Кто виноват и что делать? Размышления психолога о природе вины россиянина - Елена Николаева

Однако это идеальная картина. Начнем с того, что в обществе никогда не было равных условий для всех. В царской России существовали сословные различия, ставившие в неравные условия сначала крепостного, а затем безземельного крестьянина, рабочего, разночинца и помещика или промышленника. В Советской России всегда были различные условия для тех, кто принадлежал номенклатуре, получавшей лучшие квартиры, зарплату в конвертах, пользовавшейся распределителями, спецсанаториями и другими благами. Безусловно, эти различия – существенно меньшие, чем те, которые были до того или наступили теперь. В постсоветской России различия усугубились настолько, что три четверти населения оказались за пределами бедности, а значит, имеют равные стартовые условия только на уровне продажи собственной рабочей силы, но не для участия в реализации позитивных целей. Отсутствие в обществе социальных проектов, позволяющих гражданам конкурировать в честной борьбе, превращает его в криминальное.

Соответственно сдвигам в обществе меняется и группа поддержки. Она всегда связана с кругом людей, которые воспитывали или воспитывались вместе, поэтому и отражает проблемы общества. Криминальное общество порождает криминальный путь поддержки со всеми вытекающими последствиями. Не человеческие качества и отношения, а потребности криминального бизнеса и его законы формируют правила поддержки одних людей и уничтожения других.

Подобная невозможность почувствовать значимость за счет собственных усилий приводит к потребности услышать или ощутить ее из оценок окружающих, необязательно близких. Чем менее возможности утвердиться в собственной значимости реализацией творческих проектов, тем сильнее зависимость от оценки других.

Общественное мнение предъявляет высокие требования к россиянину: он должен иметь жилье, хорошо зарабатывать, при этом быть сильным и мужественным, честным, нежным. Выполнить одновременно все эти требования невозможно для человека любого уровня. Хорошо зарабатывать и быть честным и нежным – не сочетаемые параметры в обществе, где основные средства движутся вне бюджета государства.

Невозможность соответствовать этим нереальным требованиям у одних людей формирует низкую самооценку, а у других – стремление доказать «им», что я что-то значу, а потому – лучше других. В последнем случае усилия будут направлены не на то, чтобы свершения помогали собственному росту, отвечали личным целям, а на то, чтобы переплюнуть кого-то, доказать кому-то. Не постановка собственных, независимых от других целей, а попытка догнать или перегнать тех, с кем начинал, учился и т. д. Тогда каждый шаг оценивается не по тому, нужно мне это или не нужно, что оно дает мне, а по тому, как я выгляжу в глазах окружающих.

Постоянное сравнение вызывает ощущение, что если сосед живет лучше, то не потому, что много работает, а потому, что взял что-то из моего кармана. Это же, в свою очередь, порождает чудовищные инверсии. Например, работники пенсионного фонда, призванные помогать страждущим, часто цепляются за любые неточности в оформлении бумаг или отсутствие знания закона людьми, чтобы уменьшить или не дать пенсию. Хотя более логичным было бы помочь пенсионерам получить максимальные средства из возможных, объясняя пенсионерам новые правила и их права. По этому же механизму пожары, приведшие к трагедиям в школах, ведут не к повышению пожарной безопасности, а к большим проблемам в работе школы, которая не может давать взятки чиновникам из пожарной охраны.

Каждый собственный шаг сравнивается с таковыми в референтной группе. Все оформляется «как у людей»: квартира, отдых, одежда, еда. Один иностранец, проживший некоторое время в нескольких селах Сибири, удивленно спрашивал: «Почему в каждом доме один и тот же набор блюд? Почему одинаково обставляются комнаты?»

Даже там, где жилплощадь невелика, во многих семьях обязательно есть «зала» или «зал», в которой встречают гостей. Это бывает даже тогда, когда в оставшейся другой комнате живет вся семья. Необходимость иметь нечто «напоказ» очень стойко держится из поколения в поколение, несмотря на то что это существенно затрудняет жизнь.

При этом бытие обретает смысл только в момент презентации другим этих созданных для самоутверждения вещей, комнат, квартир, машин. Важно при этом «не ударить лицом в грязь», «оказаться на высоте». Выдержать очередной экзамен, при котором некто из референтной группы положительно оценит вашу жизнь. Такими экзаменами являются свадьбы и похороны, именины и семейные праздники, отдых. Покупка коттеджа, обустройство его так, чтобы это было богаче, чем у соседа, поездка в отпуск туда, вернувшись откуда можно сказать небрежно, между прочим: «А я отдыхал(а)…». Мода на хорошую фигуру, на молодость, на операции по омолаживанию, на питание по Брэггу, по Аткинсу, группам крови и т. д. Выбор способа, как доказать другим, что я что-то стою, зависит только от кошелька. В душе же человек, живущий в загородном замке, не отличается от того, кто теснится в маленькой «хрущевке», поскольку вещи могут заслонить только от других, но не от себя. А оставшись один на один с собой, обитатели этих разных мест чувствуют себя одинаково одинокими, беззащитными и виновными. И перед ними встает извечный вопрос «Горя от ума»: «Что скажет княгиня Марья Алексевна?»

Очень трудно уважать себя вопреки государственной машине, соседям и референтной группе. Только зрелая личность формирует требования для самоуважения, отличные от общепринятых, и стремится их достичь. В этом случае требования к себе адекватны возможностям. Личность незрелая стремится соответствовать высоким требованиям, сформулированным другими, которые ею не могут быть достигнуты. А потому она вынуждена постоянно обращаться к оценке окружающих.

Формирование своего мнения подразумевает длительный рефлексивный процесс, размышления на разные темы, отсутствие страха встречи с собой, разрешение ошибаться и учиться на ошибках.

Многие люди полагают, что они размышляют, но это лишь процесс самокопания или самопрезентации, желание показать себя. Они покупают книги, которые никогда не читают. Эти книги годами стоят запакованными в ящиках, но при том соблюдена вся внешняя атрибутика думающего человека.

У зрелой личности развивается критическое мышление, то есть возможность любую информацию подвергать тотальному анализу, в том числе представление о самом себе. Незрелая личность имеет лишь отдельные параметры критического мышления, а потому выбирает из поступающей информации то, что соответствует собственному убеждению, и подвергает ярым нападкам то, что не связано с этим. Сопровождающая дискуссию эмоция выдает незрелость личности. Всякую критику своего высказывания такие люди воспринимают как критику своей личности и тут же обижаются или ополчаются на собеседника. Зрелый человек никогда не отождествляет свои представления со своей личностью. Именно поэтому он может слышать критические замечания и делать изменения в своих представлениях, пытаясь взглянуть на них со стороны. Точно так же он воспринимает и других. Именно поэтому, критикуя высказывания других, он не связывает их с конкретным человеком. Он может любить человека, но не соглашаться с его мнением или поступками.

Особенностью разговора незрелой и зрелой личностей является эмоциональная горячность одной и спокойная рассудительность другой. Первый человек будет видеть агрессивность в высказываниях собеседника, а потому и эмоционально реагировать на нее. Любое замечание будет ударять по его самолюбию и вести к обиде. Второй будет слушать и рассуждать.