Бразилья - Йен Макдональд

– Давай уже закончим, – сказала Марселина. – Никаких больше пробежек и хитростей. Пусть все свершится здесь.

Убийца покачала головой. Капли дождя слетели с ее золотистых волос. Марселина дрожала, она промокла до костей, но все должно закончиться тут, подальше от глаз мира, высоко над Рио-де-Жанейро. Соперница бросилась на нее. Она крута, но у нее нет жейту нет маландражен. Марселина применила прием банда[236], захватив ноги противника между своих и резко дернув. Анти-Марселина растянулась во весь рост. Затем Марселина пошла на гнусность – ударила ногой в висок. Ее копия взвыла, но перекатилась, села на корточки. Угрожая, тыкала и делала ложные выпады квантовым лезвием. «Не то ты боевое искусство выбрала, – подумала Марселина, паря в жинга и уворачиваясь как ягуарунди[237],– Настоящий знаток капоэйры больше ценит возможность увернуться, чем хороший удар».

– Знаешь, – сказала она, – то, что ты готова крушить все, что попадется на твоем пути, я еще могу понять. Сама такая. Но я никогда и ни за что не прощу, что какая-то часть меня хочет стать копом!

Соперница в выпаде кончиком квантового лезвия задела внутреннюю сторону предплечья Марселины. Не было ни боли, ни шока, а потом она увидела кровь, сочившуюся из длинного неглубокого пореза. Анти-Марселина перехватила нож и снова попыталась нанести удар. Марселина присела в кокоринья, и тут до нее дошло. Решение было простым, красивым и в духе капоэйра. Она схватила анти-Марселину за штанины и резко дернула. Та, ойкнув, полетела с обрыва.

Марселина наблюдала, как ее собственное лицо с выпученными глазами, летит через пики дождя. Не было ни вопля, ни пронзительного крика – лишь квантовое лезвие выписало линию синего света в воздухе. Двойник ударился о крышу, а потом полетел в еще более густую темноту внизу.

Марселина долго стояла под стегавшим ее дождем, считая вдохи и выдохи. Она дышала нормально, но нужно считать, чтобы замедлить сердце. «Считай. Раз, два, три. Не думай о том, что ты сделала. Не думай о выражении своих глаз, когда ты падала в темноту между жилыми зданиями. Ты умерла здесь. Ты проиграла. И ты же выиграла, но, выиграв, опять-таки проиграла. Мультивселенная сыграла с тобой последнюю злую шутку. Это ведь твое тело там, внизу». Даже сейчас она слышала полицейские сирены и видела мигающие огоньки, огибающие лагуну. Марселина Хоффман, скандальный продюсер Четвертого канала, печально известная тем, что предложила устроить суд над опальным вратарем Моасиром Барбозой, была найдена мертвой у подножия Морру дус Кабритос в воскресенье вечером. Полиция продолжает свое расследование, но не исключена версия суицида. Адриану Руссу, программный директор Четвертого канала, сообщил, что сеньора Хоффман в последнее время находилась в сильном стрессе из-за работы и проблем в семье и вела себя странно. Она представила, как Эйтор смотрит на экран телесуфлера. Он будет профессионалом. Как обычно. А горевать станет позже. Ее семья похоронит нечто. А полиция сохранит квантовый нож и десятилетиями будет удивляться, как это у мертвой телевизионщицы оказалось оружие, способное разрезать все что угодно.

Марселина посмотрела вниз, в темноту, где лежала соперница. «Она проиграла, но переиграла тебя. Ты тоже мертва».

Раздались шаги по мокрому камню. Марселина присела, приготовилась защищаться. Перед ней появился какой-то мужчина в свободном темном одеянии, казавшемся бесформенным в ночи. На шее островок белого цвета. Облачение священника?

– Хотите – можете взять меня. Я все равно мертва. – Она распрямилась и развела руки в стороны.

– В сражении с собою невозможно выиграть. – У высокого мужчины была белая кожа, темные волосы и впалые щеки. Марселине он показался исхудавшим, но не из-за возраста. Он говорил по-португальски со странным, словно бы архаичным акцентом.

– Кто вы? Из Ордена или свободный игрок?

– Я был адмонитором, – ответил мужчина. – А ныне гость. Путешественник. Исследователь. Может, даже вербовщик.

– Исследователь чего?

Ее собеседник улыбнулся. Марселина заметила, что у него очень-очень светлые голубые глаза.

– Это вам известно.

Сирены выли уже близко.

– А вербуете куда?

– А куда еще вербовать, если не на войну?

Сирены смолкли.

– Пойдемте со мной, – сказал священник. – Прямо сейчас. Для вас это единственный шанс. Но придется оставить позади все, на что вы надеялись и что вы любили. Впрочем, вы и так все потеряли. Хотя пути назад есть. Всегда есть пути назад. Идет война, куда более масштабная, чем вы можете себе представить. Это ваш шанс создать вселенную. Вы – творец. Так творите же реальность.

Марселина ощутила, как мультивселенная раскрывается вокруг, словно крылья, где каждое перо – отдельный мир. Священник повернулся, и перед ним распахнулся миллиард дверей.

– Кто вы? – закричала Марселина.

– Разве это важно?

Что это было? «Девушка, восставшая из мертвых» – чертовски классная программа, но, увы, продюсер не может быть звездой своего шоу. Муж, красивые дети от мала до велика и головокружительная карьера – такого с ней не случится. Остается одно.

– Только копом я не буду.

– Нет, что вы, – успокоил ее священник. – Ни в коем разе.

– Тогда ладно, – ответила Марселина Хоффман и шагнула за ним во множество вселенных.

8 апреля 2033 года

Мяч висит без движения на самом верху траектории. Под ним застыли идеальное небо, идеальный закат и идеальное-преидеальное море. Рука тянется вверх и сильным ударом перекидывает шар через сетку. Девушка в красной бейсболке и стрингах в тон принимает его, соединив два кулака – красивый блок. Ее партнерша следит за траекторией полета, готовясь к прыжку, чтобы отправить мяч отвесно в песок на стороне противниц. Мускулы бедер, живота и плеч идеально различимы. Задницы движутся по математически выверенным кривым. Груди слишком высоко, огромные и твердые, но трясутся, как настоящая плоть. Скулы острые как нож. Носы плоские, губки уточкой.

Девицы до смешного роскошные, но Эдсон не смотрит на них. Он следит взглядом за юношей, который сбивает кокосы, а тот прохаживается по песку с мачете и связкой орехов, перекинутой через плечо. Паренек в отличной форме, у него телосложение пловца, мускулистый, но без излишеств, и мышцы эти натуральные, а не вылепленные скальпелем хирурга. Он ловит на себе взгляд Эдсона и встречается с ним глазами. Кивает головой. На вечер все в силе. Эдсон отворачивается и уходит с пляжа, а за ним мельтешат роботы, разравнивая песок и уничтожая все следы его присутствия. Сказочные девушки даже не отвлекаются от игры.

Пляжи, с сожалением решает Эдсон, очень переоценены. Перед ним поднимается скала «Океана» из титана и стекла. Полторы сотни вертикальных метров поставленного вверх дном общественного порядка. Пентхаусы на одном уровне с полоской пляжа, потом рестораны, бары с видом на море, клубы, казино, роскошные фирменные бутики, которые считают себя слишком эксклюзивными для изобилующих пещерами дождевых лесов торгового атриума «Джунгли! Джунгли!». По соседству апартаменты и отели, выше офисные помещения, еще выше медицинские центры и производственные зоны, а над всем этим аэропорт занимает большую часть полуторакилометрового пространства верхней палубы, только сектор на носу оставили для гольфистов.