Дети Левиафана - Никита Киров

— А то! Но если ты что-то задумал, то берегись, — Эйнар похлопал по топору.

— Да я бы… да я никогда…

— Иди-ка первым и помни, я слежу за тобой.

Эйнар сделал дурацкий жест, направив средний и указательный палец себе на глаза, потом на старосту. Но толстяка это проняло. Он вошёл первым, освещая лампой ржавые стены.

— Тут могут жить призраки Старого мира, — староста предпринял очередную попытку напугать.

Не сработало. Призраков стоит бояться, но не бесплотных существ из дурацких баек, а тех, у кого есть древнее оружие, способное перебить десятки человек за секунды. Здесь нет Призраков. Могут быть Стражи, но и их нет. Зато на полу свежая грязь и отпечатки обуви. У стен стоят мешки.

— Представь себе, мы первые, кто попали сюда за последние пять или шесть сотен лет, — Эйнар заглянул в мешок. — Кажется, убежище построили, чтобы хранить морковку. Хорошее место, до сих пор, как свежая.

Он достал одну и почистил ножиком.

— Смотри, запретные технологии предков, — он показал морковкой на лежащие у стены инструменты. — Выглядят точь-в-точь как лопаты. А вон те похожи на вилы. Важные вещи, раз в Старом мире их спрятали.

Староста не отвечал. Лесорубы используют это место, как кладовку. Но ничего по-настоящему полезного не осталось, даже провода выдраны из стен. Пустая коробка в пещере с до сих пор работающей дверью. Вряд ли кто-то в Старом мире строил это место для хранения капусты и картошки, но лучшего применения сейчас не придумать.

Эйнар хрустел морковкой, осматривая убежище. Оно небольшое, все комнаты забиты барахлом. Осталось заглянуть за последнюю дверь, к которой прислонился староста с таким видом, будто решил передохнуть. Жуткая тайна деревни хранится именно здесь.

— Отойди!

— А? Что? Куда? — староста решил поиграть в дурачка.

— Отойди или хуже будет.

— Зачем? Я… ааа! — толстяк закричал, глядя Эйнару за спину.

Можно оглянуться и получить по затылку от старосты. Можно не оборачиваться, тогда ударит тот, кто стоит за спиной. В обоих случаях будешь выглядеть глупо. Эйнар скользнул в сторону плавным и изящным движением, которого не постыдился бы и Людвиг, и вытащил топор.

— Кто здесь?

У порога стоял длинный и несуразный силуэт, но лампа до него не доставала. Незнакомец приближался, ведя рукой по стене.

— Что ему надо?

— Да это тот дурачок, что ходит за священником! — староста с облегчением выдохнул. — Напугал меня до усрачки.

Эйнар испугался не меньше. Парнишка-поводырь будто их не замечал.

— Он безобидный, но иногда ходит за людьми, совсем без шума. Дурачок же. Иди отсюда!

— Пусть остаётся. А ты отойди от двери!

— Он добрый, но дурачок, — староста держался за последнюю соломинку изо всех сил. — Иногда что-то бормочет, но обычно молчит. По хозяйству, бывает, помогает. Дурачок же.

— Я уже слышал, что он дурачок. Свали отсюда!

Он, наконец, смирился и отошёл. Эйнар нажал на одну из кнопок. Потом на другую.

— Не работает? — староста поцокал языком, не скрывал злорадства. — Ай-яй-яй, как плохо. Идём назад?

Эйнар постучал по панели. Кнопки не работают, провода выдернули давно. Но на створках есть царапины, значит, дверь как-то открывают. И вряд ли здесь сложный механизм, иначе местные бы не разобрались.

Поводырь прошёл мимо и ткнул пальцем в точку, больше походившую на раздавленную муху. Створки двери разошлись и Эйнар без труда открыл их до конца.

— Кто это тебе показал? — староста схватил паренька за грудки.

— Отпусти его или сломаю тебе нос!

Толстяк отошёл на шаг назад. Парнишка сел, закрывая голову трясущимися руками. Лица не видно, только перекошенный от страха рот.

— Успокойся, — Эйнар присел рядом. — Васур, да? — парень кивнул. — Не бойся, если этот свинопотам тебя тронет, я ему задам.

Васур не отвечал, но руки трястись перестали. Он поднялся и начал изучать свои башмаки, выглядящие старше этих руин. Толстяк отошёл как можно дальше. Пора узнать, стоили ли его ужимки тайны, которую он пытался скрыть.

Эйнар вошёл в заветную дверь и присвистнул. Стоили.

— Ого. Хватит на целую армию.

Вот это действительно гора оружия. Копья, мечи и мушкеты сбросаны в кучу, тут же лежат шлемы, части доспехов, пара кольчуг и стёганые куртки, дырявые и окровавленные. Есть даже настоящая рыцарская кираса, только изрешечённая отверстиями от пуль и алебард. И шлем с роскошными перьями и вмятым глубоко внутрь забралом. Лучше не думать, что стало с лицом предыдущего владельца.

— Вы же легко отобьётесь с таким арсеналом.

Эйнар подобрал короткий пехотный меч. Дешёвая сталь, уже ржавеет, на лезвии сколы и вмятины. До дорогого клинка Людвига не дотягивает ни прочностью, ни качеством, ни красотой. Но такой стоит дороже, чем может позволить себе обычный воин, не говоря уж о лесорубе.

— Почему вы не сказали об этом рыцарю?

— Нам запрещено иметь оружие, — староста опустил голову и сел у порога. — Милорд Дитрих очень разгневался, когда нашёл копья. А когда он узнает об этом… Мы боялись, что он уйдёт, а что толку от оружия, если никто не умеет им владеть?

— И откуда оно здесь?

— Когда островитяне отступали, они бросили раненых. Тех, кто не мог идти, оставили у колодца.

— А вы их убили в отместку за сожжённые дома, да?

— Нет, нет, нет! — староста замахал руками. — Ради Спасителя, как вы можете так говорить? Никого мы не убили. Многие сами умирали. Мы умеем лечить переломы и ушибы, но не раны от пуль и мечей. Кто умер, мы их похоронили, а остальных забрали аниссары. Но оружие мы успели спрятать.

— Зачем вам оно?

— Пригодится, времена неспокойные.

Староста лукавит. Про раненых звучит правдоподобно, но с оружием не всё так явно. Эйнар подобрал мушкет. Кремнёвый, лучше фитильного, хуже капсюльного. Но капсюльные есть только у Ангварена.

— Порох хоть есть?

— Есть порох, пули и всё остальное.

— Возьму с собой. Если милорд Л… Эммерик научит вас стрелять из этих штук, то отобьётесь. А что там? — Эйнар показал на ржавую дверь у дальней стены.

— Ту мы не смогли открыть.

— Ага, как же.

Если тут хранят оружие, то что же находится дальше? На поверхности полустёртые буквы, их почти не разобрать. Зато видно хорошо знакомую эмблему человека в круглой шляпе. Райдзин Технолоджи, конечно. Пульт кажется исправным, но кнопки не срабатывают.

— Скоро будет смеркаться, — сказал староста. — Эту дверь мы никогда не могли открыть.

Скорее всего, она заблокирована. Попробовать ключ? Эта панель должна его принимать. Эйнар прижал мизинец. Над дверью зашипело.