Россия, подъем! Бунт Расстриги - Сергей Доренко

Только за сегодняшнее утро мне сообщили четыре человека о том, что они видели Березовского. Примерно одновременно Березовский входил в отель «Метрополь», проходил по Пушкинской площади, а также выходил из ресторана в Асунсьоне, он также спешил куда-то в центре Минска.

Березовский – абсолютно необходимая фигура в российской жизни.

Он – некто необходимый в дуалистической картине мира. Если Путин хороший, то Березовский злой и плохой. А если Березовский плохой, но мертвый, то Путин какой?

Реальная проблема – дуализм разрушен. Нужен новый плохой. Он немедленно появится теперь.

Возможны сюрпризы. Возможно, в плохие придется пойти кому-то, кто и не планировал и не чаял.

Я никогда не видел людей, так плохо понятых современниками, как Березовский.

Я не могу быть объективным, когда говорю о Борисе.

Просто он был моим другом. Одним из немногих совсем близких друзей. И в то же время мы были яростными противниками по многим концептуальным вопросам.

Например, Березовский всегда верил в Россию, в способность ее народа создать ответственный политический класс.

А я никогда не верил, я всегда считал пределом мечтаний моих соотечественников удалое богатырское рабство.

Он верил в субъектность народа, а я верил в субъектность только и исключительно царя. Но даже и так – мы болтали часами у него дома и в самолетах. Мы спорили, и это было классно и интересно.

Теперь, когда он умер, я против смерти не спорю, я принимаю как есть, но мне дико недостает одного финального с ним разговора. О России, конечно. Ни о чем другом он никогда и не говорил. Я поговорить не успел, так что буду вести с ним заочные посмертные долгие споры.

Март, 2013 год.