиков, 24 % молодых людей на вопрос «В каком возрасте человек может впервые влюбиться?» указали возраст до 12 лет (причем большая часть из этой группы считает, что это может произойти и в более раннем возрасте – до 10 лет).

М. Лермонтов в детстве

С 12 до 16 лет – переходный возраст, превращение «куколки в бабочку». В это время гипофиз резко усиливает продукцию гонадотропных гормонов, «включающих» половые железы. Мощный выброс половых гормонов приводит к ряду существенных изменений в организме: анатомо-физиологических (изменение характера волосяного покрова, перераспределение жировой ткани, изменение в гортани, сопровождающееся «ломкой» голоса, увеличение молочных желез у девушек и рост наружных половых органов у мальчиков); функциональных (появление первых месячных у девочек и поллюций у мальчиков) и психологических (осознание этих процессов и эмоциональное переживание их). Для формирующейся личности именно психологические изменения во время полового созревания оказываются самыми важными, тем более что находящиеся рядом взрослые часто не могут просто и откровенно объяснить подросткам суть происходящих с ними явлений – по незнанию, по неумению, из-за ложной стыдливости, а чаще – из-за отсутствия желания.

Настоящим психологическим шоком для подростков являются первые месячные у девочек и первые поллюции у мальчиков. Если девочек чаще все-таки предупреждают их матери (к сожалению, эти предупреждения нередко запаздывают), то первые поллюции подростков оказываются для них совершенной неожиданностью. Сладострастные ночные сновидения, заканчивающиеся мокрой постелью, таят в себе одновременно и притягательное, и постыдное начало для мальчиков. При этом у подростков объекты их эротических фантазий, как правило, не совпадают с окружающими их реальными людьми. Когда же пробуждающееся либидо случайно «натыкается» на близких знакомых, они испытывают стыд и неловкость.

Маркиз де Байрос. Раннее сладострастие

Еще З. Фрейд отмечал, что в сознании мальчика-подростка чувственно-эротическое влечение и потребность в психологической близости и тепле сначала разобщены, так что грубые, лишенные всякой духовности эротические фантазии нередко сосуществуют с мечтой о нежной и возвышенной любви, в которой нет ничего сексуального. Подтверждением этого феномена могут служить воспоминания русского писателя В. Вересаева о своей гимназической влюбленности: «Поражает меня в этой любви вот что. Любовь была чистая и целомудренная, с нежным, застенчивым запахом, какой утром бывает от луговых цветов в тихой лощинке, обросшей вокруг орешником. Ни одной сколько-нибудь чувственной мысли не шевелилось во мне, когда я думал о Конопацких. Эти три девушки были для меня светлыми, бесплотными образами редкой красоты, которыми можно было только любоваться. А в гимназии, среди многих товарищей, шли циничные разговоры, грубо сводившие всякую любовь к половому акту». Далее В. Вересаев пишет: «Я развращен был в душе, с вожделением смотрел на красивых женщин, которых встречал на улицах, с замиранием сердца думал, – какое бы это было невыразимое наслаждение обнимать их, жадно и бесстыдно ласкать. Но весь этот мутный поток несся мимо образов трех любимых девушек и ни одна брызга не попадала на них из этого потока. И чем грязнее я себя чувствовал в душе, тем чище и возвышеннее было мое чувство к ним».

Если же романтические и «плотские» переживания пересекаются на одном объекте, подросток может испытывать сильнейшее смятение и такую встряску чувств, которые запоминаются на всю жизнь, как это произошло с героем рассказа А. Куприна «Леночка»:

«И отношения как-то сразу переменились. Переменились после того, как в один из субботних вечеров, перед всенощной, Леночка и Возницын, расшалившись в полутемной комнате, схватились бороться. Окна тогда еще были открыты, из палисадника тянуло осенней ясной свежестью и тонким винным запахом опавших листьев, и медленно, удар за ударом, плыл редкий, меланхоличный звон большого колокола Борисоглебской церкви.