Генерал его величества - Андрей Величко

— И еще, вчера утром около кухни видели человека, по описанию совпадающего с Каминским.

— Вот уж в этом-то ничего удивительного нет, — буркнул я и пояснил для Мари: — Каминский — это секретарь Ламсдорфа, вчера он приходил именно с ним.

— Я знаю, — кивнула императрица, — он не только вчера, но и все последние визиты сюда делал в компании этого молодого человека. Но, по-моему, вы с Татьяной ошибаетесь. Ламсдорф говорил мне, что единственным недостатком этого Каминского является полное незнание английского.

— Ага, — согласился я, — еще наверняка выяснится, что сей достойный вьюнош ни разу не был в английском посольстве и вообще не имеет ни одного знакомого англичанина. Понимаешь, Мари, тут такая тонкость — на подозрение надо брать прежде всего тех, у кого есть алиби. Потому как если человек ни в чем не виноват, то зачем оно ему? А тут уж такое алибище, что и думать особенно не о чем.

Татьяна встала, типа она закончила и просит разрешения удалиться, но глазами показала мне, что у нее еще есть что рассказать.

— Мари, мне, пожалуй, придется тебя ненадолго покинуть, надо поприсутствовать при допросе этого, как его, Котяры? Ну раз Козяры, то тем более. Ты, главное, тут без меня скучай посильнее для приобретения должного вида!

В коридоре Татьяна сообщила мне:

— Третий секретарь английского посольства — частый гость в салоне мадам Луизы. Она его характеризует как отъявленного козла, кстати, минимум по три раза в неделю отмечается! Но всю предыдущую неделю его там не было, хотя никуда он не делся, видели его в городе.

— Интересно, — кивнул я, — как появится, сразу сообщайте.

Весь день я крутился как белка в колесе. Разместить в Зимнем десантную роту, найти место под узел связи, продумать пропускную систему… Потом был доклад Бени о связях Ламсдорфа. Получалось, что последнее время тот чуть ли не ночевал в немецком посольстве. Что ж, все к тому, что его подставили специально…

Только за ужином я смог пообщаться с Гошей.

— Ну и как оно в царях? — поинтересовался я. — Совсем зашился?

— Да у нас и похлеще авралы случались, — усмехнулся Гоша, — так что переживу. Ты лучше скажи, Маше точно там ничто не угрожает, в Артуре?

— Вот те раз, ничего, — удивился я. — Перечисляю в порядке убывания опасности: залповая стрельба японцев, их же зенитки, «спиты», неисправности самолета и покушения то ли англичан, то ли тех же самураев.

— Так, может, ее сюда вызвать?

— А это зависит от того, собираешься ты на ней жениться или нет. Если не собираешься, то можно вызывать…

— Да при чем тут это?

— А при том, что независимо от отмены того пункта женитьба императора на героине войны и королеве — это одно, а просто на своей давней подруге — совсем другое!

— Какой еще королеве? — не понял Гоша.

— Курильской. Одуванчика уже всерьез прижали, так что на днях он сматывается из Индийского океана. Некоторое время около Владика повертится уже в качестве Второй Тихоокеанской эскадры, а потом снова обернется Маслачак-пашой и захватит Курилы в компании с Машей. И будет там Курильское королевство в составе великой Черногорской империи, одной из самых длинных в мире. Что смеешься, от Адриатики до Шикотана больше тринадцати тысяч километров! Надо, кстати, Маше сказать, пусть помаленьку начинает рисовать флаг и герб. Да, и корону заранее не помешало бы приготовить, но это я уже в рабочем порядке на консервном заводе сделаю. — Я отхлебнул чаю и добавил: — Да, и помаленьку начинает проясняться общий замысел вчерашних безобразий. Мои орлы в Артуре вышли на японца, который организовывал пищевые добавки на твоей кухне. Так вот, взять его живым не удалось, но ты же помнишь, у меня там два спеца-китайца есть. И они утверждают, что это тоже очень даже китаец. Даже могут сказать, у кого он восточным дракам учился…

— Так, значит…

— Вот именно, только не то, что ты подумал. Здесь в качестве козла отпущения нам усиленно подсовывают Ламсдорфа. Но фигура это неинтересная в силу полной неубедительности мотивов, то есть сойдет только для невзыскательной публики. А там решили показать японский след, вот у них-то якобы мотив есть…

— А что, нет?

— Травить или даже стрелять из-за угла — нет. Они же пытаются вести эту войну полностью по европейским правилам, и в целом у них пока нет оснований считать ее начало неуспешным. Зачем, спрашивается, тогда жульничать, имидж портить? Если карта выигрышная, играть следует честно.

— Глубокая мысль, надо будет запомнить, — усмехнулся Гоша. — Ну и хочу тебе одно маленькое такое напоминание сделать, а то вдруг ты забыл… Некто Найденов обещал мне бросить курить в тот же день, как я стану императором. Ну так, на всякий случай напоминаю, что я уже второй день как стал…

— Так этот Найденов тот самый второй день и не курит, оттого и злой ходит как собака, — буркнул я. — И вот что я еще хотел спросить, тут вокруг тебя вчера народ вертелся на предмет принесения присяги. Так что объяснил бы мне, что это такое, на что похоже, где взять и куда нести. И, кстати, кто я теперь такой? Заместитель несуществующего наместника Дальнего Востока?

— Сегодня ты еще действительно не пойми кто. Но с завтрашнего утра у тебя появляются еще две должности, можешь начинать готовиться. Во-первых, тот самый наместник. Во-вторых, канцлер. Уточняю, это не премьер, а первый заместитель императора! И первый класс табели о рангах, если ты не в курсе.

— А бумага какая-нибудь с правами и обязанностями этого канцлера есть?

— Сам и напиши, только желательно без мата.

— Во, хорошо, что напомнил. Слово «хер» как пишется, через «е» или через «ять»?

В гости к генерал-адмиралу я пришел уже в качестве канцлера, имея в кармане прошение Алексея Александровича об отправке на Дальний Восток. Правда, адресовано оно было предыдущему, уже ничего не решающему императору.

— Георгий Андреевич, — сказал генерал-адмирал, когда мы перешли к делу, — я не претендую на большее, чем командование «Светланой». Как-то неправильно получается, что в такой момент крейсер там, а я — тут…

— Вот-вот, это вы совершенно правильно заметили, насчет такого момента. Так как на трон взошел Георгий Первый, войну надо кончать, естественно, победой. У нового императора есть люди, которым это по плечу, и не скромничайте — вы в их числе. Вот только давайте уточним, в каком именно качестве. Ведь вы, по сути, морской главнокомандующий. Но — вы уж извините — соответствующего опыта у вас нет. Его ни у кого из наших адмиралов пока нет, и это очень плохо! Так что было бы очень к месту, если бы вы согласились на стажировку для приобретения оного…

— У кого стажироваться, у японцев? — удивился дядя Алексей. — Боевой опыт есть пока только у них…

— Разве? А флот маленькой, но гордой державы, о котором только и говорят последний месяц? Месяц этот флот одерживает победы над британским Гранд-Флитом!