Пистолет для мертвеца - Майк Резник

Пробило десять вечера. Кейт Элдер сильно нервничала. По городу ходили сплетни, как к ней в бордель завалилось то, что некогда было Джонни Ринго, и как она его отвадила; люди верили, что зомби еще вернется, и Кейт потеряла семьдесят процентов дневной выручки.

Что еще ее бесило, так это то, что Холидей даже не думал злиться на Ринго. Он просто был уверен: рано или поздно Ринго попробует его убить.

И, наконец, она бесилась оттого, что он до сих пор не поужинал с ней. В карты играть он садился только в девять вечера, а до тех пор торчал в тюрьме – вместо того, чтобы пригласить Кейт в ресторан, – и не торопился ничего объяснять.

Пришел Генри Уиггинс, как раз когда Кейт, таская бутылки спиртного из задней комнаты, обновляла запасы в баре.

– Привет, Генри, – неприветливо поздоровалась она. – Как дела?

– Не буду жаловаться, – ответил коммивояжер. – Док не позволяет, – пошутил он и сам же рассмеялся.

– Обхохочешься, – без тени улыбки сказала Кейт.

– Я пару минут назад был в «Ориентале»: у Дока пруха.

– Вот и славно. Начну брать с него плату за постой.

Уиггинс хохотнул.

– Что смешного? – не поняла Кейт.

– Он предупреждал, что вы так скажете.

– Наш Док – ходячий кладезь острот, – мрачно проговорила Кейт. – Выпьете?

– Да, пожалуй, – ответил Уиггинс. – Я пришел к Лоле, но она, я так понимаю, с клиентом?

– Лола у Неда Бантлайна.

– Странно. Можно же собрать механическую даму и оставить ее при себе вместо того, чтобы продавать вам и платить потом за визиты к ней.

– Вы не так поняли, – покачала головой Кейт. – Нед забрал Лолу к себе в мастерскую, чинит ее.

– Ах вот оно что. Можно надеяться увидеть ее сегодня?

– Нет.

– Что ж, тогда я, пожалуй, выпью и вернусь в «Ориентал».

– Генри, у меня еще четыре металлических шлюхи. Что такого особенного в Лоле?

– Она меня любит.

– Лола – просто машина, – возразила Кейт. – Ей плевать на клиентов.

– Нет, она нежная, – настаивал Уиггинс.

– Что за чушь!

– Нет, не чушь, Лола меня любит. Она не хочет останавливаться, не хочет меня отпускать. Другие металлические шлюхи так себя не ведут.

Кейт тяжело вздохнула.

– Вот поэтому ее сейчас чинят, а других девочек – нет.

– Чинят? – переспросил Уиггинс. – Хотите сказать, Лола перестанет быть прежней?

– Черт подери, надеюсь, что да.

– Вы совершаете большую ошибку, – не сдавался Уиггинс. – Лола особенная.

– Лола опасна, – поправила его Кейт. – Что если бы вместо пяти минут она продержала бы вас час или три?

– Мне бы это польстило.

– Вам стало бы жутко неуютно, вас охватила бы паника.

– Ничего вы не понимаете, – горько произнес Уиггинс.

– Тогда знаете что, – сказала Кейт. – Если Нед не сумеет починить Лолу, я вам ее продам по первоначальной стоимости.

– По рукам! – воскликнул Уиггинс и тут же спал с лица. – Ой, нет, не выйдет.

– Не такая уж она и дорогая.

– Дело не в деньгах, – жалким голосом произнес Уиггинс. – Жена не поймет.

Кейт пожала плечами.

– Мужчины, которых не понимают жены – наши клиенты.

– И я не могу таскать Лолу с собой по городам. Рано или поздно кто-нибудь на нее покусится, а ведь я не стрелок, да и в кулачном бою меня любой побьет.

– Тогда, боюсь, вы обречены приносить доход моему заведению, – сказала Кейт.

Мимо прошла полуметаллическая шлюха: на латунных руках играли блики света, и Уиггинс уставился на нее с нескрываемым восхищением.

– Думаю, бывает и хуже, – сказал он, глядя, как девушка-робот, вернувшаяся от клиента, усаживается на плюшевый диван.

Внезапно распахнулась парадная дверь, и в помещение ввалились трое: все в пыли, будто скакали по пустыне; в поясной кобуре у каждого – по «кольту» сорок пятого калибра.

– Добрый вечер, господа, – поздоровалась Кейт. – Закон запрещает носить оружие в пределах Тумстоуна, так что придется сдать оружие мне. Я подержу его в шкафу, пока вы не соберетесь уходить.