Бессилие власти. Путинская Россия - Руслан Хасбулатов

В проекте Закона об инновациях, который ныне обсуждается, сделана попытка сформулировать понятие инновационной продукции (но не инноваций). В нем, в частности, говорится следующее: «К инновационной продукции относятся товары, в которых использованы результаты научной и (или) научно-технической деятельности, или товары, работы и услуги, которые произведены или оказаны способом, представляющим собой результат научной и (или) научно-технической деятельности, при условии, что с момента первоначального выпуска таких товаров, производства работ и (или) оказания услуг не истекло трех лет». Инновациями же можно считать изобретения, полезные модели, промышленные образцы, программы для электронно-вычислительных машин, селекционные достижения, топологии интегральных микросхем, секреты производства, а также единые технологии.

Модернизация – процесс трансформации, усовершенствования и изменений самой Системы. Как процесс экономической трансформации, она рассматривается на разных уровнях: на уровне организации, региона, страны, мировой экономики. В течение пятисот лет (со времени начала капиталистической трансформации) ведущей тенденцией мирового развития был прогресс, который в большинстве стран и происходил в форме модернизации экономических систем. Известно, что по мере перехода из Средневековья в Новое время Запад осуществил беспрецедентную трансформацию средневекового общества в общество современного типа. Он способствовал, как показал, в частности, А. Тойнби, также модернизации других, незападных стран, хотя этот процесс до сих пор не завершен и протекает крайне противоречиво и часто – на конфликтной основе. Классическая модернизационная теория характеризует модернизацию как переход из традиционного общества в современное общество.

Традиционные общества, как известно, являются исторически первыми и самыми длительными по времени (порядка 100 тыс. лет). Это общества, воспроизводящие себя на основе традиции и опирающиеся на традиционный опыт как источник легитимации. Традиционные общества отличаются от современных рядом особенностей. Главные из них – это: организация социальной жизни на базе религиозно-мифологических представлений; коллективистский характер общества; авторитарный характер власти без ее использования в имущественных целях; простой способ производства – то есть производство для поддержания жизни; соответственно – простой обмен.

В ходе модернизации традиционного общества происходит переход к рабовладельческому, а затем к феодальному и далее – к капиталистическому обществу, трансформировавшемуся в современное капиталистически-буржуазное общество. Какое общество придет на смену современному буржуазному обществу с его немыслимо высоким уровнем социального расслоения, можно строить только гипотезы. Но можно одно сказать с определенностью – народы не будут долго терпеть утвердившееся ныне неравенство и несправедливость, характерные для индустриального и постиндустриального общества. Оно включает в себя, прежде всего, коренное отличие от традиционного – правовое регулирование и имущественное неравенство, переходящее фактически в обратное социальное неравенство. При этом преобладающая особенность современного общества – ориентация на непрерывность модернизационных процессов на базе технологических инноваций, объективно воздействующих не только на производство, экономику, но и на социально-культурные и иные стороны развития. Другие отличия его от традиционного общества – это светский характер социальной жизни; формально демократическая организация системы власти; экономика, которая производит товары и услуги не только для «себя», но намного больше, чем способна потреблять страна (т.е. для продажи другим странам); частно-капиталистический, экономический, индустриальный характер; массовое образование; ориентация на научные знания и опыт и т.д.

В течение пятисот лет догоняющая модернизация была основной формой развития незападных стран. Ее следствием было усиление всемирно-исторической связи между народами – т.е. процесса интернационализации факторов производства.

Глобализация, развернувшаяся на базе ИКТ со второй половины 80-х гг. XX в., связана с мировым рынком (ТНК, банками, финансовыми потоками, международной торговлей), «победой» идеи всесильного рынка в глобальном масштабе, информационной всемирной связью, обеспечивающей этому рынку и финансовому капиталу исключительную динамичность. Неменьшее значение имела возможность продвижения высокотехнологичного, уникального и наиболее дешевого продукта не только силой его собственных свойств, но и через тотальную рекламную деятельность. Развитые экономические центры мира в этих условиях стремятся к наращиванию своих преимуществ в экономике и технологиях перед другими странами, опираясь на могучие ТНК и ТНБ. Такое развитие неизбежно привело к заимствованию западного технологического опыта и в целом к вестернизации незападных стран. Однако на неопределенном этапе, эти западные образцы потребительского общества стали вызывать массовые протесты, интенсивно нарастает критическое отношение к политике вестернизации, догоняющей модели модернизации и чрезмерной ориентации правительств на Запад. Этому способствуют регулярные экономические кризисы на Западе, которые обрушиваются на бедные страны. Соответственно, большой популярностью пользуются другие идеи модернизации, на базе собственной идентичности. Эти идеи в самых разных странах – от России до Китая, Латинской Америки и до Африки – привели к утверждению многообразия развития, отторжению западной (атлантической) модели как эвфемизма развития по западному пути, отказу от идеи линейного развития, сторонниками которой были маститые аналитики послевоенных десятилетий (У. Ростоу, Тойнби и др.).

Поскольку классическая модернизация сегодня неосуществима и незападные страны решают собственные задачи, не стремясь догнать западный образец, который сам находится в состоянии неравновесия и вынужденной трансформации от либертарианства к некоему синтезу неокейнсианства и неолиберализма, модернизация перестала быть ведущим процессом социальной трансформации на всемирном уровне. Ее место, по мнению ряда аналитиков, вытеснила глобализация, она стала ведущим процессом социальной трансформации, а модернизации отдельных обществ – ее следствием.

Глобализация породила колоссальный разрыв в уровне жизни и возможностях развитых, развивающихся и переходных стран; при этом разрыв в уровне жизни групп населения слаборазвитых стран значительно превышает соответствующий уровень западных стран. Это произошло во многом благодаря перенесению образов западной рыночной системы в эти страны в их порочной, извращенной форме. Так, в 1960-х гг. разрыв между пятью богатейшими и пятью беднейшими странами был 30 к 1, в 1980-х – 50:1, 1990-х – 74:1, 2001–2005 гг. – 80:1, в 2010 г. – 85:1. Социальное расслоение в незападных странах (в том числе в России) достигло фантастических размеров: если в западных странах децильный коэффициент не превышает в целом соотношения 1:10, то в развивающихся и переходных странах он достигает 1:25 (Россия) и более. В этом отношении глобализация – это отрицательная альтернатива модернизации, поскольку модернизация исходила из необходимости обеспечить возможность отсталым странам хотя бы в некоторой степени «подтянуться» к уровню жизни народов Запада. В сущности, в глобальную экономику могут войти только три группы стран: а) те страны, которые сумели создать уникальный продукт для мирового рынка, б) могут производить и поставлять стратегическое сырье, в) производят товары массового спроса по относительно дешевой цене. Среди незападных стран в этот клуб избранных вошли Китай, Индия, Бразилия, Южная Корея, ЮАР, Турция, Польша, Мексика, Индонезия, Таиланд, Малайзия, некоторые арабские страны (ОАЭ). Вхождение в глобальную экономику осуществляется, во-первых, путем технологического прорыва, через исключительные творческие возможности группы талантливых новаторов, которые создают такой прорыв; во-вторых, через формирование новой индустриальной базы, которая создает товары и услуги для мирового рынка.