Дети небес - Вернор Виндж

– Никаких больше трюков, поняли вы?!

У Равны были отрывочные воспоминания о том, как Винтозуб гонит от нее Амди. Зачем? К чему все это? Тут фокусированный шепоток Амди вполз в ее ухо:

– Винтозуб не верит, что я достаточно умен, чтобы тайно говорить с кем-то таким тугим на ухо, как вы, люди, не рискуя себя выдать. Но ты обязана знать. Теперь, когда Ремашритльфера больше нет, Читиратифор просто ищет предлог… извини, но это так… какой-нибудь остроумный повод тебя убить. Может, и не только тебя, но и Джефри. И даже Ганнона.

Винтозуб предостерегающе зашипел.

– А, он всего лишь гадает, – сказал Амди тем же тайным шепотком, пригнув морды. Но вслух отозвался: – Хорошо, никаких больше трюков. Обещаю.

Любой, кто знал Амди, мог поручиться, что данные по доброй воле обещания он выполняет. Наверное, Винтозуб это знал тоже, потому что, смерив долгим взглядом стаю, ответил:

– Прекрасно, малыши.

Как бы там ни было, это оказался самый информативный и устрашающий момент того утра. Винтозуб больше с ней не разговаривал: то ли осторожничал, то ли размышлял, а может, прикидывал, насколько все-таки Амди расположен нарушить свой обет. В середине дня они остановились пообедать, но Амди с Джефри и Ганноном сели поодаль, а Винтозуб ушел поговорить с Читиратифором и разведать путь. Когда Винтозуб вернулся к фургонам и снизошел до объяснений, уже спустился вечер.

– Это очень скверно, что мы убили предателей. Мы входим в крайне опасный район, – сказал он. – Собственно, я уже говорил об этом господину Читиратифору за обедом. Даже малая оплошность тут может стоить жизни.

Три элемента Амди сидели на задке фургона, но честно соблюдали уговор. Вслух он произнес:

– И что Читиратифор сказал погонщикам?

– Ай, я тебя умоляю. Это просто городские бандюки. До сегодняшнего дня они воспринимали путешествие как прикольное приключение – настоящая охота, почти каждый день живое мясо. А теперь им понадобится от Читиратифора вся помощь, какую он сумеет им предоставить. – Винтозуб энергично обвел лапами лес вокруг лагеря. – Такое мирное местечко, а? А почему, как ты думаешь, Когти его толком не разведали? Потому что очень, очень немногие сумели пройти эти леса насквозь и вернуться, чтобы сообщить об увиденном. Или хотя бы частично вернуться… Старый Шкуродер посылал сюда разведывательные экспедиции. И Стальной Владыка тоже. В этих долинах они черпали едва ли не самые мрачные идейки. – Винтозуб извиняющимся жестом повернул к Равне пару морд. – О да, я знаю, что звездный народ может похвастаться куда более смертоносными придумками, но мы слишком примитивны – дали нам поручение, и крутись как знаешь.

Поблизости между фургонами сидел Ганнон Ёркенруд. Вероятно, он уловил кое-что из разговора, потому что наклонился вперед и запрыгнул в фургончик Винтозуба. При этом несколько элементов Амди он выкинул за бортик.

– У вас тут, говнюков, не деловая поездка, – сказал он, сел рядом с Равной и одарил ее широченной ухмылкой. – Но будем благородны: вали отсюда и пройдись пешочком.

Амди, трусивший слева, возразил:

– Равна еще не слишком хорошо себя чувствует и не может долго ходить. И Читиратифор настоял, чтобы ее поместили в фургон.

– Как я уже сказал, будем благородны. – Он жестом отогнал стаю. – Почему бы тебе не прибиться к своему высокорослому защитничку?

Джефри, сидевший на скамье заднего фургона, встал. Равна знала, что с некоторых пор они с Ганноном на ножах, но сейчас вид у Джефа сделался такой, словно он готов был убить Ганнона на месте. Потом его фургон начал вихлять, и он сел обратно, направляя керхога.

К счастью, Ёркенруд был не слишком расположен драться, а вместо этого начал допрашивать Винтозуба:

– Так что, Винтозуб, выбалтываешь секреты Читиратифора?

Стая встряхнулась.

– А ей какой с того толк?

– Ты сказал ей про радиосвязь со спутником?

– Нет, что вы! Но вы сделали это сами.

– Ой, правда. – Ганнон секунду поразмыслил и расхохотался. – Но ты прав. Теперь это не имеет никакого значения. Забавно наблюдать за ее реакцией. – Он усмехнулся Равне. – Эта радиостанция – лишь одна из множества игрушек, какими Невил снабдил наших маленьких друзей. Тебя он тоже преподнесет собакам как особый дар, чем и уберет досадное препятствие со своего пути. Кругом мы побеждаем, как ни крути. Невил знал, что одна лишь весть о твоем похищении переполошит все войска Древорезчицы в замке. Мы позаимствовали оттуда кое-что ценное.

Равна не выдержала и оскалила зубы в ответ:

– И что, Невил сбросил маску?

– Да нет, ты что! Я не знаю, как там все устроено, как они заморочили головы гвардейцам Древорезчицы, но суть в том, что мы пустили слух, будто тебя на самом деле никто не выкрал. Что ты подняла бунт, лишившись насиженного местечка на звездолете. И что это твои агенты сперли все оборудование, пытаясь посодействовать тебе в захвате власти. А когда меня официально спасут, я с удовольствием дам показания, какие мне Невил укажет. – Ганнон оглянулся на задний фургончик. – И Джеф тоже даст, если жить захочет.

– Это… – Равна не находила слов. – Это же никого не убедит.

– Да? Правда? А мы и не такое провернули, похитив Детей.

– Но в этом случае мы орудовали когтями тропических идиотов, – вставил Винтозуб. Он не столько возражал, сколько вносил небольшую поправку.

– И то правда, – загоготал Ганнон. – Но Невил говорит, что это лишь награда за хорошую стратегию. Он заставил их сбежать, вот все и подумали на них. Кто мог предположить, что Дар Божий пошлет назад часть себя? Он думал, что сможет дозвониться до Древорезчицы и выдать нас. По счастью, мы первыми его сцапали.

Равна смотрела на Ганнона и чувствовала подступающую тошноту.

– И что, ты захватил Детей и убил их Лучших Друзей?

В лице Ганнона мелькнуло что-то вроде сожаления.

– Не то чтобы я… но ты знаешь, маленькая принцесса, иногда все идет не так, как запланировано, да? Тебя вообще не стоило подпускать к власти. Теперь надо все пофиксить. Это трудно.

Голос Амди с задка фургона вставил:

– Мы не знали, Равна. Честно.

Ганнон досадливо отмахнулся:

– Этот жирдяй, скорее всего, говорит правду. Они с Джефри очень полезны, но не для такой грубой работы. Я с самого начала знал, что их участие в операции не предусматривалось изначальным планом.

Равна смежила веки и откачнулась на скамье к стенке фургона. В принципе, дальнейших разъяснений, почему Джефри так возненавидел парня, не требовалось. Но она нашла в себе силы спросить:

– Почему, Ганнон?..

Ганнон внимательно посмотрел на нее. Он явно понял ее с полуслова.

Она ожидала язвительной подначки, но вдруг в Ганноне что-то надломилось, и в лице проступило смешанное с растерянностью отчаяние.