Шесть масок Владимира Путина - Клиффорд Гэдди

«Теневая экономика» была необходимом злом для СССР. Люди, у которых советские граждане неофициально приобретали товары и услуги, считались неприятными. Для членов семьи фабричного рабочего, вроде путинской, образ подпольного торговца был особенно непривлекательным. Но имелся и еще один аспект «теневой экономики», оказывавший влияние практически на каждого, включая, по-видимому, и Путина. Она учила граждан тому, что деньги имеют значение и цены – тоже. Для официальной экономики это было не важно, поскольку там товары просто отсутствовали. Время, особенно потраченное на стояние в многочасовых очередях за товарами повседневного спроса, или многомесячное ожидание в списках на покупку дорогих товаров – телевизора, холодильника или машины, было там гораздо более ценным, чем деньги. В «теневой» же экономике любой дефицитный товар становился доступен, естественно, при наличии достаточного количества денег. И, поскольку в этой параллельной экономике деньги значили все, большинство граждан жаждали их получить. И есть доказательства, что юный Владимир Путин был в их числе[354].

В этом смысле на микроэкономическом уровне личная связь Путина с экономикой, вероятно, не отличалась от таковой у большинства советских граждан того же возраста. На макроуровне советская экономика времен путинской юности выглядела вполне неплохо. Если не учитывать сложности, которые простые советские граждане ежедневно испытывали с покупкой товаров первой необходимости и предметов роскоши, то можно сказать, что в 60-е – 70-е СССР считался сверхдержавой. С точки зрения военной силы он был на равных с США. Советский Союз являлся также второй по размеру экономикой мира, несмотря на то, что она все еще сильно уступала экономике США[355]. После Второй мировой войны экономика СССР уступала американской почти в три раза, но с тех пор разрыв сильно сократился, и этот факт активно использовался советской пропагандой[356].

Проще говоря, когда Путин начал свое обучение в университете осенью 1970 года, он готовился служить сверхдержаве, которая, казалось, догоняет своего главного противника. И пока он учился в ЛГУ, тенденция сохранялась. Кризис на Ближнем Востоке 1973 года привел к семикратному росту цен на нефть. Нефтяной кризис, в свою очередь, привел к рецессии на Западе. А СССР, наоборот, получал прибыли. Как раз к этому моменту началась добыча на крупных нефтяных месторождениях Западной Сибири. В 1974 году Советский Союз впервые обошел США по добыче нефти[357]. Все это формировало у Путина и его ровесников ощущение, что СССР набирает силу, а США ее теряют.

Мы не можем быть уверены, что молодой Путин в 70-е воспринимал экономику Советского Союза именно так. Мы также не знаем, что он думал тогда про национальную экономику и про то, как она функционирует. Возможно, что тем, что его занимало, были его собственные дела: будущая карьера, перспективы его семьи и прочие проблемы, занимающие мысли большинства граждан любой страны мира, когда они думают об экономике[358]. Впрочем, если и была какая-нибудь организация, которая могла дать Путину возможность задуматься о чем-то большем или даже заставившая его сделать это, то это КГБ. Эта организация и ее предшественницы имели долгую, но не всегда однозначную связь с экономикой. Тайная полиция в России всегда держала в списке задач отслеживание экономической активности и основных субъектов экономики. Подобные организации занимались раскрытием экономических преступлений, неважно, происходили ли они в официальной советской экономике или вне ее, в «теневой». Были и периоды, когда спецслужбы напрямую участвовали в экономическом процессе[359].