Метро 2033. Пасынки Третьего Рима - Татьяна Живова

– Сова! Открывай – медведь пришел! – весело сказала она в решетку динамика рядом с кнопкой. И добавила: – Недоступ, даешь доступ!

Через несколько секунд в решетке что-то зашуршало, захрипело, и динамик отозвался:

– Мартиша, ты, что ль?

– Я, Паш. Не одна.

– Кто с тобой?

Женщина мельком оглянулась на спутника и ободряюще подмигнула ему.

– Друг, которому нужна помощь.

– Он что, ранен?

– Нет, слава богу! Но вопрос и правда стоит о жизни и смерти… Паш, нам позарез надо к Сарфу. Впустишь?

Динамик хрипло пробурчал что-то похожее на: «Тебя попробуй не впусти!..», еще пару раз хрюкнул и замолк. А через несколько минут начала медленно отворяться бронированная дверь.

За гермами визитеров встретили двое вооруженных мужчин – шлюзовая команда, она же – охрана. Один из них – высокий, плотный брюнет лет тридцати с чем-то – окинул цепким и каким-то даже наждачно-шершавым (скавен аж поежился) взглядом проскользнувших в полуоткрытую «калитку» женщину и подростка. Слегка шевельнул бровью, увидев довольно нетипичную внешность Крыса.

– Привет, ребята! – как ни в чем не бывало, сказала Существо. – Это Марк. Историю его и подробности дела вы услышите от нас чуть позже. А пока – коротко о главном: друг Марка, Костя, попал в беду на Ганзе, и требуется помощь ЛЮДЕЙ, чтобы его оттуда вытащить. В общем, мне нужны Мишель и Ко. На станцию мы пока не пойдем (а то еще при виде меня нашу потомственную мутновидящую кондрашка хватит), с Зотовым буду говорить чуть позже… Вы не позовете сюда Сарфа и остальную Сталкеробанду?

Крыс слегка ошалел от ее напористости. «Чистые» же и глазом не моргнули. Привыкли, видать, к своеобразной манере Мартиши объясняться. Высокий боец еще раз окинул их пристальным взглядом и молча кивнул напарнику. Тот козырнул и умчался, придерживая автомат.

– Наш начальник охраны, майор Павел НедОступ, – представила мужчину Мартиша. – Человек с настолько говорящей фамилией и принципами ей под стать, что даже никакого позывного за эти годы не прижилось. Недоступ – он и есть недоступ. Хрен прошмыгнешь!

Офицер скупо улыбнулся оробевшему подростку краем губ. И повернулся в сторону станции, откуда быстрыми шагами уже подходили сталкеры «девятьсотпятки».

Их было всего трое. Мартиша назвала каждого: Михаил-Сарф, командир отряда, Григорий-Ливси – санинструктор, Сергей-Серый – техник, сапер-подрывник и так далее. Еще раз представила своим друзьям Марка. И с ходу перешла к сути дела, передав ему слово.

Немного волнуясь от близости такого количества воинов из «чистых», Крыс в очередной раз кратко пересказал свою историю. Он привычно постарался не касаться особо щекотливых моментов, но уже в процессе повествования заметил, что оно произвело на друзей сирены довольно сильное впечатление. Во всяком случае, непроницаемо-суровые глаза начальника охраны смягчились, а сталкеры начали посматривать на подростка-мутанта с сочувствием.

– Надо же, Ганза занимается работорговлей!.. – проронил Сарф после того, как Марк закончил. – Я краем уха слышал о чем-то подобном, но не особо верил… А тут – вот оно, живое доказательство. Так чего же вы хотите от нас? – обратился он к Мартише. – Какой помощи ожидаете? Денеж… в смысле, патронной?

– Патроны для выкупа Кости – вот они, – сирена хлопнула по боку увесистой сумки, что приехала с ними. – Тут даже с запасом – на дорогу в оба конца и на тот случай, если за Костю заломят цену и придется торговаться. Но дело осложняется тем, что ни мне, ни Марку на станции Ганзы хода нет. Мало того, что мы беспаспортные муты – так он еще и беглый раб, и ему вообще там лучше не появляться. Нужен кто-то, не вызывающий подозрений, с легальными документами и правом прохода по всему Метро, чтобы отправиться к этому Мразю… пардон, Мазюкову, выкупить мальчика и привезти его к нам.

Сирена перевела дух и обвела «чистых» долгим взглядом. Волнуясь, стиснула в замок пальцы.

– Ребят… я вас очень прошу: помогите нам. Пожалуйста!

Бойцы переглянулись между собой. Марк затаил дыхание.

– Атриум, говорите? – вдруг неспешно и как-то очень спокойно проговорил Сарф. И потянулся, разминая мышцы сильного тренированного тела. – Ну, что ж… Пусть будет Атриум! И правда, мужики: давненько нас что-то на Ганзе не было!

Он поднялся с места, чтобы выйти, но тут дверь караулки скрипнула, и на пороге возник сухопарый, бритый наголо мужчина средних лет в полувоенной одежде. Он окинул хмуро-подозрительным взглядом сидевшую в караулке компанию и осведомился:

– Почему мне не доложили, что на станции – посторонние с Поверхности?

– Это кто тут посторонний? – неподдельно изумилась Существо. – Я, что ли? Ну, ссспасссибо тебе, Добрый Э-эх!

– Я не о тебе! – отмахнулся вошедший, ничуть не смущенный ее исполненным сарказма шипением. Взгляд его остановился на Марке, и скавен еле удержался, чтобы не вздрогнуть. – А вот об этой неизвестной мне личности мутантской наружности! Кто это и что он тут делает?

– Это человек, которому очень нужна помощь, – спокойно отозвалась Мартиша. – Ему необходимо вызволить своего друга, попавшего в беду на Ганзе. Но, поскольку мы с ним, как ты только что выразился – «личности мутантской наружности», да еще и без документов, то на станции Ганзы (а конкретно – на Курский «треугольник») нам ходу нет. Вот мне и пришлось обратиться за помощью к своим друзьям и коллегам.

Она выдала весьма пространную улыбку и закончила:

– Кстати, на ловца и зверь бежит – потому что я как раз собиралась идти с этим вопросом к тебе.

– Илья Иваныч, – вступил в разговор Сарф. И Марк наконец сообразил, что к ним пожаловал сам комендант станции. – Все в порядке, мы совершенно не против помочь другу нашей коллеги. Дашь добро на рейд вне графика?

– А дела станции, значит, побоку? – Зотов неприятно сощурился и совсем перестал нравиться Крысу. – С каких это пор сталкерские ресурсы станции используются в личных целях, а меня об этом ставят в известность лишь в самый последний момент?

Недоступ и Сарф одновременно открыли рты, чтобы высказать что-то возмущенное, но их прервал громкий шипящий звук, внезапно раздавшийся в небольшой комнатушке. Присутствующие вздрогнули и начали оглядываться – кто тревожно, кто – с удивлением и недоумением.

Издавшая этот звук Мартиша неторопливо отлепилась от стены, к которой прислонялась спиной, и каким-то слишком плавным жестом отбросила назад свои многочисленные косички.

– Дела ссстанции, говоришшшь? – в голосе ее послышались уже знакомые Марку глубокие горловые нотки. – Дела ссстанц-сссии?..

Присутствующие притихли – видно, уже были знакомы со смертельно опасной второй сущностью своей бывшей одностанчанки.

Существо снова выдохнула – с тем же шипением, но уже гораздо тише и спокойнее.

– Видит бог, как я не хотела поднимать эту неприятную мне тему, – с расстановкой начала она. – И никогда бы не подняла, но… Но, видимо, придется!.. Илья, ответь мне, пожалуйста, на такой вопрос, – внезапно обратилась она к Зотову. – Я хоть раз просила что-то взамен тех передач с хабаром, что все эти годы оставляла у герм? Или за отваживание зверья от наших сталкеров во время их рейдов на Поверхность? Или за недавнюю помощь им в поиске и доставке оружия против Зверя (и не моя вина, что оно не пригодилось)?