Легион смертников - Саймон Скэрроу

Он услышал позади скрип лестницы. Спустя мгновение рядом с ним оказался триерарх.

— Думаю, Макрону еще рано действовать.

— Да, но уже скоро, — ответил Катон, глянув на горизонт. Ему показалось, что он уже различает еле заметное свечение на границе моря и неба. — Когда увидим сигнал, идем в бухту на предельной скорости. Аякс не должен сбежать.

— Мы подойдем вовремя, командир. «Себек» пройдет мыс раньше, чем враг успеет выйти в море. Даю слово.

— Запомню.

Некоторое время они молчали.

— Как думаете, есть ли шанс, что кого-то из экипажа «Тота» взяли в плен? — спросил триерарх.

— Сомневаюсь. Насколько я могу судить о характере Аякса, он не станет оставлять их в живых. Возможно, оно и к лучшему.

— Командир?..

— Те пленные, которых он захватил во время восстания на Крите, по большей части испытали на себе нечто куда худшее, чем быстрая смерть, — жестко ответил Катон. — Твои товарищи мертвы. Наполни же свое сердце жаждой отмщения.

— Да, командир.

Оглянувшись, Катон поглядел на темные силуэты остальных кораблей. С них не доносилось ни звука, хотя на палубах стояли в полной боевой готовности сотни легионеров и морских пехотинцев, а сотни моряков гребли. Ни звука, кроме еле слышного плеска волн о корпуса и весел по воде. Корабли шли к берегу, будто тени.

— Вот, командир, — сказал триерарх. — Светает.

Катон поглядел на горизонт. Над ним разлилось сияние.

Снова повернулся в сторону сторожевой башни. Ничего, всё так же.

— Давай, Макрон, — тихо сказал он. — Все зависит от тебя.

Макрон лежал на животе позади скального выступа. В двадцати шагах от него возвышалась приземистая сторожевая башня. Начало светать, и он мог приглядеться получше. Его группа уже разделалась с часовыми на дозорной башне и уже была готова приступить ко второй части операции, когда со стороны крепости показалась небольшая группа людей. Легионеры едва успели укрыться, и мимо них быстро прошли несколько фигур. Перекинулись парой слов с часовыми в башне, но плеск волн о камни не дал Макрону возможности разобрать слова.

Если они не уйдут в ближайшее время, придется вступать в бой на менее выгодных условиях. Кроме Хамеда, с ним десять легионеров. Десять против полудюжины пришедших и четырех-пяти часовых внутри башни. Десять римлян и один жрец, поправил себя Макрон. Но Хамед крепкий парень и в бою тоже может сгодиться. Две лодки с моряками ждали в небольшой бухте за мысом, готовые вернуть их на корабль, если операция по захвату башен провалится и придется спешно бежать.

Макрон тихо отвел руку назад и обнажил меч, вздрогнув от еле слышного скрежета кончика лезвия по устью ножен. Крепко сжав оружие, поднял голову так, чтобы его не заметили, и снова посмотрел на башню. Позади него Хамед резко вдохнул.

— Нам надо уходить, центурион, — прошептал он. — Их слишком много. Они нас убьют.

— Тихо, — прошипел Макрон. — Не шевелись, а то я сам тебя прибью.

Он снова поглядел на башню, уже хорошо различимую на фоне горизонта. Скоро часовые заметят приближающиеся корабли и поднимут тревогу, понял Макрон. И тут люди, пришедшие из крепости, наконец-то двинулись обратно, удаляясь от башни. Когда они проходили мимо его укрытия, он узнал их главаря, и его сердце заколотилось.

— Аякс, — прошипел он сквозь сжатые зубы.

Мышцы напряглись, как сталь, его охватила ледяная ярость. Потребовалось все его самообладание, чтобы не выскочить и не порубить гладиатора на кровавые куски. Он лежал, дрожа от ярости. В памяти всплыли образы, запахи, ощущения. Постыдные муки, которым подверг его Аякс. Муки, которые он всеми силами старался забыть. О которых не мог рассказать даже самому близкому другу, Катону, и никогда не расскажет. Макрон закрыл глаза, чтобы не видеть удаляющегося силуэта Аякса. Глубоко вдохнул и выдохнул, сдерживая эмоции и отгоняя нахлынувшие воспоминания. Когда он открыл глаза, гладиатор и его товарищи уже скрылись, спустившись по тропе, ведущей к крепости.

Макрон сел на корточки и повернулся к безмолвным силуэтам лежащих позади него легионеров.

— За мной, — тихо рыкнул он.

Пошел вперед, пригнувшись. Следом пошли легионеры. Был слышен лишь тихий шорох сухой травы. Держась в тени скалы, Макрон незаметно пробрался к башне. Увидел, что массивная дверь у ее основания открыта. Сверху, с платформы, слышались негромкие голоса, утренний бриз зашуршал пальмовыми листьями навеса. Макрон пробежал через открытое место, прямиком к двери. В дверях появился силуэт и тотчас замер. Макрон ринулся вперед, опустив меч. В последний момент ударил вперед и вверх, вонзив противнику лезвие под ребра и одновременно толкнув его плечом. Протащил противника вперед, пока они не уткнулись в один из шестов, подпиравших пол верхнего яруса. Враг захрипел, испуская последний вздох, и забрызгал Макрону лицо слюной и горячей кровью. Зажав ему рот свободной рукой, Макрон вонзил меч по рукоять и повернул, разрывая внутренности. Враг попытался было сопротивляться, но быстро обмяк и повис на Макроне. Вынув меч, Макрон аккуратно опустил тело на землю. Вокруг него уже стояли легионеры, вошедшие в башню.

— Что там такое? — спросил кто-то сверху. — Портий?

Верхние ступени лестницы осветил колеблющийся оранжевый свет.

— Вперед! — рявкнул Макрон, подбегая к лестнице и взбегая на первый ярус лестницы.

Он оказался в помещении, где на полу лежали несколько тюфяков, стоял стол, табуреты и оружейная стойка. Двое врагов. Один приподнялся на локте, проснувшись; другой — рядом с лестницей, у оружейной стойки. Он оказался не таким тугодумом, как его товарищ внизу, — сразу же схватил из стойки копье и выставил острием вперед. Сделал выпад. Макрон увернулся, но споткнулся о табурет и упал. Стоящий позади него легионер не оценил опасность вовремя, и копье с глухим стуком ударилось ему в правое плечо. От удара тот крутанулся на месте и сбил копье в сторону. Следующий легионер ринулся вперед и с размаху рубанул копейщика по шее. Меч оставил глубокую рану, и разбойник с пронзительным криком упал, роняя копье. Лежавший на тюфяке попытался встать, но его тут же порубили на куски.

— На крышу! — рявкнул Макрон, поднимаясь на ноги. — Живо!

Первые двое легионеров ринулись вверх по лестнице. Макрон побежал следом. Раздался и сразу умолк чей-то крик. Выбежав на верхнюю площадку, Макрон огляделся. Небольшая стена, деревянный поручень, навес из пальмовых листьев с одной стороны, жаровня для сигнального огня с другой. Четыре небольшие катапульты. Слабый свет масляного светильника в небольшой нише в углу, для розжига сигнального огня.

— Вы, двое! — крикнул Макрон ближайшим к нему легионерам. — Бегом вниз, запрёте дверь. Завалите ее всем, что под руку попадется.

Подбежав к поручню, он поглядел на крепость. У ворот горело с полдесятка факелов, в их свете он разглядел двоих часовых, которые, судя по всему, ничего не заметили. На берегу темные силуэты трех кораблей. Тревоги никто не поднял.