Нибиру. Книга 2. Восход - Игорь Михалков

Последним занятным фактом, который красочно описал Валентин, были завоевания Чингисхана. «Злобного дядю», по словам хакера, притащили в монгольские степи, конечно же, аннунаки, город-Звено которых находился в Китае. Благодаря походу монголо-татарская орда перебила большинство нифелимов на территориях современной России, Украины и везде, куда смогла дотянуться. В Европу захватчики не пошли, поскольку там остепенились братья-аннунаки.

Под конец рассказа Лихутов также наметил несколько самых важных объектов Правителей.

– Если мы их уничтожим, то можем спать спокойно – появится вероятность того, что на Нибиру перестанет поступать т-энергия, и Разрушитель банально не сумеет приблизиться на расстояние выстрела или для того, чтобы отправить корабли-астероиды. Короче, Теотиуакан, который, кстати, недалеко от нас находится. Вторым и третьим номером у них Монте-Альбан и Чечен-Ица. За ними Эль-Тахин. Теперь перейдем на другую сторону планеты.

– Погоди, – остановил его Антон. – А Паленке? Там ведь громадный комплекс.

– Паленке – не, – отмахнулся Валентин. – Там использовали химическое оружие. Никто из аннунаков или нифелимов туда и за версту не сунется. Мертвый район – бесполезный. Только для людей.

«Откуда он так много знает? – думал Аркудов, глядя на товарища. – Раньше дальше ассемблера с крякингом ничего не видел. Неужели это все последствия диалогов с моим отцом?»

Хакер, радуясь тому, что его все слушают, перечислял наиболее важные плацдармы аннунаков.

– Египет – весь, – говорил он. – Лишь благодаря Египту аннунаки держатся в Африке. Кстати, это руками нифелимов там недавно были подняты восстания. Лишь чудом Правителям удалось остаться у власти. Они даже выиграли немного, поскольку волнения прибавили немало т-энергии их Звеньям.

– Но ведь власть изменилась, – удивился Антон. – В трех африканских странах теперь другие президенты!

– Президенты другие, а власть все та же, – ощерился Валентин. – Меняют лишь кукол – кукловодов не трогают. Уж не тебе ли этого не знать?

После спутники узнали еще о Звеньях под Парижем, в швейцарской Лозанне, Швеции, Прибалтике, центральных провинциях Китая, Австралии и России.

День закончился прибытием в окрестности древнего города Каламкуль, где под самым носом аннунаков прятался небольшой обелиск. Расположенная возле него пещера привела к предпоследнему – пятому Звену. Оно обладало полным боекомплектом, запасенным еще во времена войн майя.

И снова жуткий крик из камня. Антону на этот раз стало очень плохо – в каждом новом Звене ему казалось, что цилиндрик убивает частички Цепи.

– Нет, да что ты?! – набросился на него Валентин. – Они перенастроены. Я их не убиваю, а выдергиваю из Цепи. Понятное дело, что это больно. Представь себе, короче, что руку от тебя отрывают. Представил?

Аркудов постарался не напрягать воображение. И без него было плохо.

– Вот! – торжествующе вскричал хакер. – У них тоже болит. Но при всем том они остаются автономными, то бишь живыми.

Теперь за бортом шумели моторы, а в иллюминаторе сменялись золотистые подушки облаков. Лихутов рассказывал Ветрову какой-то бородатый анекдот, спецназовец со скучающим видом посматривал на телевизор над дверью к кабине пилотов, Людмила сдержанно хихикала.

– Слышь, малец? – вдруг спросил Антона дед Сохан. – Это правда, что для работы Звеньев эти фашисты сраные используют жизни людей?

Ученый содрогнулся – думал, что старик блуждает в сновидениях.

– Правда, – выдохнул Аркудов. – К сожалению, правда…

– Ты это, – Иван Петрович приподнялся с кресла и наклонился к Антону, – не переживай. Я, знаешь ли, тоже кучу людей в свое время убил.

– Вы врагов убивали, – невесело улыбнулся Аркудов. – А я невинных, чтоб мне подохнуть…

– Не переживай, – громче повторил дед. – У меня всякое бывало. Несколько раз деревни в Германии атаковали – думали, что там немчура засела. Эх… положили мы тогда цивильных. Думается мне, наш капитан Довлатов в пекле еще долго жариться за это будет. Да и меня такая же участь ждет.

– Похлопочу, чтобы нас в один котел распределили, – вздохнул Антон. – Вместе веселей будет.

– Конечно! – приподнял узловатый дрожащий палец Иван Петрович. – Еще и Юрика с собой возьмем. Правда, Юрик?

Дедушка Сохан смотрел на пустое кресло рядом с Аркудовым.

«Старик не в своем уме», – подумал тот. И вдруг на долю секунды увидел молодого краснощекого парня в грязной гимнастерке, босого, с позеленевшим от болотного ила «ППШ» в руках. Парень подмигнул Антону и приложил руку к потрепанной пилотке с красной звездой.

– Вот и я туда же, – вслух проговорил ученый.

– Ты Юрика не боись, – посоветовал дед. – Он парень мировой. Герой! Погиб, бедолага. Ишь ты, погиб, а подмигивает, бесовский хрен.

Антон перевел взгляд с пустого кресла на Ивана Петровича. Глянул на хакера, который в очередной раз отсел от Ветрова и что-то бормотал себе под нос. На бледную прикусившую губу Людмилу – она в очередной раз «поймала» отрывок информации из Цепи нифелимов или страдала от токсикоза.

«Да мы все здесь ненормальные! – вздохнул про себя ученый. – Группа психов спасает мир. Да-с, хоть книгу про это пиши…»

Они приземлились в аэропорту Тбилиси. Проехали автобусом по изрядно разрытому бомбами взлетному полю. Подверглись досмотру, впрочем, не особенно внимательному – в который раз Лихутов оказался на высоте.

Еще в самолете Валентин позвонил в частный прокат машин и заказал роскошный лимузин. Машина ожидала их у выхода из аэропорта.

– Люблю, знаете ли, комфорт, – сознался хакер, усаживаясь на переднее сиденье. – Раз уж до конца света считаные недели остались, то чего нам, короче, мелочиться?

Никто ему не возразил.

Столица Грузии выглядела не особо празднично после недавнего конфликта с Арменией. Многие дома были разрушены, в деловых центрах не хватало стеклянных фасадов, на улицах везде встречались машины «Скорой помощи», бронетранспортеры НАТО и черные катафалки. Кое-где поднимались тонкие струйки дыма – отголоски пожаров. Магазины не работали, по дороге попался лишь один открытый супермаркет, да и тот окружен войсками на случай атаки террористов.

– Все лучше и лучше, – хмуро прокомментировал Иван Петрович. – Такое впечатление, что мы к Отечественной возвращаемся.

– Чего это, деда? – спросил Роман.

– Ты сам посмотри – люди в обносках, с торбами ходят, – указал на затемненное стекло старик. – Бабушки с тележками, молодежь в цепях и татуировках. Повязок только разноцветных да свастик не хватает. Все худые, грязные. Прямо не Тбилиси, а Берлин, когда мы в него входили. Правда, разрушений поменьше…

Извилистая дорога вознесла автомобиль на склон горы Мтацминда. Здесь расположился красивый храм и несколько административных зданий, совершенно целых, будто в Грузии и не проходили военные действия. Солнце садилось позади горы, окрасив ее вершину пурпурно-серыми хвостами; высокая телевизионная башня взирала на крошечных людей с высоты и, казалось, слегка кивала острой металлической головой. Несмотря на царившее здесь спокойствие, в воздухе чувствовалось напряжение, будто над целой страной повисло непроницаемое одеяло холодного страха и злобы – война никогда не приносит радости.