Россия, подъем! Бунт Расстриги - Сергей Доренко

Чисто технически, чисто научно мигалки не увеличивают нагрузку на дорожную сеть, и пробок от них больше не становится. Если улицу не перекрывают, конечно.

Еще говорят сторонники мигалок, проблема утратила актуальность, никто мигалок даже и не видит, только жители Рублевки в теме, для остальных это вообще пустой звук. По их улицам мигалки никогда не ездили и ездить не будут. Это непересекающиеся формы жизни – народ и начальство.

А проблема не техническая. Мигалки оскорбляют всех и каждого гражданина России, потому что это – форма неравенства. Это форма социальных привилегий.

Послушайте, Путину нужны граждане. Путин постоянно обращается к нам как к гражданам, и Путин дает нам понять, он на граждан опирается.

А мы хотим быть гражданами. Нам нравится, что Крым, нам нравится, что подъем русского духа, нам нравится, что русский мир в наступлении.

Но это запрещено, нам запрещено быть гражданами. Потому что сословная привилегия ездить с мигалкой отменяет гражданственность. Я не могу быть гражданином в стране, где сановная задница выталкивает меня с дороги и презирает меня и мои дела. Моя поездка и мои заботы заранее объявляются мелкими и несущественными по сравнению с поездкой и делами сановной задницы. Он сверхчеловек и сверхгражданин, а значит, я – тля перед ним, и я негражданин. А значит, я буду стрелять ему в спину при первой возможности, я стану стрелять ему в спину при первом же наступлении, а значит, я его ненавижу и обману всегда и во всем.

Посмотрите, как он живет.

Эта мразь не может выехать на работу вовремя. Эта мразь едет всегда после начала рабочего дня уже. И он опаздывает. И его ретивые холуи стонут сиреной, крякают и попердывают прямо у тебя под задним бампером, чтобы ты сгинул, гражданин Великой России. И ты ныряешь вправо, как подонок, гражданин Великой России, так ведь? Ведь они либо изобьют тебя, либо засудят тебя, гражданин Великой страны, так ведь? Они и грохнут тебя, а им за это ничего не будет. Они всегда скажут – ты напал на них первым. А холуев у них толпы, что твое слово против их хора?

После того, как эта мразь доедет до работы, машина его отправится снова домой, опять за город. Теперь очередь начальственной самочки прокатиться в город – пассажи-вернисажи и массажи. Мигалка снова наседает на тебя сзади, ты снова прячешься от толпы сытых холуев – в сторону, гражданин Великой России, вельможная самка опаздывает на примерку последних коллекций модных домов. Потом машинка с мигалкой еще прокатит его отпрысков – у них на карманные расходы на день столько, сколько ты с женой за месяц не зарабатываешь. Утрись, сделай вид, что ты не заметил, как тебя унизили, и снова ныряй вправо, гражданин Великой России. Вечерком вельможная задница хочет ехать с ветерком на ужин – а как иначе – его ждет разомлевшая самочка, которую весь день до этого ласкали руки массажистов. Он едет совокупляться со своим ужином и со своей сучкой – нырни вправо, парень, ты просто перхоть перед ним, по дороге на ужин сверхчеловек вытрет об тебя ноги, а ты повизгивай от удовольствия.

А хочется же быть гражданином Великой России. А хочется, чтобы мы за Крым, и мы за русский мир, и мы все равны, и мы готовы идти на амбразуру.

Кстати, одним из требований Великой французской революции была отмена привилегий проезда для карет знати. Ну, они тогда решили этот вопрос, вырезав примерно 7 процентов всего населения. А мы нет, мы не решили, живем, как и раньше, в феодализме, не созрели еще, поклоны бьем пока. Страна рабов, страна господ, типа…

Май, 2014 год.