Большая книга о новой жизни, которую никогда не поздно начать - Мирзакарим Норбеков

Впрочем, наяву ли все это происходило, точно не известно. Кажется, Шухлик лишился чувств, стукнувшись о гранатовое дерево. Более того, потерял улыбку и сразу отстал от сада.

Несчастный и жалкий брел он опять по пустыне, собирая, как грибы в корзинку, свои потерянные чувства. Сад Багишамал виднелся неподалеку, но никак не удавалось нагнать его. И Шухлику было так одиноко, что хотелось высказать все печали.

– Горе мне, горе! – сокрушатся он, оглашая пустыню воплями. – Я самый злополучный и невезучий из всех ослов: никому не нужен, никто меня не любит!

– Стыдно так говорить! – не выдержал сад Багишамал. – Тебя любит мама-ослица и лисы, которых ты освободил из плена! Разве этого мало? А еще тетка Сигир, дядька Бактри и кошка Мушука.

Но Шухлик не успокаивался:

– Эх, я самый глупый и бездарный осел на свете! Ничего у меня не получается! Ни на что я не годен, только камни возить!

– Какая чепуха! – отвечал Багишамал. – Ты так умело, так хорошо ухаживаешь за мной! Тебе по силам вырастить среди пустыни свой сад, с которым будешь неразлучен, как черепаха Тошбака со своим домиком.

Каждый способен стать оазисом, куда со всех сторон приходят путники – напиться воды, послушать ее журчание и просто отдохнуть в тени деревьев.

Шухлику безумно захотелось вырастить собственный сад, цветущий по утрам и дающий плоды к вечеру, – в своей душе и вокруг себя.

Он понял, что давно об этом мечтал!

Тогда он заберет маму у хозяина Дурды, чтобы никогда больше не расставаться и жить в своем саду, бродя с ним по миру, принимая в нем уставших путников и странников. Как хорошо им будет вместе – маме, Шухлику и саду!

Вот его цель – вырастить сад в душе и вокруг себя и жить в нем вместе с мамой! А ведь недаром слова «исцеление» и «цель» растут из одного корня. И еще «целый», что означает здоровый! Конечно, вряд ли больной и хилый достигнет своей цели.

Мечта порхала перед Шухликом, как прекрасная крылатая ослица, то отдаляясь, то приближаясь!

С чего же начать? Возможно ли на самом деле вырастить такой сад? И хотелось бы в это поверить, да трудно было. Шухлик очень сомневался в своих силах. Одно дело – таскать тяжелые камни, рыть арыки и прокладывать новые дорожки. Тут нужна внешняя сила, мышечная. А для взращивания собственного сада – внутренняя, какая-нибудь подмышечная, которая находится, видимо, в душе.

Еще вопрос: есть ли у ослов душа? Наверное, у хороших, достойных она есть, а у завалящих, вроде Шухлика, – нету. Или просто спит глубоким сном?

И тут он почуял, как зыбучие пески расступаются под ногами, затягивают в бездну, имя которой – неуверенность. И вот уже лишь голова торчит на поверхности.

– Да что ты в самом деле?! – вытащил его за уши подоспевший Багишамал. – Подумай своей садовой башкой, может ли одна дождевая капля быть хуже или лучше других капель? Каждая по-своему хороша. Так и ты – единственный и неповторимый рыжий ослик. Поверь в себя, и все одолеешь!

Действительно, Шухлик разбежался и легко перепрыгнул зыбучие пески, очутившись на твердой почве. Он уже собрал довольно много потерянных чувств – целую корзинку с верхом.

– Выброси оттуда поганки, то есть все дурные чувства, – посоветовал Багишамал.

«Собирал-собирал, а теперь выбрасывать? – задумался ослик. – Как-то жалко. Все-таки, какие бы ни были чувства, а свои, не чужие».

– Если хочешь вырастить сад, – настаивал Багишамал, – освободись для начала от трех «З» – злости, зависти и злословия! Слышишь, как звонко зуззат, или жужжат, точно навозные мухи. От них прежде всего тебе самому дурно. Они и солнечные дни превращают в пасмурные.

Сохрани только добрые чувства, которые создают оазисы в пустыне! С ними ты всемогущ – любые препятствия рассыпятся перед тобой в прах.

«А если в корзинке одни поганки да мухи? – испугался Шухлик. – Все выкину и останусь совсем бесчувственным ослом. Стыда не оберешься!»

– Знаешь ли, никто не рождается злым и грязным, – снова донесся садовый голос. – Однако в мире есть зло и грязь. Они проникают в тебя незаметно, как пыль. Как песчинки, которые тащит с собой ветер-суховей, нанося целые барханы. Но если в душе добро и любовь, ты защищен, будто бы вокруг тебя густой сад.

Подумай, ты живешь на этом свете, что само по себе чудесно. Не это ли причина для радости?

– Легко сказать! А у меня от этой жизни все ноет и поскуливает внутри, – вздохнул Шухлик. – Сплошные преграды и загвоздки – ни обойти, ни объехать!

Сад Багишамал был совсем рядом, рукой подать. Казалось, склоняется и заглядывает в глаза рыжему ослику. Шелестит каждым листочком и каждой травинкой, пытаясь втолковать что-то очень важное: