Танкист Мордора - Павел Мочалов

– Хорошо. Не для того мы приложили столько усилий, чтобы наладить эту связь. Тебе очень повезло, смертный, с этим кольцом. Откуда оно у тебя?

– Не, так не пойдет, – окончательно обнаглел Попов, – сначала мои вопросы, потом ваши.

Орофер побагровел, но молчал, подбирая слова, и в эту паузу вклинилась Этель:

– Сережа, не надо! Ты окончательно все погубишь! Ради меня, еще есть шанс вырваться из лап Тху! Ответь на вопросы эльфийских владык, и будь уверен, ты узнаешь ответы на свои. Пожалуйста, Сергей!

– Ладно, – согласился Серега, – но учтите, времени у меня в обрез. С минуты на минуту Гудрон придет. Объяснишь им потом, кто это.

– Мы знаем, – впервые вступил в разговор Трандуил.

– Тем более. Но я не буду разговаривать, пока вы не снимите с нее кандалы. Она ни в чем не виновата. Я точно знаю.

Орофер воздел руки:

– О, Манвэ Сулимо, вразуми этого несчастного! Где я тебе моментально кузнеца достану? Или ты думаешь, что такие браслеты руками разгибаются? Ответишь на вопросы – сами снимем, без ультиматумов!

– Ладно, – сдался Попов, – спрашивайте.

– Где ты взял кольцо?

– Орки сняли с трупа. Я должен передать его Майрону, но забыл.

Орофер и Трандуил переглянулись:

– Собираешься отдать?

Серега почесал затылок:

– Ну, пока нет. Самому надо.

Орофер вздохнул:

– Не тебе владеть таким кольцом, смертный. Беда, если оно попадет к Тху. Прежнего владельца убил ты?

– Ну, как сказать, – замялся Попов.

– Не юли, – опять пристукнул по креслу эльф, – все равно узнаем.

– Я не юлю, – обиделся Серега, – я слова подбираю. Я его не в темной подворотне ножом пырнул. И вообще о нем не знал. Он в меня огненным шаром пальнул, я в ответ из танка. Мне повезло, ему – нет.

– Понятно, – Орофер потер висок, – все-таки ты. Это был мой близкий друг. Когда-то давно мы вместе пробудились далеко на востоке. Многое пережили, а ты его убил.

– Лучше бы он меня? – поинтересовался Попов. – Это был честный бой, почти дуэль.

– Лучше бы он тебя, – подтвердил Орофер, – все стало бы проще.

– Ну, извините, – поклонился Серега, – может, мне самому себя убить, чтобы вам удовольствие доставить?

– Мысль неплохая, – прищурился эльф, – и дело тут не в удовольствии, тем более моем. Ты хоть понимаешь, смертный, как сильно качнул весы в сторону Зла?

– Я качнул? – возмутился Попов. – Я тут по своей воле, что ли? Жил себе спокойно, никого не трогал, тут – на тебе, трах-бабах, и я в вашем замечательном мире! Кто меня сюда перетащил, с того и спрашивайте.

Орофер вздохнул:

– Спросить с него – мечта всех свободных народов Средиземья, да пока не получается. А вот к тебе есть вопрос. Ну, перетащил тебя Тху в наш мир. Предположим, что силой заставил служить себе, как рассказывает твоя подружка. Но у тебя было несколько, подчеркиваю – несколько возможностей бежать. Ты этого не сделал, а значит, сознательно встал на сторону Зла. Мало того, использовал свою ужасную машину на пользу Тху. Сейчас восстание на Руне разгромлено и исключительно благодаря тебе. У Тху развязаны руки для войны на западе. Как ни крути – качнул ты Весы. Что скажешь?

Серега прислушался к происходящему снаружи, не уловил ничего подозрительного и зло ответил:

– Ничего не скажу. Вы мне приговор заранее вынесли и теперь удивляетесь, почему я к вам не перехожу. Зачем? Самому голову под топор положить? И кто первый начал? Кто в меня стрелу пустил еще до того, как мы на войну добрались? Кто меня сжечь решил, когда я еще и стрелять не начал? А потом вы своего шпиона подсылаете, и он мне справедливый суд обещает! Да спасибо огромное! Обвиняемый на суд не явился, вот и весь сказ.

– Смерть нашего разведчика тоже твоя заслуга? – прищурился Орофер. – Да, нагреб ты на себя, парень, и всего за пару месяцев. Иные за десятилетия службы Злу не совершают столько. Теперь тебе нечего у нас делать. Ты – враг.

Этель метнулась к трону:

– Как же так, господин? Вы обещали, что простите Сергея, если он сможет бежать на нашу сторону! Вы обещали!

Орофер поморщился:

– Ты воспользовалась моей минутной слабостью. А мне и раньше было понятно, что это – враг. Ты убеждала меня и Элронда, что он воюет по принуждению, что готов бежать. Мы поверили и использовали единственного скрытого агента в Мордоре. Годы ушли на то, чтобы он проник в загородный дом Наместника Нурна, и каков результат? Из-за этого мозгляка ему пришлось себя убить. Какие еще доводы тебе нужны? Сможешь бежать, – это уже Попову, – обещаю беспристрастный суд. Если сможешь уничтожить свою ужасную машину – появится возможность тебя оправдать. Останешься на стороне Тху – пощады не жди. Я все сказал.

Экран мигнул и погас. Серега медленно стянул кольцо с пальца и устало прикрыл глаза. Снаружи все так же доносился обычный шум лагеря да что-то напевала Арета у костра. «Ну вот, никаких сомнений не осталось. Я – Зло. Этель потеряна. Кандалы надели. Все, как Майрон сказал. Даже поговорить с ней не дали. Ну, так я сам с ней поговорю без этого напыщенного идиота».

Попов снова надел кольцо и попытался вызвать Этель. «Камера» метнулась по знакомому пути на север, но остановилась на опушке леса, дергаясь из стороны в сторону. Дальше она так и не пошла, несмотря на все усилия. В конце концов, оглушенный нарастающей головной болью, Серега сдернул кольцо и вылез из фургона. Арета засуетилась вокруг:

– Присядьте, господин, вы совсем бледный. Колдовство отнимает много сил. Выпейте вина, поешьте. Вот, все готово.

Ужин был хорош. Арета присела рядом, подливая вино в пустеющий кубок. Солнце скрылось за скалами, стало прохладно и тихо. Лагерь постепенно засыпал. Прошел на пост часовой-харадрим. Серега закончил трапезу:

– Спасибо, Арета. Ты очень вкусно готовишь. У Снежинки так не получается.

Девушка смутилась похвалой:

– Благодарю, господин. Госпожа Снежинка готовит на свой лад – по-кхандски. У них всегда кладут много специй. Господину Гудрону очень нравится.

– Ну, еще бы, – усмехнулся Серега, – а мне твоя еда больше по душе. Иди сюда, поцелую в благодарность.

Арета прижалась к нему, и Попов скользнул губами по прохладным щечкам девушки. Почувствовав слабину в обороне капитана Мордора, Арета обхватила его шею руками и неумело попыталась поцеловать в губы. Серега понял, что удержаться не сможет. Последний раз он обнимал женщину еще на Нурнене. От Ареты пахло чем-то цветочно-ягодным, мягкие теплые губы искали его ласки, и ответный поцелуй продолжался долго. В голове Попова зашумело, руки сами по себе развязывали шнурки на куртке девушки, но за камнями послышался бас Гудрона и ответный смех кхандки.

Попов оторвал от себя Арету: