Преступный режим. "Либеральная тирания" Ельцина - Руслан Хасбулатов

Экономическое положение страны, несмотря на все бодрые заявления нового премьера, что он «все стабилизи­рует», ухудшалось. В то же время, как следствие энергичной деятельности парламента и темпы спада производства в промышленности стали снижаться. Но остановить процесс втягивания всей национальной экономики в разрушитель­ную фазу развития все еще не удалось. Жизненный уровень трудящихся, включая интеллигенцию, продолжал ухуд­шаться: директорам предприятий становилось все сложнее удерживать производство, обеспечивать работников и их се­мьи заработной платой, а их детей — детскими садами и яс­лями. Начинающие предприниматели были буквально рас­теряны и шокированы — они часто бывали у нас, в Белом доме, рассказывали о своих делах. Большинство деятелей культуры, кроме узкого слоя столичного бомонда, состав­ляющие «дворцовую культурную интеллигенцию», науки, просвещения и здравоохранения, в отчаянии от нужды.

Парламент в меру своих возможностей стремился облег­чить страдания людей, изменить общую ситуацию.

Так, решениями Верховного Совета была введена система корректировки заработной платы, пенсий, пособий и стипен­дий в зависимости от динамики инфляции, предусматрива­лось выделение крупных финансовых средств, направляемых в промышленность и сельское хозяйство для поддержания производства; обеспечено льготное кредитование мелкого предпринимательства в сфере сельского хозяйства и пере­работки сельскохозяйственной продукции по специальным программам (программа «АТЭС», к примеру); приняты меры по облегчению получения кредита частными лицами и т.д.

С огромными трудностями, преодолевая колоссальные последствия ошибочных решений правительства, парла­мент добился к лету 1993 года некоторого замедления тем­пов спада производства (и в промышленности, и в сельском хозяйстве). Показатели инфляции достигли запланирован­ной величины (снижение от 900% до 28%). И, что важно, было найдено понимание между Верховным Советом и пра­вительством в области проведения второго этапа привати­зации.

Как оказалось, огромный позитивный эффект дали об­ществу принятые Верховным Советом (основные положе­ния этого Закона были сформулированы мною лично) два закона. Первый — «О бесплатной приватизации жилья гражданами России»; второй — «О бесплатной передаче в собственность граждан садовых участков». Многие специа­листы, да и сами граждане, согласны в том, что единственное благо, которое они реально получили от смены социализ­ма на капитализм, — это приобретение в собственность тех квартир, в которых они проживали, и свои садовые участки. Подчеркиваю, идея этого закона всецело исходила от парла­мента... Читаю недавно одну московскую газету с обширным интервью бывшего мэра Москвы Г. Попова. Не моргнув гла­зом, экс-мэр говорит, что московские власти осуществили «бесплатную приватизацию по собственной инициативе». Возможно, этому кто-то поверит, хотя любой мало-маль­ски образованный человек задастся вопросом: «А как это вдруг Москва могла «самостоятельно» осуществить такую экстраординарную меру?» Не имея федерального Закона, разработанного федеральным правительством механизма приватизации, разного рода инструкций, необходимых в та­ком сложнейшем деле? Невозможно ни одному городу са­мостоятельно приватизировать квартирный фонд. Видимо, собственных дел, которыми можно было бы похвастаться, на тот период попросту не было, разве что демонтаж памятника Дзержинскому. Вот и пришлось выдумывать «подвиги».

Приход нового правительства во главе с Черномырди­ным также вселил определенные надежды на сближение по­зиций Правительства и Законодателя. Поначалу новый пре­мьер (я ранее уже говорил об этом) действительно пытался установить с парламентом рабочие контакты, мы частенько звонили друг другу, он приезжал в Парламентский дворец, согласовывал действия, просил «укрепить» его кадрами. Так, мы рекомендовали ему в правительство целый ряд на­ших парламентских деятелей и региональных руководите­лей. К нему перешли два моих заместителя — Юрий Яров и Владимир Шумейко, а также Заверюха — все на должности заместителей премьера; на пост министра топливной про­мышленности я рекомендовал председателя Тюменского областного совета Юрия Шафраника, ранее работавшего в нефтяной промышленности; были направлены ряд депу­татов на должности заместителей министров (экономики, сельского хозяйства, финансов) и других отраслей...