Законы Трампа. Амбиции, эго, деньги и власть - Майкл Краниш

Почти два десятилетия спустя Стоун оказался в центре кампании по запрету игорного бизнеса в штате Нью-Йорк, проводимой под руководством Трампа. Официально на ее рекламу ушло более 150 тысяч, хотя впоследствии стало известно, что только за 1-е полугодие 2000 года на продвижение антиигорного закона среди законодателей штата ушло более 300 тысяч. Но Трамп и Стоун никогда не сообщали реальных расходов, как этого требует закон. Они признали свою роль только после того, как Комиссия по расследованию докопалась до истины и наложила на Трампа крупнейший штраф за всю историю гражданского законодательства США в размере 250 тысяч долларов. Ему ничего не оставалось делать, он согласился с приговором и принес публичные извинения. «Все улажено, – сказал он журналистам. – Мы счастливы, что все закончилось хорошо». Комиссия по расследованию решила не переводить дело в рамки уголовного преследования и квалифицировала его как финансовое нарушение.

Но даже и после этого Трамп продолжил бороться с планами создания казино в Катскилских горах, рассматривая наличие игровой зоны на севере штата как угрозу Нью-Йорку. «Это разрушит прогресс, которого достиг Нью-Йорк, – сказал он в тот день, когда согласился заплатить штраф. – Новое казино приведет к оттоку денег из городского бюджета, и жители, вместо того что бы покупать машины и квартиры понесут их в другое место». Безусловно, он забыл упомянуть, что его собственный игорный бизнес дислоцируется в Атлантик-Сити. По-видимому, Трамп не видел никаких противоречий между «вредностью» азартных игр в Нью-Йорке и собственными интересами в Нью-Джерси.

Предупреждая об опасности развития индейского игорного бизнеса на территории штата, он не забывал «нажимать» и на казино в Коннектикуте. В этом проекте Трамп имел свою долю, сотрудничая с индейцами из Покатака (племя пекотов, основавшее казино Foxwoods). В рамках договора 1997 года Трамп согласился проплатить лоббирование получения пекотами официального статуса, позволяющего открытие «индейского» казино и использовать для этого свой богатый опыт. В обмен на это, индейцы согласились выплачивать Трампу комиссионные за менеджмент, которые процентно зависели от будущих доходов. Трамп нанял лоббистов из компании Greenberg Traurig, расположенной в Майами, задача которых заключалась в признании пекотов на федеральном уровне. Сотрудник компании Рональд Плат предоставил Трампу Trump Hotel & Casino Resorts Inc. на период 1999–2000 годы, в 2002 году пекоты получили официальное признание, после чего отказались от продления контракта. В результате Трамп остался без доли в казино и задолжал Greenberg Traurig более 600 тысяч.

Поскольку Трамп не торопился с оплатой, Плат сам нанес ему визит на Манхэттен. Там он получил полное представление о том, каким бывает Трамп, когда проигрывает.

– Я здесь затем, чтобы получить наши деньги, – сказал Плат Трампу.

– По мне было бы лучше, если бы сделали эту работу бесплатно, – буркнул в ответ Трамп по воспоминаниям Плата.

– Что за бред? – не разобрал Плат.

При этих словах Трамп грохнул об стол желтым рабочим блокнотом и выбежал из кабинета. Следом за ним кинулся помощник, который вернулся назад минут через пятнадцать. Плат вышел из кабинета и как можно быстрее перевел деньги на счет, опасаясь, что Трамп передумает. Позже Трамп говорил, что не помнит никакого Плата, но если он и задержал денежную выплату, то, видимо, сама работа была сделано паршиво.

Пока Трамп перестраивал свою империю и личную жизнь, в стане развернулась новая борьба за пост президента. В 1992 году на авансцене мировой политики появилось новое лицо – губернатор штата Арканзас демократ Билл Клинтон, победивший действующего президента Буша и независимого кандидата миллиардера Росса Перо. Став 42-м президентом США, в январе 1993 года Клинтон немедленно объявил, что его жена Хиллари будет играть важную роль в администрации, возглавит оперативный комитет по реформе здравоохранения. Через три месяца организатор церемонии вручения наград игровой индустрии в Атлантик-Сити Тони Оугест направил официальное письменное приглашение Клинтону принять участие в мероприятии. Само по себе это было рискованным шагом, но организатор полагал, что президент поладил бы с другим почетным гостем церемонии – с Дональдом Трампом. «Я не хочу выступать в роли антрепренера, – писал Оугест, – но если вы не знаете друг друга, вам стоит познакомиться. У вас очень много общего: возраст, широкие взгляды на будущее и, самое главное, возможности и желание сделать Америку лучше, чем она уже есть». Тогда Клинтон отклонил приглашение, но с тех пор пути президента и олигарха начали часто пересекаться как в профессиональной, так и в общественной сферах деятельности. Например, во время посещения Манхэттена в 1994 году Трамп входил в число полусотни сопровождавших его самых видных политических деятелей и бизнесменов страны.

Тем не менее рамки политической культуры накладывали некоторые ограничения на их общения. В 1996 году личному секретарю Клинтона поступило чье-то предложение послать Трампу письмо с поздравлениями по случаю его пятидесятилетия. Через три дня чиновнику, занимающемуся личной корреспонденцией Клинтона, поступило указание не вступать в переписку с Дональдом Трампом. Тем не менее со второй половины 90-х годов Трамп был активным сторонником президента. «С моей точки зрения Билл Клинтон – это что-то потрясающее, – заявил он в ток-шоу «Эванс и Новак» на канале CNN 27 декабря 1997 года. – Я думаю, что он провел невероятную работу. Возможно, Клинтон один из самых независимых и жестких политиков, которых я когда-либо видел. Мне кажется, что он очень незаурядный человек».

Спустя месяц в прессе появились слухи о тайных сексуальных связях Клинтона со стажером Белого дома Моникой Левински, которые длились более 2 лет, начиная с того момента, когда она в 22-летнем возрасте появилась там в 1995 году. Трампа это нисколько не смутило, он стал одним из самых ярых защитников президента. «Мы должны обсуждать Клинтона с точки зрения того, что он сделал для оздоровления и стабилизации экономики, – сказал Трамп в августе 1988 года, уже после того, как Клинтон уже признался в связи с Левински. – Я никогда не видел чего-нибудь подобного раньше. В свое время говорили, что у нас были хорошие 80-е годы. Так вот в любом случае – 90-е лучше». Когда бывшая коллега Клинтона по государственной службе в Арканзасе Пола Джоны подала на него в суд, обвинив в сексуальных домогательствах, Трамп публично назвал ее «неудачницей» и предположил, что, будучи кандидатом в президенты, обсуждал бы подобные вопросы лицом к лицу: «Вы можете представить, насколько противоречивы все эти факты? Предположим, я где-то что-то сказал про женщину. Но, кто знает, что и кому она сказала про меня?».

В связи с ложными показаниями Клинтона в суде была инициирована процедура импичмента, но она не прошла через Сенат, и Клинтону позволили завершить второй срок президентства. Между тем Трамп начал более серьезно задумываться о грядущих перспективах, а Стоун проанализировал потенциальные возможности республиканца Буша-младшего и противостоящего ему демократа Альберта Гора. По мнению Стоуна, в этой ситуации Трамп мог бы выставить свою кандидатуру в качестве третьей стороны, поскольку колеблющийся электорат был весьма скептически настроен к кандидатам от обеих главных политических партий. Например, тот же техасский миллиардер Росс Перо, не имея никакого политического опыта, набрал в 1992 году 18 % голосов и до сих пор оставался популярен. Со своей стороны Трамп был хорошо знаком с невероятной историей взлета профессионального рестлера Джесси Вентуры, который в 1998 году стал губернатором Миннесоты от партии реформаторов. И уж если Вентура, сделавший себе имя, показываясь на боях в меховом боа под насмешки Халка Хогана, стал руководителем государственного масштаба, то, возможно, и у Трампа был шанс стать президентом.