Последняя черта - Семён Кожанов

В сентябре 2011 года произошел первый инцидент с участием детдомовских подростков: двое пьяных молодых парней поймали на улице девчонку тринадцати лет и затащили ее в камыши, это заметили двое пацанов, в куртках с гербом в виде солнца и скрещенных мечей. Расправа была быстрой и жестокой: пятнадцатилетние подростки с легкостью расправились с двадцатилетними парнями. Через неделю в интернат приехал начальник второго УВД и вручил благодарственные грамоты малолетним героям. Как водится, полковник толкнул речь перед подростками, рассказывая им, как в советское время было популярно организовывать пионерские патрули. Вот с этого все и началось. Уже через десять дней на улицах появился первый совместный патруль из воспитанников детского дома и казаков. А еще через полгода в интернате снова появился начальник УВД и пригласил нас с братьями Серовыми к себе на дачу. А там речь пошла о том, что после того, как улицы стали патрулировать казаки и воспитанники интерната, в нашем районе уровень преступности, особенно среди подростков, сократился практически до нуля. В связи с чем милиция готова закрывать глаза на мелкие правонарушения в финансовой деятельности интерната.

При интернате были организованы клуб памяти, военно-поисковый отряд и музей, посвященный Великой отечественной войне. Над всеми ветеранами Великой отечественной войны, проживающими в близлежащем районе, было взято шефство. Воспитанники интерната регулярно посещали ветеранов и помогали им по хозяйству.

Все это не могло происходить не замеченным со стороны руководства города. В интернат регулярно приезжали журналисты и корреспонденты. Каждый раз, когда в город приезжало высокое начальство или знаменитые политики, они в обязательном порядке посещали наш детдом. В декабре 2012 года, Керченский детский дом-интернат получил звание лучшего детского дома-интерната в Украине. Можно сказать, что свою часть договора я выполнил. В том же 2012 году фирма «Альтаир» лишилась одного из учредителей, а именно — меня. Я к этому времени начал терять интерес к интернату, финансово детский дом, конечно, приносил прибыль, но не такую уж большую, чтобы я делал этот проект делом всей своей жизни. А вот братья Серовы ушли в детдомовские дела с головой, они буквально жили интересами интерната. Поэтому я решил, что пусть они дальше работают вдвоем, а я с головой ушел в свои «посреднические» схемы.

Вот так примерно все и происходило. Год за годом братья Серовы воздействовали на своих подопечных, воспитывая в них те идеи, которых придерживались сами. Ну и что из этого вышло? Вырастили каких-то экстремистов, мать иху так! Война! Это ж надо было придумать?! Хрен его поймет, что у этих малолеток в голове? Но ничего! Сейчас Вовка выйдет из больницы, уж я из него правду выбью!

Вовка вышел из дверей больницы через тридцать минут. Выйдя, он сразу направился к моей машине. Открыв переднюю дверь, Владимир сел рядом со мной.

— Как брат? — спросил я у молчавшего Вовы.

— Нормально. Операция прошла успешно, пулю извлекли, ничего жизненно важного она не задела. Хирург говорит, что через неделю можно будет Ваську забрать.

— Отлично. Есть хочешь?

— Как зверь! Только надо съездить к Василию домой и собрать кое-какие вещи. Ну и в аптеку зайти, доктор целую простыню накатал, какие лекарства нужны.

— Список отдай Ветрову, пусть он сбегает. — Я протянул Даниле, несколько крупных купюр. — А вещи пусть Маша соберет. Или вы ей еще не сказали?

— Машки нет в городе. Она с ребенком у родственников в Краснодаре.

— Ничего себе? Когда это она успела уехать?

— На прошлой неделе, незачем ей здесь быть.

— Ветров, а ты чего еще здесь? — повернулся я к пареньку. — Бегом давай за лекарствами.

Сквозняк, было, дернулся, но потом остановился и вопросительно посмотрел на Серова.

— Иди, Ветер, купишь лекарства, отнесешь на второй этаж, отдашь дежурной медсестре.

Данила вылез из машины и быстрым шагом ушел прочь.

— Ветер говоришь? А как же Сквозняк? Чего это Ветрову «погремуху» поменяли? Вырос?

— Ну вроде того, — уклончиво ответил Владимир.

Я завел машину и медленно выехал с территории больничного комплекса.

— Сейчас заедем в одно место, быстро перекусим, ну и поговорим заодно, а потом съездим к Ваське домой, и соберем вещи.

— Хорошо. Сколько денег врачу отвалил? Ты не переживай, деньги у меня есть, ты только скажи сколько?

— Вова, ты головой, что ли, ударился? За деньги мне говоришь? Потом сочтемся!

— Ну потом, так потом, — кивнул головой Вова, — но помни, деньги у нас есть, правда в рублях, так что, если надо в долларах или гривнах, то придется обменять.

— Ты давай, не тяни резину, рассказывай, во что вы с братом влезли, да еще и малолеток с собой втянули.

— А ты точно хочешь это знать?

— Вова, ты края-то видишь? Рассказывай, давай!

— Леха, пойми, не надо тебе в это влезать. Не твое это. Ты же собрался уезжать из города, семью давно вывез, сам скоро к ним уедешь.

— Вольдемар, давай я сам буду решать, во что мне влезать, а во что — нет. Хорошо? Или тебе напомнить, что мы втроем делали вместе?

— Не надо, я помню!

— А я все равно тебе напомню: десять лет назад — Николаев, инкассаторский «минивэн». Восемь лет назад Кировоград, букмекерская контора. Пять лет назад Макеевка, касса завода. Кто все придумал? А про Макеевку напомнить? Кто положил обоих охранников, пока некоторые впали в ступор. Помнишь? Так что не тебе мне указывать, во что мне влезать, а во что не влезать. Рассказывай давай!

— Ты мне все равно не поверишь! Может, все-таки не надо?

— Надо, Вова, надо! Тем более что я и так примерно догадываюсь, во что вы влезли!

— Да, ну! — коротко хохотнул Вовка.

— Баранки гну! Давай рассказывай: на кой ляд вам штурмовой отряд в количестве шести бойцов и кто — цель? Националисты хреновы!

— Ничего себе! — ошарашенно произнес Вова. — Кто сдал? Ветер?

— Дурак ты, Вова. Я только не понимаю, вы это что — всерьез?

— Да. Все очень и очень серьезно.

Ничего не ответив Вове, я припарковал автомобиль к бордюру, напротив ресторана «Реверанс», и несколько раз нажал на сигнал. Из дверей ресторана выбежала девушка в длинной юбке и белой блузке с большим вырезом на груди. Девушка подбежал к машине и обратилась ко мне:

— Что-то желаете Алексей Иванович?

— Катенька, нам с собой: гарнир, мясо хорошо прожаренное и салатов. Все это два раза. Из меню сама выбирай, на свой вкус. И побыстрее… — я достал из кармана купюру в пятьсот гривен и, сложив ее вдвое, аккуратно опустил в вырез на блузке девушки. — Сдачи не надо.

— Спасибо, Алексей Иванович, мигом все сделаем! — девушка убежала обратно в ресторан.

— Ну давай рассказывай, с кем собираешься воевать? — насмешливо спросил я.