Мир на изломе истории. Хроники геополитических сражений - Леонид Ивашов

Данилевский делает вывод, что цивилизация тем разнообразнее и богаче, чем разнообразнее народности, входящие в образование типа.

Закон культурно-исторического типа, (по Данилевскому) гласит: период цивилизации каждого типа короток и вторично не наступает. Он оканчивается, когда народы, составляющие тип, выработали свою творческую энергию. Оговорку по этому поводу мы сделали, поживем – увидим.

Прогресс, по Данилевскому, неоднозначен и не может быть одним для всех. Каждый культурно-исторический тип (как и каждый народ) живут в своем историческом времени, в своей стадии развития. Поэтому ни одна цивилизация не может гордиться, что достигла той или иной точки развития в сравнении с другими.

Данилевский также затронул проблему отношения национального и общечеловеческого. Считал, что цивилизационный процесс есть освобождение от «тесного» национального и постепенный переход к «просторному» цивилизационному. По его мнению, человеческое и национальное соотносятся между собой как родовое и видовое. Для Данилевского общечеловеческая цивилизация означала некий стандарт, соответствующий нормам только европейской культуры. И поэтому для Данилевского не существовало и не могло существовать общечеловеческой цивилизации,

Хочу подчеркнуть еще один важный момент работы «Россия и Европа». Н.Я Данилевский, говоря об уникальности каждого культурно-исторического типа (цивилизации), утверждает начало, основание системы ценностей его культуры и поведенческой модели. Это культурно-цивилизационный код, «как высшее нравственное начало». Для Европы – это насильственность, для России – совесть. Николай Яковлевич «разработал» принципы формирования Всеславянского союза. Здесь тоже немало интересного. Например, автор подчеркивает, что союз не должен и не будет кому-либо угрожать, каждый славянский народ должен быть политически самостоятельным, единым может быть только духовное пространство.

В.И. Ламанский: Россия как срединный мир

Ламанский Владимир Иванович (26.06/08.07.1833, Петербург – 19.11/02.12.1914, Петербург), историк-славист, один из первых русских геополитиков, создатель исторической школы русских славистов, отстаивавшей славянофильские и панславистские идеи.

Владимир Иванович Ламанский, высокообразованный русский интеллигент, прошедший славную образовательную и научную школу и проявивший уже в студенческие годы неординарные аналитические способности и собственный взгляд на исторический процесс. Но не только за профессорским столом он творил свои теоретико-аналитические труды, но постигал жизнь в многочисленных поездках по России и Европе. Интересно, что он жил и творил в одно и то же время, что и Н.Я. Данилевский. Я их обоих ставлю в ряд основателей теоретической школы русской геополитики. Как и отца и сына Семеновых-Тяньшанских, Д.А. Милютина, Арсеньева, А.Е. Вандама и др. Причем, развивавших глубокую геополитическую теорию задолго до западных теоретиков «политической географии», создававших русский взгляд на историю и развитие человечества. Особое место в их творчестве занимали история и проблемы славянского мира, роль и место, а точнее, миссия русского народа, Российской империи в системе государств и народов Европы и Азии. В.И. Ламанского с полным основанием можно отнести к течению славянофилов.

Он одним из первых стал рассматривать славянство как единый целостный организм, особый социокультурный мир, продолжая развивать и прилагать к конкретному историческому моменту идеи концепта «Москва – Третий Рим». И это было важно еще и потому, что в России набирало силу западничество. И не только в окружении государя, но и среди интеллигенции. Нашествие Наполеона забывалось и в моду вновь входило поклонение Европе. Уже в докторской диссертации (1871) он выдвинул теорию о греко-славянском мире как объекте самостоятельного исторического изучения, подверг резкой критике воззрения западноевропейских, прежде всего немецких, ученых на славянство и Россию как нечто низшее сравнительно с романо-германскими народами, предсказал «близкую борьбу России с новой Германской империей, когда последняя благополучно окончит свои дела на Романском Западе».

В творчестве В.И. Ламанского центральное место занимает его труд «Три мира Азийско-Европейского материка» (1892) – о германо-романском, грекославянском и азиатском «мирах культурного человечества, имеющих географические, этнографические и культурные основы самостоятельного бытия», где как панславистские, так и геополитические воззрения автора получили наиболее развернутое обоснование. Он как бы развивает концепцию Данилевского в сторону евразийства (проявилось активно в среде русской эмиграции после революции 1917 г.), закладывая теоретическую основу евразийской доктрины Российской империи.

С точки зрения В.И. Ламанского, именно Евразия является центром распространения современной мировой цивилизации и «все, что поныне создано человечеством замечательного и великого в религии и философии, в искусствах, науках, промышленности, в общежитии, в государственном и международном праве, принадлежит всецело племенам и народам Азийско-Европейского материка»^[15]. Все же остальные территории (Африка, обе Америки, Полинезия, Австралия), по его предположению, были заселены именно из Евразии. И это не дань политической моде или патриотический порыв русофила, а научно обоснованный труд седого академика Российской Академии наук, председателя антропологического отделения Русского географического общества.

И здесь Ламанский выступает истинным евразийцем. В основе его подхода лежит ряд объективных факторов. Во-первых, это «климатические условия и великое разнообразие природных богатств», во-вторых, «выгодное отношение береговой линии к поперечнику внутренних стран, удобное направление и расположение горных хребтов и речных систем»^[16].

Строение континента, горные хребты, условия морских берегов, климат производят первоначальные группировки на нем человечества. Эти группы развивают оригинальные цивилизации. Цивилизации, наслаиваясь на известных территориях Евразии, создают крупные типы – «миры».

Таких миров Ламанский насчитывает три. Это – «собственная Европа», «собственная Азия» и «Средний мир» который – «не настоящая Европа и не настоящая Азия… там где Азия уже кончается, но Европа еще не начинается». Критерием разделения миров становятся «границы религий, наречий, нравов, общественного и государственного строя». И это почти по Н.Я Данилевскому, который цивилизацию определял как сообщество народов, объединенных общностью языка, территории проживания, религии и общностью исторической судьбы.

В.И. Ламанский уже в XIX веке разглядел то, что наблюдается сегодня на европейском пространстве: Европа политически не едина, и никогда таковой не была. Как и Запад в целом. Об этом же говорит и Н.Я. Данилевский. Да и на цивилизацию он не тянет, скорее это антицивилизация. «Собственно Европейский» мир, по мнению Ламанского, это шесть практически самостоятельных частей: Великобритания, Франция, Испания, Скандинавия, Германия и Италия. Общим для этих частей одного мира является наличие схожих, но все же существенно отличающихся элементов – романского и германского, которые «не настолько смешались, чтобы слиться в одно целое, и не настолько уже разобщены, чтобы не могли сходиться во множестве общих интересов и даже, по частям, стремиться к союзам и внешним соединениям»^[17]. Сегодня этот тезис проявляется полностью, добавляя еще большей неоднородности в связи с мощным вторжением в Европу США. Нет и социального единства, даже в Евросоюзе, где, как и в США, господствует транснациональный капитал. Азиатский «мир» представляется Ламанскому абсолютно раздробленным, поскольку там имеет место «решительное отсутствие… преобладания одной веры, одного языка, одной народности»^[18].