Шесть масок Владимира Путина - Клиффорд Гэдди

В 1920-е первый глава тайной полиции большевиков Феликс Дзержинский был ответственным за принятие важнейших решений в экономике[360]. Позже, при Сталине, предшественники КГБ становились непосредственными и активными участниками экономических процессов в силу того, что в их ведении находилась огромная система по использованию подневольной рабочей силы, известная как «ГУЛАГ»[361]. На пике своего развития ГУЛАГ производил 15–18 % всей продукции в России[362]. Но с начала 50-х годов ни один из руководителей КГБ напрямую не отвечал за экономическую политику. Последним из них, имевшим такие полномочия, был Лаврентий Берия, руководивший тайной полицией с 1938 по 1953 год[363]. Какими бы ни были другие его качества, с экономической точки зрения по советским меркам он считался либералом. Берия пытался провести первую десталинизацию, планировал расколлективизировать сельское хозяйство. Он распустил ГУЛАГ, поскольку тот был «неэффективен». Берия предлагал политику сближения с Западом. Но после смерти Сталина он проиграл во фракционной борьбе. Его имя и либеральную политику предали анафеме[364], а самого казнили.

КГБ, в который пришел Путин, был уже мало ориентирован на экономику. Впрочем, имелись две вещи в западной экономике, интересовавшие эту организацию. Первое – то, что Запад был капиталистическим, а значит – по определению идеологическим противником советской экономической системы. Весь Запад был антитезой СССР и коммунистической партии. И поскольку КГБ служил «щитом и мечом» партии, его основной задачей считалась «революционная бдительность»[365]. В этой роли КГБ должен был бороться с подрывной деятельностью и распространением идей Запада. В списке опасных идей верхние строчки занимало все, что могло быть истолковано как пропаганда превосходства капиталистических принципов и методов в экономике. Второй точкой приложения усилий КГБ стали научные и технологические достижения западных стран, особенно то, что имело военное значение. Целое управление в КГБ занималось кражей передовой продукции западной системы, обреченной, по мнению идеологов КПСС, на уничтожение.

За время, прошедшее после прихода Путина в КГБ, перед советской экономикой встали новые серьезные проблемы, потребовавшие от разведывательной службы сместить фокус интереса к экономике западных стран. Пусть СССР выиграл от взлета нефтяных цен в 70-х годах, этот выигрыш оказался краткосрочным. Он только прикрыл череду фундаментальных проблем социалистической экономики. Хотя доходы и росли, реальная производительность быстро падала. В период с 1977 по 1981 год рост нефтедобычи в СССР внезапно замедлился, при том, что в 1976 году показатель роста составлял 7,6 %. К 1981 году, когда цены на нефть опять снизились, рост нефтедобычи остановился, что сказалось на всех советских экономических планах и проектах. За ширмой изобилия и богатства нарастал кризис. Книга известного американского эксперта по энергетике Тэйна Густафсона, посвященная советской нефтяной отрасли этого периода, своим названием очень хорошо описывает сложившуюся ситуацию – «Кризис на фоне изобилия» (Crisis amid Plenty)[366].

Есть некоторая ирония в том, что нефтяной кризис 1973 года, который принес столько доходов СССР и который нанес очень чувствительный удар по экономикам западных стран, в долговременной перспективе оказался благом для Запада. Так, после 1979 года США за четыре года сократили импорт сырой нефти вдвое[367]. В конечном итоге экономика западных стран, перейдя на новые технологии и материалы, проведя компьютеризацию, введя микроэлектронику и новые технологические процессы, стала более эффективной. Советский Союз же двигался в противоположном направлении. Большая часть нефтедолларов была потрачена на поддержку стран-сателлитов в Восточной Европе и наращивание производства вооружений и другой промышленной продукции в самом СССР. При этом предприятия стали гораздо более энергозатратными, чем были до этого. Так что в то время, пока экономики США и большинства других стран Запада вышли из кризиса очистившимися и укрепившимися, советская стала больше и дряхлее.